Лев Джезебель - Хэйзел Гоуэр

Джезебель хихикнула, и Брендон улыбнулся ей, прежде чем стянуть штаны и позволить перемене овладеть им.

— Срань господня, — сказал Сэмюэль.

— О боже, — выдохнула мать Джесс.

— Ни хрена себе, — пробормотал Джоэл.

Отец Джезебель ничего не сказал. Он попятился, глядя на Брендона с явным ужасом.

Подойдя к Джезебель, он сел рядом с ней.

— Ну разве он не удивительный? — сказала Джесс, протянув руку и небрежно погладив его.

Когда он замурлыкал, она захихикала и обняла его обеими руками.

— Он что-то, — прошептал Сэмюэль.

Брендон смотрел, как его мать делает шаг вперед.

— Он показал вам это, чтобы вы поверили тому, что мы вам расскажем. Я расскажу вам, а мой сын останется в этой форме в качестве напоминания.

Мать все им объяснила. Брендон устроился поудобнее и расслабился рядом со своей парой. Когда она объяснила, что значит быть парой и что Джезебель принадлежит ему, отец и братья Джесс не стали молчать. Они все крикнули «нет».

Отец Брендона, который все это время молчал, шагнул вперед и зарычал.

— Я понимаю ваше беспокойство, но еще раз заговорите с моей парой так, и я покажу вам, чего мы стоим. Понятно?

Глаза его отца сверкнули золотом, и мужчины кивнули.

Мать Брендона улыбнулась ему сверху вниз, а затем посмотрела на мать Джезебель.

— Я знаю, что то, что мы вам рассказали и показали, это очень много. Вашей дочери очень повезло, что она жива. Вчера вечером она была в клубе с Тревисом и Зиком, которые все еще находятся в критическом состоянии. Клуб был гнездом бугименов. Вашу дочь нельзя было контролировать, или лишить ее жизни из-за того, что она спарена, но она все равно пошла без защиты. Состояние, в котором Джесс находится, вызвано тем, что она боролась, чтобы спасти себя и своих друзей, прежде чем пришла помощь. Мы, оборотни, одни никуда не ходим. Мы знаем об опасности.

Его мать вздохнула.

— Я знаю, что Джесс ваш ребенок, но ей уже восемнадцать. Мы могли бы ничего вам не говорить, а просто помочь Джезебель, когда она будет готова съехать, и так далее, но Джезебель хотела вам сказать. Она хочет поступать правильно и не оставлять вас в неведении.

Его мать улыбнулась Джесс.

— У вас замечательная дочь, и вы должны гордиться ею. Теперь мне кажется, что мы все рассказали. Теперь вы можете задавать вопросы по одному.

— Брендон, не мог бы ты измениться обратно? — сказала мать Джезебель.

Встав, он кивнул своей львиной головой. Затем он потянулся, позволяя перемене овладеть им. Брендон стоял перед ними голый. Мать передала ему одежду, и он оделся. Затем Брендон поднял Джесс и посадил ее к себе на колени, уткнувшись носом в ее шею, а она откинулась на его спину и поерзала, устраиваясь поудобнее.

— Как поживаешь, красавица?

— Хорошо. Мне нужно было услышать все это во второй раз.

— История с парой многое объясняет, — сказала мать Джезебель.

Брендон повернулся и посмотрел на нее.

— Все, что нужно сделать, это посмотреть на мою дочь и вашего сына, когда они находятся в комнате. Они как магниты. Я никогда не видела свою дочь такой с кем-то еще, даже когда она была влюблена в твоих братьев.

Джесс застонала и уткнулась лицом ему в грудь.

— Джезебель, как ты ко всему этому относишься?

Брендону очень понравилась мать Джезабель. Она сначала спросила Джесс.

— Мне нравится знать, что я особенная. Что я для кого-то все. Он заставляет меня чувствовать, что нет никого более красивого, сексуального и заботливого. Никто никогда не интересовался мной раньше, но он заставляет меня чувствовать, что все думают, что я великолепна. Я никогда не думала, что у меня такое будет.

— О, дорогая, почему ты так думаешь?

— Посмотри на людей вокруг нас. Я вижу людей с идеальной генетической структурой каждый день. Я хожу с ними в школу. Мы живем рядом с ними. Не все они такие милые, как Прайды. Я не такая спортивная, как мои братья. Я не пользуюсь популярностью, и еще пару месяцев назад у меня не было настоящих подруг. Я была согласна с этим до него, но Брендон показал мне, что я хочу большего. Я заслуживаю большего.

Брендон почувствовал, как его сердце разрывается от признания его пары. Слезы текли по щекам ее матери, когда она встала, подошла к ним и наклонилась, чтобы обнять его пару.

— Дорогая, ты это заслужила. Ты заслуживаешь всего. Если ты счастлива и мне обещают твою безопасность, я даю свое благословение.

— Спасибо. Я сказала, что проведу Рождество дома. Брендон собирается провести дни до Рождества и до тех пор, пока я не буду готова переехать, ухаживая за мной. Кино, обеды и просто знакомство друг с другом.

Мать Джезебель посмотрела на Брендона и кивнула. Ее отец и братья молчали. Брендон взглянул на них, чтобы увидеть виноватые взгляды на лицах ее братьев, когда он рассказал им о девушках, которых они приводили, и о том, как Джесс, наконец, почувствовала себя нужной. Ее отец просто смотрел то на свою дочь, то на жену, то на него и выглядел пораженным.

Брендон знал, что следующие несколько дней будут адом, ожидая, когда Джесс согласится переехать к нему. Но Брендон это сделает. Джезебель заслуживала того, чтобы чувствовать себя любимой и особенной.

Глава 10

Джесс посмотрела в зеркало. Фиолетовые синяки поблекли и теперь были светло-желтыми. Благодаря своим новым целительным способностям, от спаривания с оборотнем, она исцелялась в десять раз быстрее, чем обычно. Сегодня она проведет весь день с Брендоном, а он поведет ее играть в боулинг и кататься на коньках. Она с нетерпением ждала и того, и другого. Она любила боулинг, но никогда по-настоящему не каталась на коньках. Вчера он дал ей день, чтобы расслабиться, все обдумать и прийти в себя. Он пришел с ужином из китайского ресторана для всех, а потом сидел и смотрел кино.

Ее семья вела себя тихо. Они оставили ее, чтобы она все обдумала. Джесс слышала, как ее родители спорили, когда Прайды ответили на все их вопросы, поужинали и ушли прошлой ночью. Прошлой ночью они все были осторожны с Брендоном, и ложась спать, Джесс услышала, что родители снова спорят. Джесс была измотана, и она не была уверена, что поступила правильно, рассказав обо всем родителям.

Вчерашний день восстановления был именно тем, что ей было нужно. Джесс говорила с Зиком. Он устал, был напуган и говорил очень неуверенно. У Тревиса дела шли не