Единственная любовь бандита - Юлия Михайловна Герман

– Заткнись! – в горле встает ком, и грудную клетку сдавливает тревога, не дающая сделать глубокий вдох.

– Ей нужен хороший психиатр, Арес. Она и так поломана. И кажется, степень поломки гораздо глубже, чем мне показалось во время ее реабилитации.

– Я не могу привести сюда кого-то левого, ты же понимаешь?

– Понимаю. А еще понимаю, что чем дольше она находится с тобой, тем хуже ей становится. Ты хочешь, чтобы она окончательно сломалась и закрылась в каком-то своем выдуманном мире?

– В каком плане? – только предположение, что именно он имеет в виду, вызывает у меня какие-то дерьмовые ощущения, и начинает сосать под ложечкой.

– Ну вот у тебя есть ее тело, а ее самой в нем нет.

– Что за херню ты несешь?

– Лишь предупреждаю о том, что тебя ждет. Такими темпами она начнет искать спасения внутри себя. И закроется там. Будет дышать, спать, справлять нужду, но ментально это будет кто-то другой. Не та девушка, которую ты так оберегаешь.

– Блядь, – выдыхаю, наклоняясь вперед и опираясь локтями на колени. – И что мне делать?

– Отпусти ее.

– Я не могу! – понимаю, что сам себя загнал в какой-то тупик. – Ты представляешь, какие последствия будут, если всплывет информация о том, где она находилась все это время?

– Тогда будь готов к тому, что ты ее потеряешь.

– Я должен понять, почему у нее такая реакция на Витька…

– Поэтому тебе нужен специалист, Арес.

Когда Лёха уезжает, я возвращаюсь в спальню к Юноне и не двигаюсь с места.

Она выкрикивала много жутких слов. И одно из них больше других не дает мне покоя.

В итоге, не имея возможности получить объяснения от Бури, я спускаюсь в подвал, предварительно отправив охранника наверх, чтобы наверняка не иметь никаких лишних ушей за дверью.

Витя спит. И только тусклый свет от приборов позволяет рассмотреть его во тьме.

Но стоит мне сделать пару шагов, как он распахивает глаза.

– Минотавр? – хмурится он. – Что-то случилось?

– Что произошло между тобой и Юной, Витя? – чувствую, как разогнался мой пульс, зная, что Юнона не просто так кричала от ужаса после их встречи.

– Какого? – выдыхает он. – Она просто пришла и убежала…

– Нет, Витя. До этого? Что случилось в вашу прошлую встречу?

– Арес, ты не в себе. Я сплю!

– Лучше тебе ответить мне как есть, или я больше не буду прикрывать твою задницу, – нависаю над ним.

Взгляд Битка яснеет, и кажется, он только сейчас осознает, насколько я серьезен.

– Ты, блядь, серьезно? Тебя что, до сих пор не отпустило? – смотрит на меня как на безумца.

– Тебя это ебать не должно! Что между вами произошло?

– Да ладно, Арес, было сто лет назад! – пытается отмахнуться. – Давай утром это обсудим.

– Мы обсудим это сейчас! – повышаю голос, перебарывая желание сомкнуть пальцы на его шее. – Что ты наделал?

– Я наделал? – бросает с вызовом. – Ты же сам отправил нас решить проблему.

– Какую проблему? – кажется, будто кто-то засунул мне за шкирку ледяной булыжник, и от него начинает растекается холод по всему телу. Пульс учащается, и в легких перестает хватать кислорода. – Кого вас? Я никого никуда не отправлял… – произношу глухо, потому что кажется, что сейчас в очередной раз все перевернется с ног на голову.

Глава 32

Юнона

Голова будто чугунная, и тело, кажется, свинцом налито. Лежу в постели и не могу даже пошевелиться. Похоже, я заболела. Иначе не получается объяснить свое состояние.

Шторы задернуты. И лишь тонкая полоска света пробивается сквозь них, указывая на то, что ночь давно миновала. Но я не двигаюсь.

Не хочу. Не вижу смысла.

Что я там собиралась? Мстить?

Да… надо. Пусть поплатится виновник всех моих кошмаров. Потому что то, через что прошла я… и близко не сравнится с тем, что впоследствии ему пришлось отсидеть.

Но прежнего запала, что я ощущала еще пару дней назад, больше нет. Во мне ничего нет…

Я знаю, что он сейчас здесь, со мной в комнате. Ощущаю его присутствие, запах, но не оборачиваюсь к нему. Хватит. Я устала от его влияния на мою жизнь, на мои эмоции.

– Ты не спишь, – это не вопрос.

А у меня его голос не вызывает никаких эмоций.

– Юна… – я хочу узнать твою версию того, что произошло между тобой и Виктором.

– Уходи, – говорю глухо. – Уходи и оставь меня в покое.

– Юна, я должен знать…

– Нет, Арес… Ты должен был знать еще тогда… А теперь это не имеет значения.

Слышу, как скрипит кожа под его весом, когда он поднимается с кресла, чтобы обойти кровать и присесть на корточки напротив меня.

– Буря… – начинает он и замолкает, смотря на меня каким-то нечитаемым взором. – Это важно.

– Для кого? – губы шевелятся, но мне так плевать на все, что он говорит.

– Для нас.

– Нет никаких нас, Арес. Забыл? – поднимаю на него глаза. – Знаешь, надо было позволить тебе тогда жениться. Возможно, я бы просто переболела и стала жить дальше. Но ты сам не захотел меня отпускать.

Он плотно сжимает губы, будто думая, как должен ответить.

– Так бы не получилось.

– Почему? Я же смогла выйти за Аслана. Жить с ним. И не видеть тебя. Смогла бы и тогда, – на этих словах внезапно возвращаются эмоции.

– Что случилось?

– Ты прекрасно знаешь что, – хмыкаю я. – Ты собрался жениться, отказываясь слушать мои истерики, общался со мной только через посторонних людей.

– Ты перекручиваешь.

– Разве? – смотрю на него. – Разве ты поговорил со мной? Или хотя бы предупредил?

Он замирает и даже не моргает, а у меня стынет все внутри при воспоминании всех своих эмоций, после того как я узнала о его помолвке. Мне ведь казалось, что у нас все прекрасно и дело движется к совместному “долго и счастливо”.

Но Минотавр опустил меня с небес на землю. И падение было жестким, когда мне стали сыпаться сообщения со ссылками, перейдя по которым, я узнала, что моя роль в его жизни до ужаса постыдна. Я – девочка для утех.

А когда он вернулся и я потребовала объяснений, Арес заявил, что его предстоящая женитьба никак не отразится на наших отношениях, и попросил не устраивать истерик на ровном месте.

Но для меня уже ничто не могло остаться таким же, как и прежде. И все стало еще запутаннее и сложнее, когда Арес впервые улетел на чемпионат без меня… Тогда она сопровождала его в поездке. Его невеста. Женщина, которой была отведена главная роль в его