Уравнобешенный Эльф - Кристина Юрьевна Юраш

Было стыдно признаться себе, что очень интересно послушать про мужа.

— Я по примеру других знаменитых магов решил взять ученика. Я вхожу в магический конклав. И слушать постоянно про успехи чужих учеников, порой надоедает, — начал свой рассказ ворон.

Я слушала его очень внимательно.

— Но вот загвоздка. Некромантия — редкий дар, — продолжал ворон. — И хороший ученик на дороге не валяется. Поэтому я обошел сначала знатные семьи. Но там не было мальчиков с нужными мне способностями. Тогда я решил обратиться к магическим семьям. Но и там сплошь целители, иллюзионисты, мистики, телекинеты и прочие. Ах, о чем это я? Ты ведь даже не знаешь, что такое иллюмистики и прочая шушера!

— Я даже не знаю, что такое «шушера», — призналась я.

— Я искал несколько лет. Узнавал, спрашивал. Обратился в сиротский приют. Но и там тоже никого! О, боги, я был согласен на девочку. Потому что это стало делом принципа, — твердо произнес ворон.

Я кивала каждому его слову.

— Потом я успокоился. И забил на это дело крышку гроба. Но судьба решила надо мной посмеяться, — махнул крылом ворон. — Однажды послышался стук в дверь. Я открываю ее. А там стоит мелкое ушастое нечто. Замотанное в бедняцкие тряпки так, что только глаза и уши торчат. Такие обычно пристают к прохожим. С криками: «Купите поделки из шишек и лозы! А то дома кушать нечего!».

Затаив дыхание, я слушала рассказ.

— И трясет мне дохлой крысой. «Вы же некромант! Воскресите!», — напомнил ворон. — Я сказал, что не занимаюсь крысами. И посоветовал ее выбросить. Крысой можно было крышку гроба заколачивать, если что. Она уже дубовая была.

Мои брови поползли вверх. Никогда не думала, что Ноэль из настолько бедной семьи.

— Только закрыл дверь, опять стук. Видимо, стучали мороженой крысой. Звук был характерный. «Бдзень! Бдзень!», — ностальгически заметил ворон.

И вздохнул.

— Я открыл дверь. И сказал этому ушастому «заерзушку», что-то вроде: «крысу сломаешь!». И тут же закрыл дверь. У меня эксперимент горел, если что!

Я прыснула, представив, как эльфик стучал дубовой крысой.

— Значит, стою я. Сверяюсь с древними книгами. А у меня звонок был. Магический. Стоит руку положить, как хозяин знает, кто пришел. Штука удобная. Распознает, кто. Мужчина, женщина и так далее… Если знакомый, то дверь так и орет, что знакомый, — мотнул головой ворон и усмехнулся.

Я посмотрела на часы. Было почти утро. Но я решила дослушать историю до конца.

— И повесил я звонок повыше. От хулиганов. А то мало ли что прикладывали!

Честно, я сидела просто затаив дыхание. Даже бабушкины воспоминания казались не такими интересными!

— Так вот! Только — только я рукава закатал. Кристаллы разложил. Крик на весь дом: «К вам какая-то крыса пришла!». Причем, так радостно! Потом тишина. И снова «какая-то крыса просит аудиенции!», — прокашлялся ворон.

Часы тикали. А мне уже точно перехотелось уходить.

— Я опять спускаюсь. Открываю дверь. Там стоит этот «заерзушек», и крысу мне тычет. Я озверел! Мне такой эксперимент срывают! Испортил я детскую психику словами нехорошими. И ушел продолжать эксперимент.

Я заерзала на стуле, предвкушая продолжение рассказа.

— Сроки уже поджимали, — усмехался ворон. — Только начал формулу читать, как вдруг слышу позади меня голосок: «Сначала мою крысу!». Я обернулся и увидел эльфика. С крысой. У себя. В доме! Представляешь?

Я не заметила, как прыскала в кулачок.

— У меня стояли лучшие замки в королевстве, если что так! — с гордостью заметил ворон. — Магия защищала их от другой магии. ОТ отмычек, шпилек, булавок, проволоки, липовых ключей. Перечислять можно бесконечно. Даже от выноса дверь была защищена! Очень надежные замки!

— И как же он ее открыл? — округлила глаза я.

— Слушай! — усмехнулся ворон. — «Чем ты дверь открыл?», — обалдел я. «Крысой!», — отвечает это «заерзушек». И хвост ее изломанный показывает. Ты представляешь? Крысой! Это же надо было додуматься!

Я не знала, смеяться или плакать. Поэтому тихо всхлипнула. От смеха.

— У меня глаз дернулся. Я в него учебником кинул! В сердцах! — продолжил ворон. — Ушастая недоросль поймала его. «На, воскрешай сам, умник!», — заявил я тогда.

Ворон понизил голос до шепота.

— Я прекрасно знал, что эльфы и некромантия — вещи несовместимые! Эльфы — это врожденная магия жизни. Некромантия — магия смерти. Тут и крысе все понятно, — развел крыльями ворон. — Ничего у мальчишки не выйдет!

— Ну, что было дальше? — взмолилась я.

— Я уже забыл об этом. Учебник был написан на древнем языке темных магов. И его в мире понимают единицы! В том числе и я. Так что у ушастого шансов нет, — похвастался ворон. — Опять в дверь стучат. Слышу дверь орет: «К вам пришел «Некрономикон». Ну думаю, все. Доигрался. Спускаюсь. Смотрю, на пороге это ушастое чудо стоит. С крысой. И книгой. Он книгу прикладывал к печати. Не доставал сам.

Вот это да! Такого поворота я не ожидала. Думала, что ворон сам будет искать мальчика!

— «Не получается!», — произнесло это ушастое проклятие, — продолжил ворон. — «Я другого и не предполагал!», — хмыкнул я. И уже почти закрыл дверь. «Она оживает и снова умирает!», — произнес эльфик. В этот момент, я подумал. Что значит, снова умирает?

Я сама была удивлена не меньше. Эльфы — это магия жизни. Как эльф освоил магию смерти?

— Мне стало интересно. Он положил крысу на стол. А потом стал проводить какой-то странный ритуал. Смесь ритуалов магии жизни и смерти. Бред какой-то. Но тут крыса ожила! — ворон сделал паузу.

— По-настоящему? — спросила я, удивляясь не меньше ворона.

— Да. И не просто зомби, послушная кукла с остатками мозга. А настоящая, живая крыса! — вздохнул ворон. — Я глазам не поверил. И за сердце схватился. «Я ей лапку чужую приделал! И хвост от другой!», — послышался голос этого юного дарования. "А штуки, которые не понял, заменил эльфийскими символами! Они похожи!", — продолжал добивать меня ушастенький. У меня, клянусь, перед глазами все поплыло. Пока я отходил, эльфик смылся. Я бросился его искать!

— А как он это сделал? Вы хотите сказать, что он способен воскрешать? — удивилась я. Если честно, это звучало невероятно!

— Это семейная тайна. И не советую никому про нее рассказывать. Ноэль тратит много сил на этот ритуал. А это может оказаться смертельно для мага! Так что имей в виду! Никому ни слова! Даже бабушке! — предупредил ворон.

— Так вы нашли его? — спросила я, кивнув. Не может быть! Мне доверили семейную тайну! Я польщена.

— Да. Маленький крысиный король жил в нищем квартале. Где живут бедняки и крысы. Но крыс больше. Сирота, — вздохнул ворон. — Я не удивился.