Мой клыкастый лорд - Ольга Викторовна Романовская

— Мне надоели твои фантазии! И ты тоже надоела, — после короткой паузы процедил он. — Драгоценности можешь оставить себе.

Словно побитая собака, вампирша поплелась вон.

Убедившись, что она ушла, Элеф поспешил меня успокоить:

— Я не прибегаю к столь экстравагантным политическим методам. Если бы речь шла о вампирше, быть может, но не с человеческой женщиной. Вы слишком хрупкие, трусливые, эмоциональные, вдобавок мало живете. По сравнению с вампирами, разумеется. Так что ваша мечта осуществится, детей вы станете рожать исключительно от супруга. Если он пожелает вас забрать.

— А что, у милорда есть сомнения на этот счет? — заволновалась я.

— Да, есть. По моим сведениям, герцог начал новые брачные переговоры.

Вот так жених! Собственными руками задушила бы: он мне смертный приговор подписал.

— А дедушка, я могу написать дяде! — ухватилась за соломинку. — Он ведь король, он меня не бросит!

— Напишите, и ему, и Эдмону Четвертому, хотя я сомневаюсь, будто они вам ответят.

— Почему?

— Видите ли, — Элеф чиркнул ногтем по подбородку, — слишком уж все подозрительно. Невеста вашего положения путешествует с большой свитой, вас же отправили с одной каретой и обозом.

— Разве это мало? Вдобавок меня сопровождал вооруженный отряд.

Помнится, покойная баронесса поминала драгоценности — значит, приданое имелось. Что еще нужно?

— Мало. Для обычной графини хватило бы, но не для принцессы.

— Но я ведь не совсем принцесса. В том смысле, что просто внучка, а не дочка.

— Неважно, существует протокол. Так что все это наводит на определенные мысли…

— Что живой меня довести не собирались, — мрачно продолжила я.

И никто меня спасать не собирается. Но, если я стану не нужна вампирам…

Элеф прочитал страх на моем лице и смягчился:

— Вас никто не тронет. Пока.

— А мою служанку? — вспомнила о главной цели своей ночной прогулки.

— Ее подозревали во связи с Охотниками, но все уже разрешилось. По моей просьбе чародей допросил ее, так что она сможет сопровождать вас в поездке. Выдвигаемся завтра. И, так как у вас появились недоброжелатели, мне придется поехать с вами.

— Недоброжелатели?

— Те, кто убедили Лорда в виновности вашей служанки. И вашей тоже. Боюсь, мне известны некоторые имена.

— Шейлок? — на ум сразу пришел дворецкий.

— Вы крайне прозорливы для женщины, — похвалил Элеф. — Да, я подозреваю его. Шейлоку выгодно было отвести от себя гнев Лорда, хотя бы смягчить свое наказание, ведь именно по его недосмотру среди прислуги затесались предатели. Но меня больше волнует офицер, посмевший оставить на вашей шее царапину. Интуиция подсказывает, что он напрямую связан с Охотниками.

— Тогда, возможно, не стоит уезжать? Он постарается довести дело до конца…

— До вашей смерти? — мрачно усмехнулся Элеф и мотнул головой. — Нет уж, я приложу все усилия, чтобы вы не пострадали. Ваша жизнь — гарантия моего спокойствия, спокойствия Лорда — всего Сумеречного княжества. Если понадобится, я стану вашим личным сторожем и передам из рук в руки вашему отцу или жениху после выполнения означенных ранее условий.

Глава 11

Напрасно я надеялась, что мой отъезд останется незамеченным. В назначенное время чуть ли не все придворные и челядь столпились во дворе. Хмурые, откровенно враждебные, они выстроились по обеим сторонам экипажа, образовав своеобразный коридор. Не стесняясь, громко обсуждали покушение на Лорда, косо посматривали на меня и Присси.

— Госпожа, я боюсь!

Бледная служанка стиснула мою руку. Она наотрез отказывалась говорить о том, что с ней делали во время короткого ареста. Вернулась зареванная, потрепанная и упрямо молчала. Жутко обрадовалась, узнав, что мы уезжаем, а потом спала с лица, выяснив, с кем и куда.

Шепотом ответила:

— Я тоже.

Холод пробирал до костей. Ощущала себя полуфабрикатом на сковородке. Достаточно включить газ…

— Это она, человечка!

— Бегала вчера к тиуну, применяла свои чары!

Змеиные голоса звучали повсюду.

Сглотнув, попятилась, заметив в толпе Джайну. Разумеется, куда без провидицы! Сейчас подойдет, снова назовет Всадницей смерти.

Окружающие не сомневались, мы с Присси причастны к нападению. Не смущаясь нашего присутствия, вампиры жарко обсуждали версии. Они сводились к двум: нападение как месть за мое похищение и мне как ловушке королевы Вратии. Якобы состою в ее свите, занимаюсь тем же, чем покойная Гертруда. Характерно, короля, того самого с прозвищем Бездетный, никто не поминал, зато в толпе временами звучал приглушенный зловещий шепот: «Алхимия, кровь вампира».

Да где же Элеф?!

Нервно повертела головой, покосилась на охранников. Не вчерашние, другие.

Странно, конечно, что меня ночью отвели к Элефу и то, что Присси так быстро выпустили. Может, я ничего не смыслю в заговорах, но это походило на шахматную партию, где мне отвели роль пешки. Вдруг добренький вампир хотел, чтобы у дверей Элефа меня сцапала стража? Дальше нас с Присси в расход, объявление войны… Потерла разболевшиеся виски. Несомненно, и угрожавший мне офицер, и его подчиненный, которого я по глупости приняла за доброго самаритянина, жаждали стравить людей и вампиров. Поэтому-то и дверь не заперли. И за шею прикусили. Версия бредовая, но хоть как-то объясняла события. Не секрет, что при каждом дворе воевали разные партии — всем хочется власти. Ночной офицер и Элеф явно принадлежали к разным.

А вот как тиуну удалось добиться оправдания Присси за каких-то полчаса — загадка. Или приказ об ее аресте отдал вовсе не Лорд? Вдруг приказа и вовсе не было, офицер действовал самовольно?

— Госпожа!

Мелко задрожав всем телом, Присси спряталась за меня. Увлеченная мыслями о событиях прошлой ночи, пропустила приближение Джайны. Как и в прошлый раз, она явилась в сопровождении свиты. На голове — несуразное сооружение из прутов и перьев, отдаленно напоминавшее корону.

Джайна остановилась против меня и раздраженно высвободила руку.

Сопровождающие почтительно попятились.

Мороз пробежал по коже, когда бельма глаз уставились на меня. Она определенно видела, я чувствовала ее взгляд!

— Я предупреждала, но Лорд не пожелал услышать, — сокрушенно проскрежетала провидица. — Тиун тоже. Власть ослепила Элефа Тимеруса. Став туном, он не видит дальше собственного носа. Ты чужая, Ты не принадлежишь этому миру. Возьми!

Джайна сняла «корону» и протянула мне.

— Бери! Ты достойна носить убор из вороньих перьев и терновника, ведь с тобой пришло зло.

Попятилась, заслонившись от сомнительного подарка руками:

— Я не… Я ехала к жениху, ваши люди захватили меня!