365 дней в твоей постели - Валентина Кострова

Ее открытость, ее доверие ко мне вызывает мурашки. То, как сейчас на меня смотрит Лира, вызывает дрожь внутренностей. Она целый космос, куда я неожиданно полетел и теперь не желаю возвращаться на Землю.

Лира приподнимает бедра навстречу, едва мое дыхание касается нежной кожи. Одну ногу закидывает на спинку дивана, второй упирается в меня. Вздрагивает, стоит моему языку пройтись по коже, покрытой мурашками. Сжимает бедра, опускает руки мне на голову, путаясь пальцами в волосах. Слышу тихий, сдерживаемый стон. Это заводит похлеще, чем вульгарный стриптиз. Мне нравится, как Лира на меня реагирует. Будоражит, что я первый ей показываю грани чувственности, возвышаю к Эвересту и свергаю в бездну. Разве не чистый кайф чувствовать, как тело в твоих руках извивается от удовольствия. Я растягиваю наслаждение, превращая ласку в нежную пытку. Вдоволь хочу насытиться ее запахом, ее вкусом. Утром вновь буду чувствовать себя голодным.

— Амаль… — громко шепчет Лира, зажимая мою голову ногами, подмахивая бедрами неспешному темпу оральной ласки. Усиливаю напор языка, ласкаю пальцами, тело девушки начинает мелко дрожать, напрягается как струна, зависает и расслабляется.

Целую внутреннюю сторону бедра Лиры, приподнимаюсь, чтобы спешно стащиться с себя футболку. Штырит от контакта кожа к коже. Припускаю резинку штанов и трусов, прежде чем заполнить девушку собой, припадаю к ее полураскрытому рту. Толкаюсь языком, толкаюсь бедрами. Лира тут же обвивает ногами меня за талию, подстраиваясь под мой торопливый темп. Мы такие чертовски разные, то так гармонично подходим друг другу. Одно целое.

* * *

Смотрю на свое отражение. Прислушиваюсь к шуму воды в ванной. Лира, как и все девушки ее возраста, любит подольше поспать, а потом быстро собираться, когда выходить нужно с минуты на минуту.

Мне не в напряг будить ее утром после того, как сам приму душ. Приятно начинать новый день с поцелуя. Привычка, выработанная годами: рано вставать, — все время со мной. Даже в выходные дни. Даже если ложусь очень поздно.

Сейчас поздний отбой очень часто происходит. У меня аврал на работе, у Лиры на носу первая зимняя сессия. Она очень волнуется и много времени уделяет учебе. Мне это по вкусу. С университетским красавчиком общение свелось в рамках учебного заведения. После пар Лира спешит домой или в библиотеку. Илья, если не загружен, иногда ее возит и мне отчитывается.

Выбираю часы, беру с черным кожаным ремешком. Время выхода. Опять вместе не позавтракаем. Мне нравятся наши утренние трапезы за одним столом, пусть я всего лишь пью кофе. Нравится смотреть на девушку, с аппетитом уплетающую завтрак. Последнее время не получается сесть за один стол не только утром, но и вечером.

Мне иногда приходится уходить раньше Лиры, обед мы чаще всего проводим порознь, а ужин тоже не всегда совпадает. Когда я возвращаюсь, Лира с головой в зубрежке. На вопрос поела, всегда отвечает да. Помытая вручную посуда говорит о том, что не врет.

— Лира! — стучусь в дверь, дергая ручку.

Закрыто. Шум воды прекращается. Похоже, до нее доходит, что время поджимает. Возвращаюсь в гардеробную, вытаскиваю с полки джинсы и толстовку. За время совместного проживания я примерно уже знаю, во что одевается Лира, что ей больше всего нравится. И если думал, что она будет щеголять в платьях, юбках, то ошибался. Лира предпочитает удобные вещи, которые нигде не жмут и особо не облегают. Платья есть, заботливо мною купленные, но так и висят на вешалках с бирками. Не было повода наряжаться. Думаю, что на свадьбу к Алику с Риной Лире все же придется что-то красивое примерить и обуть каблуки.

Слышу глухой грохот. Не сразу понимаю, откуда он. Стою, смотрю на дверь ванной комнаты, пока меня не догоняет мысль, что этот странный звук донесся оттуда. Срываюсь с места, дергаю ручкой, крича:

— Лира!

Меня молниеносно накрывает паника. Самые худшие мысли лезут в голову. Еще раз дергаю ручку и бегом несусь к комоду, беру пилку для ногтей. Хорошо, что замки примитивные, легко открываются тонким твердым предметом, будь то пилка или даже ложка с вилкой.

Врываюсь в ванную и цепенею. Посредине на полу без сознания лежит обнаженная Лира, из носа течет кровь, которая стекает по губам и подбородку. Сердце пропускает удар, холодеют руки. Моментально оказываюсь около девушки, проверяю пульс. Он есть. Слабенький, но присутствует. Панику душу на корню, она мне сейчас ничем не поможет.

— Лира! — строгим голосом зову девушку, слегка похлопывая ее по щекам.

Ноль реакции. Хватаю полотенце, лежащее рядом, в которое она, видимо, хотела завернуться, вытираю кровь с лица. Подхватываю Лиру на руки и несу в комнату, укладываю на кровать. Бегом возвращаюсь в гардеробную, выбираю спортивный костюм, одеваю девушку и только после этого беру мобильный телефон.

Кому звонить? Почему-то в голову не приходит мысль обратиться в «скорую». Я звоню по номеру, который давно-давно из памяти вычеркнул, но не из записной книжки телефона. Отвечают почти сразу:

— Алло, — нет и нотки удивления, хотя уверен, что мой звонок вызвал вопросы. Ведь из прошлого редко звонят в настоящем.

— Ты на работе?

— Еду. Что-то случилось?

— У меня тут девушка без сознания, кровь течет из носа.

— Привози к нам.

— Спасибо.

— Увидимся.

— Угу.

Отключаюсь и теперь звоню своему секретарю, приказываю освободить мне полдня. К сожалению, нет такой роскоши, как все отменить, работа требует встречаться с важными людьми и контролировать рабочие процессы, иначе все пойдет коту под хвост.

Закутываю Лиру в плед. Она по-прежнему в бессознательном состоянии, выглядит очень бледной, чем пугает до чертиков. Моменты, где я бессильный, вымораживают.

Дорога до частной больницы занимает почти сорок минут по утренним пробкам. За это время чего только не придумал. Когда приезжаю, с Лирой на руках появляюсь в холле клиники, нас ждут. Оперативно девушку укладывают на каталку, куда-то увозят, а ко мне подходит постовая медсестра и просит заполнить документы. Пока я заполняю данные, рядом кто-то останавливается. На секунду поднимаю глаза, сжимаю зубы, сразу пожалев, что поддался импульсу и позвонил по забытому номеру телефона.

— Сказать честно, я удивилась твоему звонку. Прошло года три или четыре, когда мы с тобой последний раз виделись, — женщина в белом халате усмехается, разглядывая меня прищуренным взглядом.

— Вот твоя пациентка, — протягиваю ей планшет. — Помоги ей, потом поговорим.

— Только поговорим? — мельком смотрит на заполненный бланк, поднимает на меня глаза. — Возможно, я захочу с тобой поужинать, как в старые добрые времена.

Молчу. Внутри все перемешивается. Лед борется с огнем. Не знаю, на чьей стороне