365 дней в твоей постели - Валентина Кострова

12 глава. Она знает о тебе правду?

Ожидание самое ненавистное, что может быть в этой жизни. Нервно шагаю по коридору от стенки до стенки, поглядывая на дверь, за которой скрыли Лиру. Лезть в работу врачей мне не приходит в голову. Знаю, что девушка в надежных руках. Тем более, когда совершен звонок по знакомству. Переживаю. Давно так сильно не за кого не беспокоился. Тем более из-за девушки. Рина все пять лет вела себя отлично. Училась, работала, следила за здоровьем, в конфликты не влезала. Берегла себя, как могла для Хаджарова. Интересно, что с Лирой? Почему она упала в обморок и пошла кровь из носа?

Когда выходит сначала медсестра, а потом уже врачи, я замираю посреди коридора и вопросительно на них смотрю. Сердце гулко бьется, волнение волной гуляет по всему телу. Я вопросительно смотрю на свою знакомую. Она кивает своим коллегам и подходит ко мне. Не спешит объяснять, лишь пытливо заглядывает мне в глаза.

— Не думала, что тебя потянет на молоденьких. Не зря говорят, седина в бороду, бес в ребро.

— Ближе к делу, прошу, — сдерживаю себя изо всех сил, чтобы не сорваться, не начать орать. А я на грани. Самого удивляет такое состояние.

— Ничего серьезного. Низкое давление, низкий гемоглобин, низкий порог веса. Я так понимаю, она студентка, наверное, за учебой проводит много времени, напрочь забывая о режиме питания. Покапаем ее и вечером отпустим. Дальше нужно следить за рационом и за режимом дня, высыпаться ночью, иначе обмороки могут повториться, — смотрит на меня насмешливо. — Знаю не понаслышке, что иногда ты можешь несколько ночей не давать нормально спать.

— Будут какие-то рекомендации? — ухожу от намеков о совместном прошлом.

— Девочка молодая, организм молодой, все быстро придет в норму. Нужно просто питание наладить и сон. Гинеколога не нужно ей? — ироничная улыбка заставляет так же иронично улыбнуться.

— Предохраняемся по старинке, не тебе ли знать. Я могу к ней зайти?

— Да, конечно, — от меня отшагивают, но когда я прохожу мимо, хватают за руку. Вопросительно смотрю на пальцы на своем локте, а потом в глаза. — Она знает о тебе правду?

Сжимаю зубы, чувствуя, как появляется глухое раздражение. С одной стороны можно понять беспокойство. Особенно со стороны человека, который знает обо мне очень многое, не только хорошее, но и плохое. С другой стороны, мы давно разошлись, ни у кого нет права вмешиваться в жизни друг друга.

— Надеюсь, ты не будешь в подробностях ее просвещать, — легонько дергаю локтем, меня отпускают.

— Тобой очень легко очароваться и влюбиться, но тебя очень сложно вывезти. Уверен, что она сможет справиться с правдой о тебе? Не то, что я против твоих отношений, но… Она совсем ребенок, по сути.

— Она не ты, — чеканю каждое слово. — Не испугается правды, если узнает.

— Полагаешься на ее молодость и влюбленную слепоту? Мне, взрослой женщине, работающей с людьми, не удалось, а она сможет? Уверен? Может, сразу купишь ей сеанс у психолога на несколько курсов. Ломать психику проще, чем восстанавливать, уж не тебе ли не знать об этом.

— К чему ты сейчас клонишь? — раздражаюсь и нетерпеливо поглядываю на часы. — У меня не так много свободного времени, чтобы болтать о ерунде.

— Не смею тебя больше задерживать, но если вдруг захочешь поговорить по душам, мой номер, как оказывается, у тебя есть, — не дожидается моего ответа, разворачивается и уходит, а я смотрю ей вслед.

Сказанное всколыхнуло то, о чем я иногда задумывался, но всегда гнал от себя, надеясь, что момент откровения никогда не настанет. Я могу только полагаться на здравый смысл Лиры. Она ведь умеет иногда разумно мыслить, если поднимать тему ее будущего, ее стабильности, но кто знает, как отреагирует, стоит ей только чуток узнать о моем прошлом.

Захожу в палату. Лира в сознании. Бледная, какая-та потерянная, но глядя на нее у меня перехватывает дыхание от понимания, до чего же она дорога мне. Сдержанно ей улыбаюсь, подходя к кровати. Присаживаюсь на край, беру ее холодную руку и согреваю своими ладонями.

— Я испугался, — тихо признаюсь, заглядывая в виноватые глаза девушки. — Очень. Не буду ругать, хотя очень хочется, прошу только впредь заботиться о себе.

— Ты сердишься? — шепотом спрашивает бескровными губами.

— Сержусь, но не на тебя, а больше на себя, что не уберег, не уследил. Ведь знаю, каково это, когда сессия на носу, а информации слишком много, чтобы запомнить ее за раз.

— Я хочу все сессии сдать на отлично, чтобы после третьего курса перевели на бюджет. Я узнавала на кафедре. А еще за «отлично» выдают повышенную стипендию. Мне ведь надо подумать о будущем, — улыбается, сжимает пальцы, полностью пряча свою руку в моих ладонях. — Время нашего контракта пролетит слишком быстро, я не хочу оказаться в ситуации, в которой уже была прежде.

— Ты думаешь о том, о чем не следовало. Тебе разве со мной плохо? — губы дергаются в подобие ласковой улыбки, а внутри все сжимается в пружину в ожидании ответа. Оказывается, не так просто молча любить. Хочется признаться и манипулировать чувствами.

— Нет. Мне с тобой хорошо, — краснеет до самых ушей. Догадываюсь, что хорошо во всех смыслах. Чувствую подобие облегчения. — Кстати, женщина-врач сказала, что вы знакомы. Она очень красивая, — бесхитростно смотрит на меня. Прикусываю изнутри щеку, не зная, что сказать. Возникает странная пауза, которую Лира спешит заполнить, спрашивая меня:

— Вы друзья? — фыркает. — Хотя, о чем это я. Между мужчиной и женщиной дружбы не бывает.

— Мы бывшие.

Лира смущается от услышанной правды. Вижу по глазам, что ей она совсем не нравится, но я знаю, как недосказанность может сыграть против тебя, поэтому опережаю всевозможные события, которые могут возникнуть без моего участия.

— Мы встречались два года. Познакомились пять лет назад. Так получилось, что Жанна встретилась мне тогда, когда нужна была мне.

Сжимаю зубы, понимая, что слова подбираю совершенно не те, что нужно. Может сложиться впечатление, что до сих пор тоскую по прошлому. До встречи с Лирой действительно часто вспоминал Жанну, думал о ней, трахаясь с другими девицами, не запоминания их лица и имена. Но все изменилось. Жанна в прошлом. Лира — настоящее. Надеюсь, что и будущее.

— Ты с ней до сих пор общаешься? — осторожно спрашивает малышка, кусая свои бескровные губы.

— Нет, мы прекратили любое взаимодействие в тот момент, когда поняли, что нам не по пути, у нас разные