Хозяйка дома сироток и генерал драконов - Мия Лаврова

пока не знаю, что будет дальше, – подала голос я, – но чувствую, что найденное яйцо имеет некую магическую силу. Также уверена, что эта сила несёт в себе доброе, светлое начало. Иначе зачем бы Бо повёл нас туда? Он подавал знаки, указывал путь.

Дети молча смотрели на меня, слушая мои рассуждения.

– Думаю, мы должны сохранить и защитить яйцо. Уж не знаю, кто и когда оттуда вылупится, но явно он не будет для нас угрозой. Пусть мы не знаем смысла послания на постаменте, но чувствую, что выбрали нас не случайно…

– Вас выбрали не случайно, – с улыбкой поправила Дженни. – Кажется, на вас возложили миссию, которая по плечам лишь вам. Интересно, что за сюрпризы нас ожидают ещё?

– Я не знаю, правда. Сама порой со страхом ложусь в кровать, думая, проснусь я завтра или нет. Всё это для меня непривычно и дико.

– И так. Медведь и яйцо остаются в доме. Только вот, надо спрятать его подальше от шальных малышей. Предлагаю кабинет мисс Бри. Ой-ей! Смотрите, что это с яйцом?!

Я загипнотизированно, как и все остальные, следила за отчётливо появившимся движением на поверхности каменной скорлупы: разноцветные ручейки света начали медленно двигаться по кругу, словно опоясывая яйцо.

– Что с ним происходит? Оно оживает?

– Не знаю…

Кольцо на пальце едва ощутимо дёрнулось. Я встрепенулась:

– Вспомнила! Когда я приближалась к нему, кольцо нагревалось. Каждый раз. А когда взяла в руки, перстень просто обжигал. А что, если…

Я вскочила и принялась расхаживать взад-вперёд по комнате, кусая ноготь. От волнения вернулась моя старая вредная привычка. В очередной раз приблизившись к Бо, присела перед ним на корточки:

– Выручай, друг. Подскажи, я правильно думаю? Ему нужно тепло?

Дети напряжённо смотрели то на меня, то на зверя. Тот поднял голову и чётко кивнул. Прихватка присвистнул:

– Обалдеть! Вы видели это?

Не обратила на толстяка внимания и положила руку на косматую голову питомца:

– Это то, о чём я думаю, да? Яйцо должно лежать в…

Мы с Бо одновременно повернулись в сторону печи.

Я встала и быстрым шагом приблизилась к детям. В безмолвных взглядах читались одни и те же вопросы. Бережно обхватила яйцо и подняла его перед собой.

– Что вы собираетесь сделать?

– Ему нужно тепло.

Поднесла его к очагу и, осторожно, стараясь не обжечься, поставила прямо в его (очага) центр. Дженни ахнула и подалась вперёд, чтобы разглядеть, что будет дальше. Я взяла кочергу и аккуратно прикопала твёрдую скорлупу горячими головешками.

Ребята шумно повставали с мест и окружили печь. Внезапно скорлупа начала менять свою расцветку. Она краснела в тон горящим углям. Переливы исчезли один за другим, вскоре цвет стал одинаково раскаленно-алым. У самой стенки очага, позади яйца, вспыхнуло пламя. Щепки затрещали, и нас окутал дым. Прокашлявшись, мы увидели, что сквозь красную скорлупу стал пробиваться нечёткий тёмный силуэт. Пламя позади подсвечивало фигуру…

– Змея? – прищурившись, спросил Прихватка.

Дженни тоже прикрыла глаза от жара и немного наклонилась к печи:

– Больше похоже на ящерицу…

Норм шокировано охнул, поняв наконец, что именно перед нами. Какие звери или птицы могут откладывать такие огромные яйца? Почему его надо было перенести в огонь? Откуда появилась вся эта магия, все странности и удивительные события, которые вели их прямо к этому моменту?

– Это… Дракон! – шумно выдохнул он. В помещении повисла тишина, разбавленная детскими голосами из соседней комнаты и треском очага.

Глава 19

Где-то далеко за морями раскинулось загадочное и таинственное царство горных хребтов. В этот поздний час свет полных лун струился по холмам. Покрытые снегом величественные вершины сверкали в звёздном сиянии, как драгоценные камни на тёмном бархате неба.

На склоне одной из сопок возвышался древний замок. Его стены, увитые плющом и мхом, мерцали серебром. Казалось, что дворец стоял тут вечность и останется даже после того, как горы превратятся в пыль.

Внизу в долинах и ущельях царили тишина и спокойствие. Лишь иногда можно было расслышать шёпот ветра или тихий звон талого ручья.

Над замком, скользя по воздуху, кружили драконы. Огромные перепончатые крылья рассекали ночной холодный эфир, словно чёрные паруса. Драконьи глаза, горящие ярким янтарём, отражали свет лун, будто маленькие маяки.  Древние величественные животные парили по кругу, охраняя замок от любого, кто осмелился бы нарушить покой его обитателей.  Пролетая над спящим городом, затерянным в снегах, они создавали завораживающий танец теней на стенах домов. Улицы поселения, словно зачарованные тропинки, вели к центру, где возвышался королевский дворец. В холодном и свежем воздухе царило спокойствие. Дома походили на маленькие сказочные произведения искусства со своими причудливыми узорами из снега и льда. Казалось, что они готовы вот-вот рассыпаться под первыми лучами утреннего солнца.

Здесь царствовала атмосфера магии и тайны, которые пробуждали в любом, увидевшем город, фантазии и мечты о далёких краях и невероятных приключениях. Звуки редких шагов отражались от стен и уносились далеко в горы, словно эхо забытых легенд.

Внезапно налетевший порыв тёплого ветра с дальних берегов и чуть заметно дрогнувшая земля нарушили эту идиллию. От толчка с горных вершин посыпались громадные куски заледеневшего снега. Драконы встревоженно повернули головы к морю.

В тёмную комнату одной из просторных спален дворца заглядывала лишь струйка лунного света. В широкой кровати проснулся и резко сел немолодой мужчина. Он выглядел обеспокоенным. Тяжело дыша, старик вытер вспотевший лоб ночной шапочкой. Пальцы сжимали и разжимали шелковые простыни. В изголовье дубовой резной кровати на специальной подставке возвышалась царская корона, покрытая разноцветными каменьями.

Король устало накинул на себя тёплый халат, обул ноги в меховые унты. Тяжёлые массивные шторы, что погружали покои во тьму, легко поддались властной руке. В пролившемся свете лун блеснуло серебро браслета с надписью на древнем языке. Седина в волосах напоминала о скоротечности жизни. Морщины покрывали широкий лоб, глаза были полны воспоминаний, а нависшие веки словно прятали их от посторонних взглядов. Ладони знавали как ласку любви, так и