Обещай любить меня - Беллами Розвелл

— Монти также делает кое-какие ремонтные работы после наводнения, которое произошло там на прошлой неделе. В доме нет свободных комнат для него, и я слышал, что Монро так же рада его видеть, как и ты.

— Тогда решено. Монро может остаться у меня, а Нэш останется у Монти.

— Бейли, ну же. Ты же знаешь, что у Монро дома студия. Ей было бы бессмысленно жить с тобой, а потом возвращаться домой работать. Нэш сказал, что она, по-видимому, теперь отказывается уходить или освобождать ему место.

Борьба в глазах Бейли, когда она спорит, оставляет у меня чувство пустоты. Я знал, что она не рада меня видеть, но то, как она с таким рвением борется с этим, заставляет меня задуматься, насколько сильно она меня презирает.

— Я поговорю с ней, — говорит она, имея в виду убедить мою сестру остаться с ней.

Оглядев бар, я замечаю, что никто, кроме меня, не уделяет столь пристального внимания разговору между ними тремя. Как будто они находятся в этом пузыре, к которому имею доступ только я. Думаю, хорошо, что никто другой не слышит ненависти в ее голосе, когда она так непринужденно говорит обо мне.

На этот раз говорит Билли, хотя она все время молчала, с любопытством переводя взгляд с препирающихся братьев и сестер.

— Послушай, Би, ты же знаешь, Монро не должна была вставать и переворачивать свою жизнь еще больше, чтобы приспособиться к нему. Она злится на него за то, что он ушел, и ей не пойдет на пользу, если она снова почувствует себя вытесненной из собственного дома.

Ее слова возымели желаемый эффект. Когда Билли говорит, насколько сильно расстояние, которое я проложил между собой и Кроссроудс, повлияло на Монро, мое сердце сжимается от боли по совершенно другой причине. Если бы я знал, как плохо будет воспринято мое возвращение, сколько боли я причинил, вернувшись домой, я бы никогда не приехал. Независимо от того, насколько отчаянно Монти звучал по телефону.

Бейли звучит почти смирившимся.

— Это не сработает, Джейс.

Джейс закидывает руку ей на плечо и притягивает ее к себе для объятий.

— Это временно, Би. Он будет занят работой на ранчо большую часть дня, а ты будешь на работе. Между HoneyBees и Стингерс ты никогда не бываешь дома, в любом случае.

И снова ее ярко-голубые глаза встречаются с моими, острая боль пронзает мою грудь, когда я замечаю печаль в ее выражении лица. Это физически болезненно для нее. Мое возвращение, возвращение в жизнь, которую она создала для себя здесь, в Кроссроудсе. Это как будто все ее существо сдувается, когда она понижает голос, совсем чуть-чуть.

— Я не могу, Джейс. Только, пожалуйста, не проси меня сделать это.

В троице немедленно воцаряется тишина, все глаза выжидающе обращаются на меня, но я делаю вид, что занят метанием дротиков, а не подслушиванием их разговора. Мгновение спустя Джейс направляется ко мне, один, с побежденным выражением лица. Не то чтобы я ожидал, что он добьется успеха в своем стремлении, и было бы глупо с его стороны думать иначе.

Он молчит некоторое время, прежде чем берет набор дротиков и бросает их, промахиваясь на дюйм от цели.

— Смотри, — говорит он, опуская взгляд, отказываясь смотреть прямо на меня. — Я знаю, что все закончилось хреново. Я никогда не должен был так реагировать. Не должен был угрожать, что расскажу моему отцу или выгоню тебя из города, как я это сделал. Я был молод, глуп и чертовски зол на то, что застал тебя за этим занятием.

Последнее, чего я хочу, это чтобы мы вдавались в подробности того, что произошло той ночью, поэтому я быстро меняю тему.

— Забудь об этом, Джейс. Ты оказал мне услугу. Не уверен, что я бы выбрался из Кроссроудса, если бы ты не выгнал меня. Поверь, мне от этого лучше.

Джейс качает головой, не веря ни единому моему слову, и опрокидывает стакан. Он знал меня лучше, чем кто-либо другой, и понимает, что мой комментарий, это скорее успокоение его вины, чем правда.

— Неважно, Нэш. Это было хуево, и поверь мне, я жалею об этом с того дня, как ты уехал. — Я бросаю на него взгляд, который говорит: «Да, черт возьми, он так легко забыл». Я бы не стал этого делать, если бы он был тем, кто трахается с Монро. Он смеется. — Может быть, лет через семь, когда я столкнулся с тобой в Нэшвилле, но я это сделал.

Я улыбаюсь, вспоминая, как он был зол и как хорошо, должно быть, было чувствовать себя, когда он заставил меня истекать кровью. Мне потребовалось много усилий, чтобы уйти, не дав ему даже пощечины, но я знал, что это ничего бы не изменило.

— Ты имеешь в виду тот случай, когда твой кулак врезался мне в челюсть?

— Эй, мне пришлось выплеснуть это из своей системы. Ты не позволил мне нанести тебе достаточно хороший удар той ночью, отбиваясь и блокируя каждый мой удар. В любом случае, к тому времени, как я вернулся в Кроссроудс, я не мог с тобой связаться. Монти не знал, где ты, а Тео, который, как я знал, был с тобой той ночью, отказался мне что-либо говорить. Но я рад, что ты вернулся.

— Проезжаю мимо, Джейс, — напоминаю я ему. Кажется, все быстро забывают, что я здесь не для того, чтобы остаться. — Я не останусь в этой адской дыре дольше, чем это абсолютно необходимо.

— Да, да. Я услышал тебя в первый раз. В любом случае, мне, наверное, не стоит запугивать Бейли, чтобы она позволила тебе остаться с ней, но это мой способ попытаться все исправить. Исправить ошибки нашего прошлого и все такое.

Нас прерывает сама Бейли, когда она подходит к нам и ставит три стопки на стойку. Немного спиртного проливается на стол, но она не обращает на это никакого внимания.

— Два месяца, — выпаливает она, глядя в мою сторону. Ее глаза цвета индиго светятся озорством, но его тут же маскирует волна беспокойства и неуверенности. Наклонившись вперед, достаточно близко, чтобы я мог учуять сладкий аромат ее духов и намек на пот, который действует как чертов афродизиак, она не отрывает от меня взгляда. — Это все, что я тебе даю, Бишоп. И поверь мне, это очень щедро. Не мешай мне, и проблем не будет. Но если