Очень странный факультет - Ирина Дмитриевна Субач

Но… я стояла в парке в платье, резиновых сапогах от Зелень и шубе, которую мне подарил Харлинг.

А значит, если я не хочу в психушку, то про параллельный мир и переселенцев рассказывать точно не стоит.

Разбираться, как я оказалась в парке, провалившись в вулкан, буду позже.

– Вероника Кружкина, – буркнула я свои прежние имя-фамилию. – Восемнадцать лет, проживаю в общежитии…

Дальше назвала все, что помнила, в том числе и адрес общаги в подмосковном городе. С некоторым облегчением я убедилась, что удивления адрес у фельдшера не вызвал. Значит, недалеко.

– В больницу поедешь? – спросил еще раз он. – У тебя на голове огромная шишка. Нужен осмотр. МРТ не обещаю, не в той стране, но рентген сделать можно. Нет ли трещин.

– Нет, – замотала головой я. – Это старое.

– А как тут оказалась? – все еще не успокаивался доктор.

Не верил он, что со мной все в порядке. Да я бы и сама не поверила.

– Не ваше дело, – нашла в себе силы и огрызнулась я.

– Как хочешь. – Фельдшер пропустил мою грубость мимо ушей, с равнодушным видом собрал чемоданчик и ушел в сторону скорой.

Я осталась наедине с женщиной и собачкой Феликсом.

– Это же Москва? – спросила я у единственной, кто мог ответить на этот вопрос.

Она кивнула, и я с облегчением выдохнула.

Что ж, одной проблемой меньше, осталось решить остальные.

И первая: куда идти сейчас, а вторая – как вернуться в академию?

– Спасибо, – поблагодарила я, все еще растерянно озираясь по сторонам.

Стоило ли возвращаться в общагу? Если нет, то куда мне тогда вообще идти?

Я начала волноваться, и деревья в парке угрожающе закачали вершинами, стряхивая с себя остатки осенней листвы.

Женщина испуганно прижала собачку к себе, пробормотав что-то про ураган и вечно обманывающих синоптиков, которые не обещали дождя.

«Держи себя в руках, Вероника, – успокоила я сама себя. – Тут не остров, магия может вырваться и наделать бед. Контролируй эмоции!»

– Ну я пошла, – уже вслух сказала я и двинулась в сторону, куда уехала скорая, как минимум там точно должна быть дорога и указатель с названиями улиц.

– Эй, постой! – догнал меня голос в спину. Женщина с собачкой явно переживала. – У тебя хоть деньги на метро есть?

Я остановилась как вкопанная.

Сколько помнила свою жизнь в этом мире, никогда не встречала доброту по отношению к себе. Люди всегда знали, что я сирота, и ни у кого не возникало желания помочь. И уж тем более предложить деньги.

Мол, меня государство содержит, что еще надо для счастья?

– Почему вы спрашиваете? – задала я вопрос, обернувшись.

Женщина как-то замялась, словно неловко стало.

– Ты не похожа на наркоманку, шуба дорогая, выглядишь ухоженно… А раз тут оказалась, значит, точно в беду попала.

– М-м-м, ну да… – пробормотала я. Встречают по одежке, даже если нашли в парке в куче листьев. – Нет, денег на метро у меня нет, но и не надо. Спасибо, что предложили.

Я развернулась и пошла дальше куда глаза глядят.

Кто-то скажет, что я глупая и надо было брать подачку, но я оказалась другого мнения.

Когда мне помогали в академии, все знали, кто я и откуда, и делали это искренне.

Тут же мне решили помочь просто потому, что на мне по счастливой случайности оказалась шуба!

Выдай мне Харлинг вчера простую телогрейку, я уверена, эта женщина с собачкой даже скорую для меня не вызвала бы.

Вдобавок была еще одна причина.

Если магия вырвется из-под контроля, пока я буду в метро, могут пострадать люди.

Так что лучше я как-нибудь поверху доберусь.

Выйдя на дорогу и добравшись до ближайшего указателя, я с удивлением обнаружила, что выбросило меня у самой окраины Москвы, да еще в удобном направлении.

Пешком через Лосиный Остров, пересечь МКАД, дальше окольными тропами и до почти родных пенатов.

Маршрут был удобен уже тем, что на пути по парку я встречала только бегущих спортсменов и мало кому угрожала своими необузданными силами.

Ноги сами несли меня по тропинкам…

И я, погруженная в мысли, брела вперед, размышляя о том, почему не сгорела в вулкане, а оказалась тут?

Почему при прикосновении к Харлингу меня чуть не убило молнией?

И в конце концов, почему он назвал меня Эммой?

Словно знал ее!

А если знал, то почему не сказал раньше?

Как-то слишком много знакомых на квадратный метр в академии выходило у оставившей мне тело девушки!

Если встретить старшего брата Седвига было даже ожидаемо, то каким образом с Эммой связан Харлинг?

Очередная загадка.

А еще меня волновало, что теперь будет с козой и котом, пока я за ними не присматриваю? Хорошо, хоть портал с мясом вовремя повесили, так бы нимурн рисковал умереть с голода, если я не вернусь в ближайшее время.

И вообще, как вернуться в академию?

Я цеплялась за призрачные знания, что скоро будет вылазка в наш мир, и меня должны найти. Не оставят же здесь?

Нужно только продержаться, не привлекая ненужного внимания и никого случайно не прибить!

Ноги все несли и несли вперед, пока деревья не расступились, обнажая не самую радужную находку, которую я хотела бы обнаружить.

Сглотнула, смачивая пересохшее горло.

Кладбище…

Вот уж набрела так набрела.

Я хотела развернуться и пойти обратно, как что-то привлекло боковым зрением.

Ярко-алые цветы на свежей могиле.

Одинокие гвоздики на мрачном холмике с крестом.

Я двинулась туда и с содроганием прочла на табличке.

«Кружкина Вероника Сергеевна»… Короткие годы жизни… и почти полная пустота, кроме трех гвоздичек.

Я пришла к собственной могиле, и слова Шериллы в памяти обрели осязаемое воплощение.

Брюнетка не бредила и не прикалывалась, она четко предсказала мне будущее.

«Третий день после заката, не ходи ночами. Могила с красными цветами будет над твоим телом…»

Нигде не ошиблась.

Я еще некоторое время растерянно стояла над могилой, испытывая странные противоречивые чувства.

Вроде бы я живая, а в то же время словно нет.

И еще эти гвоздики. У меня ведь никого не было. Кто мог их принести? Неужели кто-то все же скорбел по жалкой сиротке?

Понимая, что ответы от цветов не получу, я нашла в себе силы развернуться и хотела уйти, но не смогла.

Позади меня, словно бледная тень, стояла страшно перепуганная кассирша Алина.

С новым букетиком гвоздичек в руках и заплаканными глазами на лице. Она крестилась, будто видела призрак.

– Свят! Свят! Свят! – бормотала она. – Изыди!

А я