Ритуал на удачу: дроу и 40 кошек в придачу. Книга 2 - Лина Калина

С тяжёлым сердцем я повернулась, чтобы уйти.

— Подожди! — вдруг закричала Рудио. — Пусть сорок, но у моей Иветты всё должно быть.

Девушка заметалась по комнате, лихорадочно запихивая в пляжную сумку игрушки Иветты и пакеты с лакомствами.

— Для чего? — удивилась я. — Дроу найдёт чем кормить кошку.

Руди молча протянула мне сумку.

Я, вздохнув, взяла. Не зная, как ещё утешить девушек, я торопливо попрощалась.

Лайон и Руди вышли следом в коридор, печально наблюдая за моим уходом. Казалось, даже Иветта не разделяла моего стремления поскорее уйти — она пыталась вывернуться из рук и оглядывалась через плечо на расстроенных девчонок.

Глава 25

Я почти бежала к башне Элкатара, прижимая к себе Иветту. Её мурлыканье успокаивало, но не заглушало сомнений.

«Лишь бы поскорее отдать её, пока не передумала».

Мысль о том, чтобы вернуть мурлокса Лайон и Рудио, была соблазнительной, но ещё больше хотелось помочь Элкатару.

Я как раз подходила к дверям, когда профессор Ворн повернул ключ в замке, запирая комнаты дроу.

— О, — добродушно улыбнулся Ворн, заметив меня. — Вы хотели навестить Элкатара? Боюсь, он ушёл домой, мисс Андертон. На несколько дней. Неотложные дела, сами понимаете.

«Прекрасно», — мрачно подумала я, с тоской глядя на Иветту в своих руках.

— И… куда мне теперь девать кошку? — пробормотала я.

— Не беспокойтесь, — профессор подмигнул, — я присмотрю за малышкой. А вам, мисс Андертон, советую сосредоточиться на предстоящем балу. Наши студентки так ждут этого события!

«Кроме меня», — хмуро подумала я, вынужденно кивая.

Профессор словно читал мои мысли. Он внимательно, даже слишком пристально изучал меня, и стоило больших усилий не выдать своего разочарования. Если он догадается, что я собираюсь пропустить дурацкое мероприятие, то…

Не успела я додумать эту мысль, как профессор вдруг извинился:

— Мисс Андертон, прошу прощения за бестактность, но не могли бы вы одолжить вашу брошь с фамильяром? — в его глазах мелькнул странный блеск. — Чисто в научных целях, разумеется.

Я пожала плечами. На брошке магическая печать, так что особого вреда от исследований Ворна не будет.

— Конечно, — кивнула я, доставая украшения из сумки.

Профессор бережно, словно драгоценность, взял брошь.

«Интересно, а что Ворн задумал?» — подумала я, направляясь в сторону библиотеки. Впрочем, профессор Ворн всегда отличался некоторой… эксцентричностью.

«А проклятый бал пусть Фредди сам посещает в своём розовом платье», — зло подумала я, решив с головой уйти в учёбу и на время забыть о назойливом поклоннике и коварных планах судьбы.

Время летело незаметно. В воздухе витал дух приближающегося праздника: все только и говорили о бале, нарядах, кавалерах…

Я пряталась от Сили в библиотеке, а от неуёмного Фредди сбегала в сад, лишь бы не слышать его восторженных воплей о шикарном розовом платье.

Накануне бала, вернувшись в комнату, я остолбенела. Прямо посреди моей кровати красовалась огромная коробка, перевязанная алым бантом.

Ярость жгла изнутри.

Несколько минут я буравила подарок полным ненависти взглядом, готовая взорваться. Резко схватив коробку, распахнула окно.

Холодный ночной ветер ударил в лицо, немного остудив мой пыл.

«Нет! Швырну её Фредди прямо в его напудренную физиономию!» — решила я, захлопнув окно. Ворча себе под нос проклятия, я нетерпеливо сорвала алый бант. Ожидая увидеть розовые кружева и оборки, остолбенела: в коробке покоилась ткань цвета лунного серебра.

Рука будто сама собой потянулась к записке, прикреплённой к свёртку. Узнав почерк Элкатара, которым был написан список студентов с мурлоксами, я на мгновение затаила дыхание.

«Я пока что всё ещё твой истинный. И розовый — это слишком сладко, Нэтта», — сквозила явная насмешка в его словах, написанных на дорогой бумаге. — «Тьма не терпит дешёвых рюшей и дурацких оборок. А в этом платье ты будешь… сносно выглядеть. Э».

Внезапно щёки опалило жаром. Так он, значит, решил самолично заняться моим гардеробом? Что же, посмотрим, насколько изысканным вкусом обладает обитатель Подмирья.

Но стоило мне коснуться ткани, прохладной и мягкой, как глупая улыбка сама собой расцвела на губах. Платье было поистине великолепно: струящееся серебро, подчёркивающее фигуру, без единой лишней детали.

Дорогое, изысканное, идеальное.

И, несмотря на сухость записки, Элкатар действительно позаботился обо мне. Он ведь знал про нелепое розовое платье, а значит, сам организовал замену.

«При случае поблагодарю его, — подумала я. — Завтра… если, конечно, этот высокомерный дроу почтит праздник своим присутствием».

Глава 26

Элкатар

Подмирье. Окрестности храма

Ветер с Мглистых Пиков трепал мои волосы, неся с собой запах мокрой листвы.

Далеко внизу, в долине, распластался храм Лаос, освещённый призрачным сиянием фосфоресцирующих грибов.

Рой светлячков, кружил над древними стенами, но эта идиллия была иллюзорной.

Небесно-голубой барьер, словно выкованный из самой лунной стали, сковал храм, делая его неприступным.

Вот уже много веков никто не видел ничего подобного — столь дерзкого святотатства, осквернившего священную обитель Лаос.

Дракониды-наёмники из моего домена, привыкшие к хладнокровию своего арах-магистра, перешёптывались за спиной, бросая встревоженные взгляды.

Да, на этот раз даже я, не знал как лучше поступить. Ледяные когти тревоги сжимали сердце.

Я должен был быть в Академии, рядом с Нэттой, вдали от проклятой долины. Но долг, древний, как сама Лаос, приковал к этим землям.

За этой мерзостью стоял Тир'эллон. Только он мог зайти так далеко. Готовить ритуал не где-нибудь, а в древнем храме. Осквернить святыню ради своих гнусных целей!

Руны, начертанные на стенах храма, пылали неестественным светом. Я чувствовал, как внутри барьера нарастает мощь, как концентрируется дикая, первобытная магия. Он готовится. Боится, что не завладеет всеми мурлоксами. А если Тир'эллон накопит достаточно энергии в этом барьере... Взрыв магии заменит штук двадцать фамильяров.

Скрипнув зубами, я стиснул рукоять кинжала. До зимы... до человеческой зимы оставалось совсем немного времени. Тир'эллон придёт за Нэттой именно тогда.

— Элкэ, — нарушила молчание сестра Лирафей, коснувшись моего плеча. Её голос, обычно звонкий и насмешливый, сейчас звучал напряжённо. — Жрицы пытались развеять барьер, но он... Он словно питается чарами. Любое прикосновение лишь усиливает его мощь.

— Что говорят жрицы? — мой голос прозвучал глухо даже для меня самого.

— Они молятся богине. — Лирафей помедлила, не решаясь произнести вслух страшную правду. — Но даже их молитвы не могут пробить этот барьер. Мы ничего не можем сделать!

Я кивнул, вглядываясь в его мерцающую пелену. Мысли метались в голове подобно летучим мышам под сводами пещер Рифт.

— Это бесполезно. — Лирафей повернулась ко мне. — Ты слаб, Элкэ. Ничего не сможешь сделать.

— Я тебя не звал.