Край воды - Анастасия Бауэр

В мозгу Нины вихрем пронеслись обрывки совместного завтрака, и она внезапно поняла причины столь необычной задумчивости. Олег был смущен. В этом не могло быть никого сомнения — достаточно прислушаться к странному, непривычному напряжению в голосе. Очевидно, он приехал сюда работать, между делом взяв ее с собой и просто обозвал это прогулкой. Когда Нина это осознала, то испытала двойственное ощущение и в первую очередь из-за того, что невольно добавила ко всем его проблемам, еще и такое никому не нужное волнение из-за приступа.

— Не переживай, мое эго практически не пострадало. Работай, если надо. И вставай, пожалуйста!

Прищурившись на яркое голубое небо, Олег спокойно спросил:

— Ты что, думала меня провести и опрокинуть еще раз?

— Нет, обещаю тебе, что не буду больше делать подножки. Честное слово, — заливаясь смехом, сказала она. — Ты совершенно прав, ревновать к делам — это действительно бессмысленно.

Нина протянула руку, чтобы помочь ему, до последней секунды ожидая того, что он сейчас сам попытается обмануть ее и рывком сбить с ног, но Олег всего лишь с благодарностью принял ее помощь.

— Половина проекта из головы вылетела, — пожаловался он, потирая локоть и в очередной раз отряхиваясь от снега.

— Ты только взгляни, — сказала Нина, стараясь, как можно скорее забыть неловкую ситуацию в которой оказалась выбежав на лед и предварительно не узнав глубину озера. — У леса берег не замело. Мне интересно пройтись по краю.

— Пожалуйста, — ответил Олег и, к ее огромной радости, в качестве примирения, обнял ее за талию. Теперь они действительно напоминали двух влюбленных. — Мне тоже нравиться этот край воды. Только скажи мне, — добавил он с нескрываемой заботой и интересом, — как давно начались эти приступы? Ты откуда-то падала? Или может быть, напугал кто-то. Что-то в толк не возьму.

— С детства, — неохотно ответила Нина.

— И что послужило причиной?

Этот вопрос явно смутил Нину, и она начала сбивчиво объяснять:

— Ты понимаешь, мои родители погибли в автокатастрофе, на мне их утрата сказалась соответствующим образом. В виде шока. Какое-то время я просто боялась выходить из дома, но когда меня удочерил Леня, я немного успокоилась, даже вылечилась. Вновь стала нормально посещать танцевальный кружок и школу, а боязнь высоты, вернее какой-то мерзкой жизненной незащищенности осталось, и живет со мной по сей день.

— Поэтому ты избегаешь лифтов?

— И не только их, — откровенно призналась Нина.

Продолжая улыбаться, Олег вкрадчиво проговорил:

— Тогда позволь мне напомнить одну мудрую пословицу: клин клином вышибают… Он двигался настолько быстро, что Нина даже не успела вскрикнуть — уже в следующую секунду она оказалась в воздухе и безболезненно приземлилась на снежок.

Придя в себя после недолгого и позорного полета, Нина горестно рассмеялась и поднялась на ноги.

— Ты в своем репертуаре, — упрекнула она Олега, делая вид, что тщательно отряхивает снег с шарфа и шубы. На самом деле ее ум напряженно работал, продумывая как не остаться в дураках и поквитаться. Самым усталым жестом на который была способна, она невинно сунула руки в карманы, и направилась к Олегу.

— Надеюсь, высота была достаточной? — ухмыльнулся Олег.

— Вполне. Ты выиграл. Пойду пройдусь.

Однако на этот раз от Олега не укрылся озорной огонек, полыхнувший в голубых глазах, и он ожидал ловушку.

— Лгунья, — рассмеялся он, наблюдая за тем как Нина обошла вокруг него, выгадывая наиболее подходящий момент. Олег твердо решил быть неусыпным, а Нина пока не решила, когда именно пойдет в атаку.

— Перемирие, — засмеялась она, делая вид, что застегивает пуговицу, расстегнутую ею же минуту назад. — Неудивительно что я все время с мокрой шеей. Этот воротник постоянно расстегивается.

— Хочешь, помогу тебе, — с готовностью ответил Олег. Это была именно та фраза, которую Нина рассчитывала услышать больше всего. — Покажи, что там случилось.

Он снял перчатки и потянулся к воротнику. В ту же секунду Нина резко размахнулась, намереваясь со всей силы толкнуть его в плечо или широкую грудь. Но на удивление Олег слишком быстро дернулся в сторону, и Нина, не имея никакой преграды, стремительно пролетела шеей вперед и приземлилась на колени в первый же попавшийся сугроб по самые плечи.

Задыхаясь от хохота и снега, забившего рот, Нина села на сугробе.

— Давно слышал, что фобички и разные психопатки, когда не могут с собой совладать, начинают искать обо что побиться головой, — сообщил сверху насмешливый голос. — Хорошая идея биться головой об сугроб. Как ты думаешь, мы сможем запатентовать ее?

Последняя реплика настолько позабавила девушку, что она буквально скорчилась от неудержимого смеха. Пытаясь параллельно отплеваться, она посмотрела на ухмыляющееся лицо Олега. Упершись рукой в бок, он возвышался над ней, как олицетворение физического превосходства.

— Когда ты действительно решишь всерьез пройтись, — лучась удовлетворением проинформировал он ее, поворачиваясь, чтобы оглядеться, — предупреди меня и…

Договорить он не успел. Нина снова резко вытянула ногу вперед. Но Олег не повалился вниз как подрубленное дерево и даже не споткнулся. Вместо всего этого он смог молниеносно увернуться. Подтвердив свою догадку, Нина торопливо откатилась в сторону и поднялась на ноги, стараясь оказаться подальше от него.

— Ты специально поддавался сегодня и что самое интересное, вчера, — заключила она, пятясь назад и не сводя с него глаз.

Олег улыбаясь кивнул, но в этой улыбке было что-то очень настораживающее, тем более что он начал осторожно наступать на нее.

— Одумайся… Не делай ничего такого, о чем бы ты потом сожалел, — с трудом глотая смех, лепетала Нина, выставив вперед руки, как бы пытаясь защититься, и все быстрее и быстрее пятилась назад. — Послушай, Петровский… Я ухожу! — С этими словами Нина быстро повернулась к нему спиной, явно намериваясь удрать по берегу. Но не тут-то было. Олег рысью бросился следом за ней и, схватив за воротник, повалил на землю. Накрыв ее своим телом, он перевернул Нину на спину и, явно потешаясь над тщетными попытками своей пленницы высвободиться, крепко прижал к земле.

— Ты все же лгунья и тебе нельзя верить, — насмешливо констатировал он, крепко удерживая вырывающуюся девушку. — Сдаешься?

— Да! — с трудом выдохнула Нина. — Но ты-то тоже притворщик. Да ты ловчее и быстрее меня раз в шесть!

— Тогда скажи: «я уже нормально себя чувствую и больше не боюсь провалиться под лед».

— Я больше не боюсь! — давясь от хохота, взмолилась Нина. — Я нормально себя чувствую!

— А теперь закрой глаза и поцелуй меня!

— После такого, только в щечку! — скорее не чмокнув, а размазав быстро тающие снежинки по его скуле и лбу, Нина скорчила забавную рожицу. Наконец