Не трожь мою ёлочку, дракон! - Саша Винтер

Во мне взрывается ярость.

Я подступаю ближе.

— Я не позволю! — вырывается громче, чем следует.

— Орден этого так не оставит, Аэр, — мягче увещевает Дэйнарин. — А я… член Ордена.

— Орден ничего не сделает, если не узнает, — шиплю сквозь зубы. — Тебе достаточно пройти мимо.

— Для этого тебе придётся меня убить, Аэр, — в голосе Дэйна проскальзывает трагизм. — Я не стану нарушать устав.

Внутри всё обваливается. Я знаю Дэйнарина уже полсотни лет. Мы друзья. И я отлично знаю, насколько он принципиальный. С моей стороны было бестактно говорить о нарушении устава.

— Аэриос, — добавляет он с болью. — Ты член Совета Кайра. Ты не можешь мешать Ордену восстанавливать баланс. Это и твой долг тоже.

— Валери моя женщина, — голос предательски хрипнет. И меня злит, что он слышит это.

— Аэриос… — он прикрывает веки. — Она попаданка…

— Пока я дышу, — произношу глухо, — ты её не тронешь. Я сделаю всё, чтобы её защитить.

Дэйнарин долго смотрит на меня взглядом, каким умеют смотреть только белые драконы — пронзительным настолько, что кости начинают вибрировать. Затем делает шаг в сторону. Освобождает пространство, в котором рушится мой мир.

— Ты начинаешь очень опасную игру, друг. — Голос леденит. — В ней ты проиграешь. Если не я, то Орден доведёт дело до конца.

Я поднимаю голову.

И произношу то, что даже мысленно боялся сказать раньше:

— Она моя истинная.

Дэйн замирает. Словно я вонзил в него ледяную стрелу.

Трещина пробегает по его взгляду. Восторг. Ужас. Отчаяние за меня.

— Аэриос… — он замолкает, подбирая слова. — Истинность попаданки тоже требует проверки. Ритуал может убить её. Ты это понимаешь?

— Но он может и спасти, если подтвердится истинность, — отвечаю я холодно, собранно, как человек, который уже всё решил. — Потому что в противном случае ты или твой Орден сожжёте её астралом. Лучше хотя бы призрачный шанс, чем потерять свою женщину без борьбы.

Дэйнарин снова долго молчит. Взвешивает.

— Хорошо. — Его голос напоминает звук лопающегося льда. — До ритуала будем считать леди Валери твоей истинной.

Должно приободрить, но звучит как отсрочка казни.

Я перевожу дыхание. Войны не случилось. Подумать только, я был готов сразиться с Дэйнарином прямо тут.

— Раз с этим решили, Дэйн, я хочу изобличить того, кто отравил мою женщину. — говорю жёстче, чем сталь. — Ты у нас блюститель порядка. Поможешь?

Он кивком приглашает меня идти.

И мы направляемся в зал торжеств. Он пуст. Музыка давно смолкла. Гости собраны в боковых залах, соединённых проходами, охрана стоит у порога.

И среди гостей — Бриана. Ходит между моими соратниками, вассалами, с кем-то пошутит, с кем-то просто улыбнётся. Она выполняет свою роль моей помощницы безукоризненно, если забыть, что она убийца.

Гости дружно поворачиваются к нам, когда мы входим. Молодой лорд Ранэл, сын моего друга, занимающегося рыболовсвтвом, подбегает ко мне.

— Лорд Витерн! — в голосе искреннее беспокойство. — Как леди Валери?

— На неё покушались, — произношу громко, чтобы слышали все. — И убийца находится в этом зале.

Повисает мёртвая тишина. Я поворачиваюсь к Бриане.

— Леди Бриана, — произношу холодно. — Это сделали вы.

Она медленно переводит на меня взгляд. Бледнеет. Но маска на лице идеальная.

— С чего вы взяли, милорд? — спрашивает певучим голосом. — Я ничего не делала.

И тут вперёд выходит Дэйнарин. Сердце ускоряется. Вдруг он сейчас скажет вслух «аспиро-соль», «несовпадение души», «попаданка». Тогда я никак не смогу уберечь Валери.

Горло перехватывает. Пламя внутри гудит. Но он не подставляет Валери, к счастью.

— Леди Бриана, — произносит Дэйнарин низко. — На одежде леди Валери был найден серебристый порошок. С характерным блеском и остаточным флёром воздушной магии. На правах прокурора острова Кайр я прошу вас показать вашу комнату и личные вещи. Если вы ни при чём — следов реагента мы не обнаружим.

По залу прокатывается шёпот. Драконы все как один смотрят на Бриану.

Она ё

— Это… оскорбление, — выдыхает она. — Вы обвиняете меня без доказательств!

Я подаюсь вперёд:

— Давайте, леди Бриана. Развеем все подозрения прямо сейчас.

В её глазах мелькает страх. Тонкий и едва заметный, как игла.

— Если вы отказываетесь, леди Бриана, — спокойно добавляет Дэйнарин, — я открою официальное расследование покушения на убийство. В этом случае наказание будет куда суровее.

Она сжимает губы.

— В том случае, если я виновна, — отвечает коварным тоном.

— Ты виновна, — выговариваю я, не выдерживая этого фарса. — Дэйнарин, как её сюзерен и прямой начальник я приказываю осмотреть её комнату.

Взгляд Брианы дергается, как у зверя, которого загнали в угол. Но она гордо поднимает подбородок.

— Разумеется, милорд, — произносит притворно-кротко. — Мне… нечего скрывать.

Мы идём к покоям Брианы. Она идёт впереди — прямая, как копьё.

Я почти уверен, что в её комнате найдутся доказательства. Но так я решу только одну проблему. Останется главная — как спасти Валери, когда и если она придёт в себя.

35. Убийца

Аэриос

Дэйнарин по-джентльменски открывает Бриане дверь, хотя она этого и не заслуживает. В её спальне светло, прибрано и… слишком парфюмированно пахнет. Будто она забила все шкафы ароматическими лепестками.

Бриана проходит в центр и разводит руками, мол, смотрите сколько хотите.

— Вы совершаете ошибку, лорд Витерн, — цедит она сдержанно. — Вы ничего не найдёте, но после такого унижения я подам в отставку.

Я не отвечаю. Мне хочется разок дыхнуть на неё, чтобы осталась горстка заиндевелого пепла, а не искать доказательства. Дэйнарин куда более холоден. Он проходит по спальне. Потом поворачивается к ней.

— Я должен осмотреть ваши вещи, — приказывает спокойно. — Откройте сундуки, шкафы, покажите платья.

— Как пожелаете, лорд Харлан, — выдавливает она и действительно открывает два шкафа и один сундук в углу.

Дэйн подходит к ним, морщится. Даже мне от двери очевиден приторный букет ароматов. Но у Белых особый нюх. Так что он остаётся там. Не касается ничего, но смотрит.

Потом резко разворачивается и делает несколько шагов к косметическому столику.

— Откройте ящик, леди Бриана, — велит он, указывая на центральный ящичек под столешницей.

Она открывает с победным видом, хотя пальцы дрожат. Ящик пуст. Дэйнарин выпрямляется, медленно выдыхает, из ноздрей выбивается тонкая струйка белого дыма. Явный знак, что дракон зол.

— Здесь ничего нет, милорды, — нараспев щебечет Бриана.

Уже полностью взяла себя в руки. И если я не чувствую запаха соли, то Дэйн до сих пор его ощущает. Иначе бы его взгляд не был таким пытливым.

Он резким движением вырывает ящик из стола и бросает на пол. Тонкие деревяшки разлетаются, и в куче обломков становится заметным небольшой чёрный металлический флакон с гравировкой дракона.

Я знаю этот металл.