Сера - Калли Харт

чувствовала, насколько он твёрд, как он упирается в штаны, головка его члена вдавливалась мне в живот, когда он наклонялся надо мной и толкал бёдра вперёд, срываясь тихим стоном.

— Три ночи. — Его голос был хриплым. — Столько я хожу по этой комнате туда-сюда, фантазируя о том, как трахну тебя до потери дыхания, Саэрис Фейн.

Я ахнула, когда он наклонился и провёл языком по моей шее. Звуки, которые он вытягивал из меня, были почти постыдными, но мне сейчас было абсолютно всё равно.

— Всего… — я сглотнула, — последние… три?

— Все предыдущие я молил, чтобы ты выжила.

Я не хотела вспоминать о том, что чуть не умерла. Не сейчас, не в его сильных руках на моём теле и шуме его крови, гремящем в моих ушах.

— Я хочу тебя, — прошептала я. — Пожалуйста…

Возьми меня.

Забери меня.

Трахни меня.

Сделай меня своей.

Мысли били, как барабан в походной рати. Я не могла думать ни о чём другом и знала, что моя пара слышит их тоже.

— Осторожнее, Ошa, — произнёс он хрипло, целуя линию моей челюсти. Добравшись до уха, он остановился и прикусил мочку зубами. — А то получишь ровно то, чего просишь.

Схватившись дрожащими пальцами за его рубашку, я выгнула спину, буквально тая в его руках.

— Пожалуйста. Пожалуйста… — Я издала сдавленный звук, когда снова почувствовала его зубы, теперь уже на шее. Блаженный укол его клыков в ямочке у основания горла заставил меня замереть. — О, чёрт… — выдохнула я. — Чёрт. Кингфишер…

Он не укусил меня. Острые кончики его клыков лишь прорвали кожу, я уже чувствовала запах крови, но он не пошёл глубже. Он завис там, горячий, сбивающий мне дыхание. Запах его тела сводил меня с ума, а форма греховной улыбки, едва касавшаяся моей кожи, сводила с ума ещё сильнее.

Он провёл кончиком языка по двум точкам, где его клыки прокололи мою шею, медленно слизывая капли крови.

— Ты на вкус как конец грёбаного мира, — промурлыкал он. — Просто убей меня и покончим с этим. Лучше этого уже ничего не будет.

Чёрт!

Моё тело действовало само по себе. Я подняла руки и запустила пальцы в густые пряди Кингфишера, отчаянно пытаясь притянуть его обратно к своей шее, но он лишь тихо рассмеялся. Звук его глубокого, насыщенного смеха взорвался во мне жгучей потребностью.

— Ты куда сильнее, чем была, — заметил он. — Но я всё ещё сильнее, маленькая Оша.

Мгновение и он поднял меня, бросил на кровать и прижал мои руки над головой. Раздвинув свои ноги по обе стороны от моих, он оседлал меня сверху. Его массивная фигура возвышалась надо мной. Тёмные волны волос падали ему на лицо, отбрасывая тени на черты, пока он ухмылялся, доводя до греха своим шепотом.

— Ты очень привязана к этой одежде, Оша?

— Да! — рассмеялась я, пытаясь высвободить руки. Он был прав: я стала сильнее… но он всегда будет сильнее. Да и гравитация была на его стороне.

— Тогда прошу прощения, — ответил он с притворным раскаянием.

Из его ладоней и груди вырвались струйки дыма и тени, скользя вверх из распахнутого ворота его свободной рубахи, как змеи. Они обвились вокруг моих рук, прошли по телу, оставляя за собой горячий след. Частицы магии вспыхивали, ловя свет, когда сила Кингфишера собиралась и стекалась к середине моей стремительно вздымающейся груди, пробираясь под рубашку.

Они разделились, рассыпавшись на сотни ещё более тонких нитей силы и принялись за своё дело. У моей рубашки не было ни единого шанса.

Там, где прикасались тени Кингфишера, хлопок рассыпался и исчезал, не оставляя ни малейшего следа. Моя кожа обнажалась всё больше, пока, наконец, я не осталась полностью голой под ним.

Огонь весело потрескивал в камине, мне было далеко не холодно, и всё же по коже побежали мурашки. Соски затвердели, грудь поднималась и опускалась быстро, пока Кингфишер долгим, жадным взглядом изучал моё тело.

— Ты самое потрясающее создание, что я когда-либо видел, Саэрис.

— Это… совсем… нечестно, — выдохнула я. — Ты полностью одет, а я голая, будто только что родилась.

Его улыбка стала слегка перекошенной.

— У тебя есть такая магия, что ты вполне способна и меня раздеть, я уверен. Хочешь попробовать?

— Нет! Боги, нет. Что, если… что, если я подожгу тебя или что-то в этом роде? Или…или, я не знаю, случайно разорву тебя на части?

Он зловеще рассмеялся. Его глаза не отрывались от моих, пока он наклонялся ко мне и не взял мой правый сосок в рот.

— Ты не сделаешь этого.

Он нежно втянул в себя мой бутончик плоти, и моя спина выгнулась, отрываясь от кровати. Боги, это было так восхитительно. Он сводит меня с ума, черт возьми. Я готова была закричать, если бы он не остановится.

— В магии всё решает намерение, маленькая Оша. Тебе пришлось бы желать мне смерти, чтобы поджечь. Точно так же тебе понадобилось бы сильно меня ненавидеть, чтобы призвать энергию, способную рассечь плоть и кость.

Было время, когда я ненавидела его так сильно. Но теперь...

Кончики его клыков были видны. Я уставилась на них, завороженная. Его губы касались моего соска, когда он говорил, и дрожь пробежала вверх и вниз по моему телу.

Теперь не было ничего, чего я бы не сделала для этого мужчины. Он медленно начал продвигаться вниз по моему телу, даря моей коже легкие поцелуи по пути. Нижняя часть груди. Ребра. Живот. Бедра…

— Куда это ты собрался? — Мой голос прозвучал так, будто я задыхаюсь.

Фишер фыркнул, улыбаясь, и провёл кончиком носа по коже от моего пупка и в низ к моей вагине.

— Ну же, Оша. Где же ещё аколит преклонит колени для поклонения, как не у алтаря своей богини?

Грешники. Его язык раздвинул мои губы, и я потеряла способность думать. Оказалось... оказалось, что алтарем Фишера была чувствительная плоть между моих бедер, а я... я была его богиней.

— Святые угодники! Это... это невероятно!

Более ста лет Фишер не съел ни единой крошки в том лабиринте. Малкольм держал его в состоянии вечного голода, не позволяя умереть от него. Он всегда выглядел вечно голодным, когда ел в Зимнем