Только для твоих лап - Элизабет Прайс

Его руки крепче обняли её, когда его волк зарычал при этой мысли.

— Не смей, — предупредил он её и был удивлён, когда услышал тихое хихиканье, вырвавшееся из неё.

— На секунду я подумала, что твой волк выйдет и разозлится.

— Так и было, — твердо сказал Каттер.

— Может, мне стоило бежать в противоположном направлении вместо того, чтобы затащить тебя в маленькую кладовку, — без энтузиазма пошутила она.

Каттер откинул голову и обнял её, переводя её взгляд на него.

— Не на тебя, Люси. Тебе никогда не придётся убегать от меня.

Люси немного грустно улыбнулась и покачала головой.

— И я клянусь, если моя ежиха когда-нибудь будет буйствовать, я тоже никогда не причиню тебе вреда.

Он сжал губы, чтобы не засмеяться.

— Я рад это слышать. Я слышал, что, если ёж уколет, ты почувствуешь некоторый дискомфорт, по крайней мере, на пару часов.

— Скорее, на три, — торжественно сказала она ему, прежде чем усмехнуться.

У Каттера было необъяснимое желание поцеловать её подёргивающийся носик, но он боролся с этим. Ну, на самом деле у него было сильное желание спустить с неё штаны и вогнать своё твёрдое мужество в её влажное тепло, но это было знакомое желание, к которому он привык. Это новое желание, сделать что-то милое и интимное, было чем-то новым и пугающим. Секс — это одно. Это удовлетворяло зуд, который был у всех перевёртышей. Но хотеть сделать что-нибудь милое? Желание прижать к себе после секса? Для него это была чужая территория. Каттер даже не хотел так себя вести со своей женой, хотя это было бы слишком приятно.

К разочарованию Люси, он отстранился от неё и отступил, ударившись головой о металлический стеллаж. Она вздрогнула, когда он потёр голову, но, по крайней мере, головная боль отвлекла его от боли в штанах. Боль другого рода, но со штанами определённо было хуже.

Люси скрестила руки на своей внушительной груди, и он снова почти целенаправленно ударился головой.

— Так что случилось? — мягко спросила она.

— Они думают, что я имел какое-то отношение к смерти Клейтона и той женщины, — выпалил он, обрадовавшись возможности поговорить с кем-нибудь.

Люси в шоке открыла рот.

— Едрёна кочерыжка! Это безумие!

— Знаю.

— Ты бы никогда этого не сделал.

— Знаю.

— Эти люди идиоты.

— О, дорогая, — засмеялся он, — я знаю.

Блять, а это приятно, когда кто-то на его стороне.

— Итак, что ты собираешься делать?

Каттер пожал плечами.

— Ничего такого. Я не сделал ничего плохого, поэтому против меня нет никаких улик.

Это была полуправда. Он всё ещё намеревался расследовать смерть Клейтона. Его небольшая вера в способности Диаса полностью испарилась во время только что состоявшейся встречи. Каттер не верил, что кот отдаст Клейтону дань уважения, которую тот заслуживает. Однако Каттер не собирался этого делать, чтобы оправдывать себя. Он делал это для Клейтона.

Люси кивнула.

— Они скоро увидят, что совершили ошибку.

— Надеюсь, что да, — пробормотал он.

— Я сожалею о том, что происходит, но мне нужно идти, — неохотно сказала Люсиа ему.

— На свидание? — горячо спросил он, думая о льве-перевёртыше.

Теплота и чувства между ними мгновенно исчезли, и Люси чуть не расплакалась от его резкого изменения, но она стояла на своём и выпятила подбородок.

— Нет, вообще-то у меня есть работа. Я рада, что тебе лучше.

Она выскочила из кладовки с высоко поднятой головой, и Каттер ударил кулаком по стене. Что, блять, с ним случилось? Она утешила его и помогла ему, хотя ничто из того, что он когда-либо делал, не требовало от нее такого нежного внимания, а затем он повернулся и фактически ударил её по лицу. «Разве он не мог просто сказать спасибо?!»

Каттер покачал головой, пытаясь дотянуться до своего волка. Его перепады настроения были лишь ещё одной причиной, по которой он заставлял себя держаться подальше от Люси, почему она не могла быть его парой. Выражение лица Люси резко изменилось, словно её ударили. Как он мог жить с таким взглядом каждый раз, когда вёл себя как сволочь? Потому что он будет делать это снова и снова.

Нет смысла останавливаться на этом вопросе. Он повторял это более тысячи раз, и каждый раз приходил к одному и тому же выводу — Люси будет лучше без него. Так почему бы ему просто не отпустить её и не покончить с этим?

— Блять, — выдохнул Каттер, увидев вмятину размером с кулак, которую он только что оставил в стене.

Он заставил её несколькими чистящими средствами и вышел из кладовки, убедившись, что его никто не видит. Мог быть кто угодно...

* * *

— Убирайся с дороги, дедушка! — яростно пробормотал Каттер.

Он обогнул «бьюик» и нажал на педаль газа. Дождь обрушился на его внедорожник, волнами скатываясь по стеклу. Стеклоочистители скрипели, когда они работали сверхурочно, чтобы было видно дорогу. Каттер зарычал и прищурился через стекло. Даже с улучшенным зрением он почти ничего не видел.

Смутно он подумал, что, возможно, ему стоит немного сбавить обороты, но он был слишком зол и слишком хотел вернуться домой. Его стычка с Люси возбудила его, а ссоры с другими людьми в течение дня истощили его короткий запал. Он хотел вернуться домой, попытаться привести свой член в более управляемое состояние, а затем плюхнуться перед телевизором, выпив столько пива, сколько у него было в холодильнике.

Он провёл утомительный час, разговаривая по телефону со своим банком, крича на них, чтобы они исправили свои ошибки, и пытался вернуть деньги, которые они положили на его счёт. Но как бы он ни кричал, казалось, что они не хотели этого делать. Они были непреклонны в том, что деньги принадлежат ему, и что кто-то — они отказались раскрыть кто, несмотря на все его угрозы — целенаправленно отправил их ему. Весёлый банковский служащий по телефону предположил, что, возможно, у него умер богатый дядя. Каттер повесил трубку.

Его команда — или, по крайней мере, трое оставшихся членов команды — расследовали ещё один случай. Это было убийство-самоубийство, которое в значительной степени раскрылось само собой, поэтому он послал Уэйна и Эйвери разобраться с этим. Понимая, что другие агенты относятся к нему холодно и искоса смотрят на него, Каттер ушёл и отправился искать бездомных, которые знали его жертву-ежа. По-видимому, начали распространяться ложные слухи о его причастности к смерти Клейтона. Людям не нужно было много думать о вас