Старый рудник для брошенной жены - Алена Ягинская

— Я не эльф, госпожа Александра. У дивного народа своя магия, ощущать ее могут лишь они и архимаги. Слишком тонкие эманации. Но вообще меня не покидает ощущение, что магия здесь как будто разлита в воздухе.

— Что это значит? Нам нужен маг воздуха?

— Нет, это как будто… — парень пошарил глазами по столу и остановился на чернильнице. Взял ее в руки и показал мне: — …будто все чернила вылились и впитались в бумагу. Они как бы есть, но стали непригодны к использованию.

— Вы не правы, Лимар. Чернила могли быть потрачены на то, чтобы создать нечто гораздо более ценное, чем просто пропитанные ими листы бумаги. Например, записи. Да и чернильным листам можно найти применение, надо лишь применить фантазию. И я хочу, чтобы вы ее применили, Лимар. От этого сейчас зависит наше благополучие. И для начала предлагаю подумать вам вот над чем — на что годятся эти камни?

Я выложила и положила на стол камни, что я взяла из отвалов закрывшихся шахт.

Лимар Свипт недоуменно посмотрел на меня, потом взял в руки образцы.

— Это же шишар, отработанная порода, — вынес он вердикт.

— Я в курсе, — согласилась я с тем, что отработанная. — Есть в ней какая-то магическая сила?

— Откуда? Она пустая во всех смыслах. То есть эта порода так устроена, что она отовсюду собирает энергию и формирует в себе камни-артефакты, наделяя их магией. Камни извлекают, а породу оставляют, как пустую и ненужную.

— Лимар, — пришла моя очередь брать в руки чернильницу. — Даже если здесь не останется чернил, эта вещь на что-то да сгодится. Думай, Лимар. Ты маг и умный парень. Если не хочешь ближайшие пять-десять обозримых лет крутить ворот подъемника, то прояви фантазию, на что сгодится этот шишар. Может быть, он, кроме магии, может втягивать в себя еще что-нибудь? Плохую энергию, проклятия, болезни? Возможно, что можно что-то сделать с ним, например, очистить огнем, и он восстановит свои свойства или обретет новые? Перезарядить его?

— Перезарядить? Никогда не думал об этом, — сказал маг, сжимая камень в ладонях и прислушиваясь к чему-то. — Но вы правы, госпожа Александра. То, что никто не пытался как-то использовать шишар, еще ничего не значит. Могу ли я рассчитывать на вашу помощь как мага?

— Чем могу, помогу, Лимар. Но, видишь ли, дело в том, что маг я необученный. Совсем.

— Но так не бывает, — помотал головой парень. — Вы потомственная магисса, госпожа Александра. Вас должны были учить.

— Значит, или меня забыли научить, или я забыла, что меня обучали. Короче, я ничего не смыслю в магии. Если хочешь, чтобы я тебе помогла, тебе придется научить меня хотя бы самым азам.

— Но я не смогу! — испугался парень. — Я сам необученный маг. А два необученных мага… Госпожа Александра, это катастрофа!

***

Слушайте, ну вот какая разница, один недоученный маг на руднике или два? Притом, что один ворот подъемника крутит, а второй про магию в принципе ничего не знает, кроме того, что она существует.

Но парня этот факт просто-таки вывел из равновесия, он чуть не забегал по потолку и не принялся рвать на себе волосы. Точнее, принялся ходить по небольшому кабинету начальника колонии и ерошить свои вихры.

— Лимар, возьми себя в руки, сядь и не мельтеши, а то у меня голова от тебя кругом идет. И объясни, что за паника на корабле?

— Корабле? Каком корабле? — парень замер на секунду и недоуменно уставился на меня.

— Никаком, Лимар, вымышленном. Я все еще хочу понять причину твоей столь бурной реакции.

Парень-маг глубоко вздохнул несколько раз и все-таки сел обратно на стул.

— Госпожа Александра, дело в том, что по законам Трассерии если в одном месте есть несколько магов, не освоивших свой дар, то у них или должен быть наставник, или они должны быть изолированы друг от друга, — пояснил парень.

— Изолированы? Почему? — удивилась я. Про наставника понятно, но как можно изолировать всех недоучек друг от друга?

— Может возникнуть эффект резонанса. Поэтому в академиях стоят специальные артефакты, которые забирают излишки магии, которые оказываются в пространстве, — объяснил Лимар, снова нервно ероша волосы.

— Допустим, — согласилась я. — А если мы закажем такие артефакты?

— Не получится, нужна лицензия. Или аккредитованный наставник. Но я боюсь, что проще будет отослать меня отсюда, — признался парень.

— А ты не хочешь? Место тут не самое приветливое.

— В других местах ко мне будет предвзятое отношение, — с неохотой сообщил бывший студент.

Ну да, ну да, он же из аристократов, а в ссылки только пролетариат ссылают. И меня, то есть Сашу, за то, что она якобы мужа отравила. Короче, вот и встретились два одиночества.

— Напиши отцу, объясни ситуацию, пусть сообразит что-нибудь, — предложила я. — Я могу написать милорду, но не хочу, если честно. Пока никто не знает, кроме тебя, что я никудышный маг.

Точнее, никакой, потому что мало того, что пользоваться магией не могу, я даже не знаю, была ли она у Саши. Воспоминания не спешили радовать меня своим приходом. Но я не отчаивалась: писать-читать-говорить умею — уже хорошо.

Маг-недоучка подумал и кивнул. Потом снова подумал и сказал:

— Пока отец получит письмо, найдет наставника и получит разрешение, пройдет немало времени. А если за это время что-то случится?

— Не случится, если ты не будешь пользоваться магией. Ты же и так ее не используешь, верно?

Парень потупился. То есть чего-то он тут магичит и, по ходу, не совсем законно, если не хочет об этом говорить. Ладно, не буду пытать, потом сам расскажет, никуда не денется.

— Короче, пока ни-ни, если боишься резонанса, — предупредила я его. — Иначе мне придется тебя отослать, я-то отсюда уехать не могу. И поторопи отца.

Парень обещал быть лапочкой и хорошенько подумать об использовании отвалов.

***

Следующее, что меня интересовало, — розовая соль. И тут я планировала взять в оборот эльфеныша и его мать.

Первым делом я расспросила женщину, знает ли она, как жители в ее поселке делают подкормку для растений. Варлея сказала, что да, она тоже кое-что понемногу сажала и соль использовала.

— Лапочка моя, а ты в самой соли или