Доктор в теле гнусной графини: и тебя вылечим... - Анна Кривенко

В глазах Юрия Александровича что-то вспыхнуло, и я почувствовала странное удовлетворение. Похоже, он тоже оценил мой необычный для местного общества внешний вид. Минимализм — наше всё. Буду продвигать эту философию и дальше.

Правда, не всем моё платье и его скромность пришлись ко двору.

— Какое убожество… — послышался рядом недовольный женский голос.

Я покосилась на будущую свекровь. К счастью, свекровью она будет в краткосрочной перспективе. Та поджала губы и отвернулась, а супруг едва не испепелил её взглядом за подобное замечание.

Я хмыкнула. Что ж, всё понятно. Если бы брак был настоящим, жизнь меня ждала бы «весёленькая»…

Далее всё прошло вполне ожидаемо. Я остановилась рядом с Юрием Николаевичем около помоста. Священнослужитель — этакий невзрачный мужичок в фиолетовой рясе — начал что-то зачитывать из местной книжки откровений. Я мечтала только об одном: чтобы всё быстрее закончилось.

Однако церемония была грубо прервана громким, пьяным возгласом кого-то позади.

— Постойте! — заревел нарушитель.

Все присутствующие синхронно обернулись ко входу. У меня даже рот приоткрылся от изумления.

На пороге зала приёмов стоял в стельку пьяный соседушка — Родион… как там его… Северов.

— Юрий Александрович Данилин! — кричал он, срываясь на визг. — Я пришёл к тебе на помощь, дорогой граф! Я пришёл остановить тебя! Не женись на этой стерве! Ни в коем случае не бери её в жёны! Она — убийца! Не веришь мне? Спустись-ка в балку, что здесь неподалёку, и найдёшь пещеру, а там… там множество доказательств того, что это настоящая ведьма, загубившая тысячи невинных душ!

Гости ахнули. Юрий Александрович помрачнел. А я поняла, что мой блестящий план может вот-вот сорваться в пропасть.

Да, я решила использовать эту свадьбу и хотя бы временное вхождение в семью Данилиных для того, чтобы ворваться в лекарскую сферу этого мира на полном ходу. А если нашей удобной фиктивной свадьбы не будет — всё окажется куда сложнее.

Сосед нанёс коварный удар…

Но я тоже не лыком шита, если что…

Глава 24 Совесть Юрия Александровича…

Родиона Северова выгнали с позором по приказу старшего графа Данилина. Того аж трясло от негодования. Возможно, барону даже надавали тумаков. О подробностях история умалчивает, но нафантазировать можно…

Быстро завершили церемонию — священнослужитель явно хотел покинуть этот дом раздоров как можно скорее. Я не успела оглянуться, как уже сидела за праздничным столом по правую руку от собственного фиктивного супруга.

Свёкор в основном поднимал тосты. Его лицо сияло. Он льстил мне до такой степени, что уши вяли. Я устала от этих искусственных восторгов и пристально разглядывала кислую свекровь, чтобы хоть как-то разбавить приторность происходящего.

Налицо — полное разделение в семье. Свёкор утопал в восторге, уверяя окружающих, что сосед напился, поехал кукухой и слушать его нет никакой нужды.

А вот свекровь ненавидела меня всей душой — так бы и задушила меня под шумок, если бы ей было позволено. Зыркала на меня так яростно, что, если б взглядом можно было убивать, я бы насчитала в теле несколько десятков сквозных дырок.

Сыночек весь в мать, но с ним удалось договориться. Главное — пережить ближайшие месяца два. А там и до развода недалеко.

Стребую с Юрия Александровича денег на восстановление поместья. Пусть платит. Тем более у меня в памяти — его постыдная тайна. Шастал-то он тут не просто так. Если будет ерепениться — обязательно ему это припомню.

Остальные гости глазели на меня с настороженностью. Особенно после заявлений Родиона. Ещё бы — знаменитая ведьма, маньячка, или как там ещё… снова попала под пристальное внимание: убийца тысяч невинных!

Даже не спорю. Елена Николаевна этой маньячкой вполне могла быть. Но мне сейчас всё это совершенно ни к чему. Разве что упомянутая пещера… Надо будет разузнать.

Впрочем, старший Данилин всё обставил так, будто Родион был пьян и нёс околесицу. У него рот не закрывался в попытке развенчать все эти якобы глупости. Кажется, все наконец расслабились, да и напитки сделали свое дело…

Я смертельно устала и посреди пира поднялась, сославшись на плохое самочувствие. Вскоре умчалась прочь, по дороге срывая с себя фату.

Всё, отбыла! Пора и честь знать…

Вспомнила о Семёне. По дороге к нему заскочила. Когда он увидел меня, вошедшую в его комнатушку, так и замер: глаза расширились, рот открылся. Я даже не поняла, с чего вдруг, а потом вспомнила — ах, ну да, я же сейчас при параде.

— Как ты себя чувствуешь? — включила доктора. — Голова не кружится? Лекарства пьёшь?

Он на всё ответил «да», а сам не сводил с меня восторженных глаз. Я улыбнулась и упорхнула прочь. Посещение молодого человека, который начал относиться ко мне удивительно хорошо, принесло душевное облегчение. Приятно, когда ты кому-то нравишься, а то одни буки вокруг.

Весь последующий день я крутилась как белка в колесе. Командовала слугами, чтобы прибрали после торжества. Пришлось забежать в их крыло: заболели несколько детей из прислуги. Проверила их состояние — обычная простуда.

Пришлось повозиться и с размещением гостей: оказывается, родственники Юрия Александровича не спешили покидать мой дом. Ох уж эти местные порядки гостеприимства!

В общем, к ночи я устала как собака. Вернулась в свою комнату, переоделась и улеглась в кровать, желая только одного — уснуть. Варя дала мне успокоительного настоя, и я действительно провалилась в блаженный сон.

* * *

А вот Юрий Александрович не спал. Где уж там сон, если по всем правилам он должен был ночевать в комнате у Елены Николаевны, а родители потребовали остаться на ночь в ее поместье…

Наверняка кто-то из их засланцев сейчас за ним следил. Молодому человеку было ужасно неприятно всё это. Он чувствовал себя грязным, особенно после тех слов, которые выдал пресловутый барон Северов. Запятнал себя браком с такой женщиной…

Значит, пещера. Значит, возле балки. Внутри Юрия Александровича всё бурлило. В последнее время он стал слишком расслабляться. Смягчился. Даже пошёл на сделку с ведьмой. А если это действительно притворство? А если он полный идиот?

Эти мысли не давали покоя. И он решил: пока не сходит в пещеру, к Елене Ужасной даже соваться не будет. Нет, конечно, ни о какой первой брачной ночи речи не шло — он бы первым не стал к ней прикасаться. Но для видимости ему стоило бы войти в её покои, а потом как-то выскользнуть. Через окно или ещё как.