Спорный вопрос, лорд-дракон! - Норика

тем же богам, мне все легче удается контролировать его порывы. Зато с каждым часом становится сложнее удерживать рвущуюся наружу силу. Чувствую, это придется сделать. Иначе однажды она просто разорвет меня на части. В прямом и переносном смысле.

Если бы я нашел ответы на свои вопросы, все стало бы намного проще.

Но поход в храм и общение со жрецом не оправдали моих надежд. А старые легенды оказались настолько сумбурными и противоречащими друг другу, что я только подивился работе наших ученых и исследователей. Как-то ведь они умудряются разобраться в этом старинном бумажном и информационном хаосе?!

Беатрис принужденно рассмеялась над громоздкой шуткой своего ухажера. Я лишь усмехнулся.

Как я узнал, что она лукавит? Все просто. Я знал Беатрис Аддингтон, как свои пять пальцев. Мог даже по интонации, по неосторожным фразам, мимике и жестам распознать, что малышка буквально «на взводе».

От этого мягкого «малышка» захотелось улыбнуться. Моя малышка. Гордая, порывистая, нежная и трепетная. И только моя! Одобрительный рык был мне подтверждением.

Но я сразу же вспомнил об одном существенном факте, который и заставил меня на время отступить. Не начинать никаких активных действий по сближению, по приручению моей девочки. И стало горько.

Потому что я не мог… не имел никакого права навредить ей!

А это может случится, если я не решу главную проблему — не найду способ уравновесить наши жизни на чаше судеб!

Даже в привычном состоянии наследники драконьей крови сильнее, здоровее и крепче обычных людей. А уж длительность наших жизней несравнима с длительностью представителей человеческой расы.

Теперь же и мой дракон пробуждается. В этом не осталось никаких сомнений! Хоть все это и казалось сначала абсурдом. Но данный факт становится более очевидным, более реальным с каждым прожитым днем. Спустя много сотен веков драконы возвращают себе право летать!

И наш союз с Беа, - такой желанный для меня! - казался пока все тем же миражом, что и купола Храма всех богов издалека.

Если я не найду выход!

- Дорогой, что так сильно тебя тревожит?

Повернулся и наткнулся на цепкий матушкин взгляд. И, в кои-то веки, не сумев совладать с собой, отвел глаза. Вероятно, выдав себя с головой.

Сколько минут она вот так наблюдала за моими внутренними метания, пока мы прогуливались по центральному проспекту города?

А впрочем, какое это имеет значение. Я не отступлюсь от своих принципов и не предам свой идеал. Я знаю, чего хочу. Выбор сделан и менять его я не намерен. Отцу и матери придется смириться!

И я решил больше не скрываться. Пристально глянул на странную парочку, идущую перед нами. Взгляд задержался на Беатрис. Я с неприкрытым удовольствием пробежался по ее точеной фигурке - вот она слегка наклонила голову, слушая своего спутника, вот поправила прядь волос, вот улыбнулась чему-то - и с открытым вызовом повернулся к матери, утверждаясь в своем праве.

И, разумеется, наткнулся на ее выразительный, слишком понимающий взгляд. Мама стояла, скрестив руки на груди, и улыбалась так, будто выиграла шахматную партию, которую разыгрывала последние десять лет, если не дольше.

- Ну что, дорогой, - проговорила она с нарочитой небрежностью, - любуешься?

- Даже не начинай! - предупредил я. Помолчал, а когда мы продолжили путь, неловко прокашлялся и признался. - Любуюсь… И, кажется, уже давно.

Мама удовлетворенно кивнула, как если бы я только что сдал экзамен на зрелость.

- Наконец-то, ты признал это вслух, - заметила она. - А то ведешь себя, как ребенок. Беатрис-то, Беатрис-сё, а сам продолжаешь делать вид, словно она просто твоя знакомая.

- Но она и была просто моей знакомой! Другом, если точнее. Хмм... до недавнего времени.

- А что же изменилось и почему? - вкрадчиво поинтересовалась матушка.

Я промолчал, не зная какими словами описать свои новые чувства. Меня тактично не тревожили какое-то время. Впрочем, сразу же возник вопрос, который меня взволновал.

- Это стало настолько заметно? Мое новое отношение? - мама лишь приподняла вопросительно бровь. Я поспешил пояснить. - Ведь ты догадалась, значит и остальные могут...

- Я? - невинно удивилась мать. - Я еще ничего не сказала, а ты уже выдал себя. Но не забывай, что я — еще и твоя мать. И вижу гораздо больше, чем остальные. Хотя, должна признать, лицо у тебя сейчас такое… Словно ты уже выбираешь имена ваших будущих детей.

- Матушка…

- Что? - прервала она мое закономерное возмущение. - Я всего лишь наблюдательна. К тому же, последнее время ты часто смотришь на Беатрис так, будто намерен немедленно на ней жениться. Разве я не права?

Я вздохнул.

- Все не совсем определенно…

- Разумеется, - с готовностью согласилась она. - Ведь чувства определить не так просто, мой дорогой. Но обычно после таких «горящих» взглядов начинаются ночные поединки, яростные семейные советы и срочное обсуждение свадебных цветов в букете у невесты, напуганной внезапным счастьем.

Я покосился на мать.

- Тебе, я вижу, данная новость совсем не огорчает?

- Меня? Габриэль, да я просто слишком долго ждала, когда ты, наконец, перестанешь изображать из себя веселого повесу. Если честно, это несколько утомительное зрелище, особенно для матери.

Я лишь возмущенно фыркнул в ответ.

Матушка же приблизилась и взяла меня за руку.

- К тому же, Беатрис я одобрила уже давно, - продолжила откровенничать она, чуть понизив голос.

- Правда? И, конечно, сообщить об этом мне ты не сочла нужным?

- А разве ты сомневаешься в своем выборе? - лукаво поинтересовалась эта проницательная женщина.

Я невольно хмыкнул. А матушка неожиданно заговорила на самую важную для меня тему.

- Когда-то у драконов существовало старинное поверье про истинную пару. - Задумчиво произнесла она. - Это не про подходящую невесту, выгодный союз или прихоть родителей. Это было про избранную для одного конкретного дракона. Про ту, которую признавала родовая магия и внутренний зверь. Говорили, избранных даровали сами боги.

Я промолчал, но сам обратился вслух.

Почему-то ни советы жреца, ни древние хроники не произвели на меня такого впечатления, нежели простые слова любимой матери, идущие от самого сердца. Видно было, что матушка верит в эти древние легенды. И что-то во мне стало откликаться на ее слова.

- Говорили, что такие союзы заключались неслучайно. Человеческая девушка, выбранная дракону судьбой, со временем становилась равной ему. Не только в силе духа. Истинная могла выдержать рядом со своим драконом то, что обычной смертной было не под