Скованные тьмой. Второй шанс - Екатерина Вострова

теперь еще и она. Неужели ты действительно отказался от всего ради этой девушки? Ты мог править королевством, а вместо этого начал прятать силу и притворяться слабее, чем есть.

— И поэтому ты заманил меня сюда? — спросил я. — Решил, что после всего этого обычная пентаграмма сможет меня удержать?

Я снова потянулся к рунам, но они не поддавались.

— Очень скоро тьма вырвется сама, Джаспер. И когда это случится, я уже не смогу обещать, что от тебя хоть что-нибудь останется.

Он рассмеялся, но этот смех прозвучал слишком спокойно.

— Я знаю, дядя. В этом и смысл. Ты слишком долго пытался держать ее внутри.

От его слов по спине прошел холод. Я привычно потянулся к тьме, ожидая, что она тут же отзовется, как отзывалась всегда, даже когда я не хотел ее призывать.

Но внутри ничего не шевельнулось.

— Что ты сделал? — спросил я, однако голос предательски сорвался.

Джаспер подошел ближе и опустился на одно колено у края пентаграммы. Он смотрел на меня без злости. В его глазах были жалость и странная нежность, будто это он сейчас пытался меня успокоить.

— Дядя, пожалуйста, не сердись на меня. Надеюсь, когда все закончится, я по-прежнему буду твоим любимым племянником, — произнес он тихо. — Ты ведь сам придумал весь этот план.

Джаспер шагнул к центру пентаграммы. На месте, где еще недавно стоял стул, в небольшом углублении пола лежал темно-алый пульсирующий рубин, напитавшийся кровью Селесты. Джаспер поднял камень, разглядывая с почти благоговейным выражением.

— Этот камень показывает то, что прячется глубоко внутри. Думаю, пришло время тебе самому увидеть.

Он опустился на колено рядом со мной и прижал артефакт к моей груди.

В тот же миг я почувствовал, как тьма внутри оживает, но не так, как всегда. Она не подчинялась мне. Мощная, древняя, голодная, она поднималась, и я вдруг стал в своем собственном теле всего лишь гостем. Мои губы шевельнулись против воли.

— Ты хорошо поработал, племянник, — произнес я удовлетворенным голосом.

Голос был мой, но говорил не я. Это была тьма, которую я столько лет пытался удержать внутри, а в этой жизни и вовсе начал запирать себя по ночам в подвале, лишь бы она не добралась до Селесты.

Джаспер улыбнулся тепло и счастливо, как ребенок, которого наконец похвалил человек, чьего одобрения он давно ждал.

— Спасибо, дядя. Я старался.

Пальцы разжались без моего приказа. Тьма, которую я собирал для удара, выскользнула из ладони и растеклась по полу. Я попытался снова подчинить себе руку, хотя бы пошевелить ею, но тело больше не слушалось. Я лежал внутри пентаграммы и мог лишь смотреть, как кто-то другой распоряжается моей силой.

У стены тихо всхлипнула Селеста. Она прижимала к груди порезанную руку и смотрела на меня с таким ужасом, будто уже поняла то, во что я сам еще отказывался верить.

А потом в памяти один за другим начали появляться обрывки последних ночей. Не воспоминания из прошлой жизни, а смутные картины из этой: подвал, тусклый свет, чей-то голос, фигура Джаспера напротив. Раньше я принимал их за странные сны и только удивлялся, почему каждое утро просыпался разбитым, словно всю ночь не лежал в цепях, а куда-то ходил и с кем-то разговаривал.

Теперь все встало на свои места. Я заковывал себя, надеясь, что так удержу тьму подальше от Селесты, но печати сдерживали только мое сознание. Сила оставалась свободной. Стоило мне уснуть, обездвиженному собственными чарами, как тьма поднималась из глубины и забирала тело себе. Ей больше не мешали ни мой страх, ни мои запреты, ни желание защитить женщину, которую я любил.

Именно она встречалась с Джаспером. Объясняла, что нужно делать. Вела его к этому домику, к пентаграмме и артефакту, наполненному кровью Селесты.

Всё это время я искал врага среди тех, кто был рядом. Подозревал Джаспера, проверял чужие следы и не замечал самого очевидного. Этот план создавался с помощью моих знаний и моей силы. Тьма говорила моим голосом, отдавала приказы моими устами и шаг за шагом готовила собственное освобождение.

Я был уверен, что каждую ночь надёжно запираю чудовище, не позволяя ему добраться до Селесты. Но теперь понял: цепи удерживали только меня, а тьма в это время получала полную свободу.

— Ты всё подготовил именно так, как я просил, — произнесли мои губы. — Безупречно.

— Я учился у лучшего, дядя, — с гордостью ответил Джаспер.

Я попытался закричать, объяснить ему, что он ошибается. Что я никогда не отдавал таких приказов и ни за что не стал бы сознательно причинять Селесте вред. Но язык больше не слушался, и ни одно слово так и не сорвалось с губ.

* * *

Селеста

Селеста сжалась в углу комнаты, кровь все еще текла по пальцам, но боли она почти не замечала. Все ее внимание было приковано к Деймону, точнее к тому, во что он превращался у нее на глазах.

Его взгляд медленно менялся. Отчаянная борьба, которую Селеста еще недавно видела, угасала, а на ее месте проступало что-то другое: холодное, хищное и совсем не похожее на человека, которого она знала.

Селеста судорожно вдохнула и попыталась призвать магию. Она потянулась к знакомому теплу внутри себя, туда, откуда обычно появлялись светящиеся бабочки. Ей нужна была хотя бы одна. Достаточно сильная, чтобы коснуться тьмы Деймона и хоть ненадолго ослабить ее власть.

Магия отозвалась еле-еле. Точно так же, как тогда в лесу после трех недель кормления артефакта — сила была истощена. Рубин, напитавшийся ее кровью, ослаблял не только Деймона, но и ее.

Селеста сделала глубокий вдох, пытаясь унять дрожь в голосе, и заговорила, не с Деймоном, а прямо с той сущностью, которая сейчас смотрела на нее его глазами:

— Ты всю жизнь прятался. Тебя боялись, запирали, сковывали цепями… А я тебя не боюсь, — она попыталась встать, хотя ноги дрожали. — Расскажи мне, чего ты хочешь.

Тьма в глазах Деймона шевельнулась, на губах появилась хищная усмешка.

— Вообще-то, — произнес он низким бархатным голосом, который принадлежал не совсем Деймону, — я хочу тебя убить.

Селеста с трудом заставила себя не отшатнуться.

— Почему?

— Потому что желать тебя и доверять тебе не одно и то же, маленькая наживка. Деймон тянется к тебе, и я тянусь вместе с ним. Но твоя сила…

Он умолк, однако Селеста уже поняла.

— …может не только выпустить тебя наружу, но и снова запереть внутри? — договорила она. — Значит, в прошлой жизни это тоже был твой план? Ты сам подослал меня к Деймону?

Джаспер, стоявший чуть в стороне,