Крыло богини и мягкое перышко для нее - Тата Шах

С трудом Алексий пытался успокоиться, сжав кулаки, но видимо просчитал все плюсы того, что мы будем жить в неприступном доме.

— Хорошо, отдыхайте сегодня. Завтра приходите к завтраку ко мне в гости. Необходимо многое обсудить.

Распрощалась со всеми доброжелательно, пытаясь скрыть улыбку. Домик и маги прошлого обеспечили нам свободу. Мы сможем жить и растить деток в тишине, без чужого догляда.

Один из братьев Тереховых, Алагай с удивлением спросил, попав в гостиную.

— Так вы поэтому тех бабенок выгнали? — с сарказмом отследила его взгляд, который задержался и на толстом слое пыли, и на общем запустении, — а где мы ночевать будем?

Его брат толкнул в плечо.

— Найдем где переночевать. Вы-то хоть детям комнату отмыли или помочь? — правильный вопрос, основательный, поэтому рассказала, что в кухне они могут найти в сером шкафу чистую посуду и оставшуюся кашу, располагаться могут в одной из комнат на первом этаже.

Уходила тихо, переживая как там Арта и дети. Прошло слишком много времени. Вбежала по крутой лестнице на второй этаж, деревянные ступени не скрипели, а кованные перила холодили кожу руки. Будто в этом измерении существуют другие правила, отличные от внешнего мира. Нет, на улице в вечер не было жары. Да и время уже ближе к осени, ночами навевает прохлада. Но в этом месте царила изморозь, собирающая по крупицам эманации прошлых хозяев. Справа промелькнула тень, не принадлежащая мне. Внутри все остановилось от предчувствия.

— Кто здесь?

Тень исчезла, вильнув хвостом. Может это кот хозяйничает в доме? Смахнула тягучее наваждение, выходя на небольшую площадку, откуда вело две двери. Странно, когда мы поднимались с подругой и детьми на второй этаж, здесь была одна арка, ведущая в коридор. Подумаю об этом завтра, потому что усталость взяла свое, напомнив, что я сегодня с дороги еще не отдыхала толком. Впотьмах нашла кровать, скинула верхнее платье, оставаясь в сорочке, под лунным светом нащупала детей и Арту, притулилась на кровати с другой стороны, отгораживая малышей от края и прикрыла глаза с мыслями о прошедшем дне.

Что-то зашуршало в углу, резко открыла глаза и столкнулась взглядом с Врединкой.

— Тихо, спать пора, — шикнула на нее. Она же лениво зевнула, будто не она только что шумела. В последний раз посмотрела на ящерку, проваливаясь в сон. Может это был и не кот, а мышка. Кажется, именно такое существо прижимала лапой хищница.

Сон был беспокойным. Я словно блуждала по лабиринтам, навеянным дорогой и вынужденной борьбой. Через прорву времени кто-то велел.

— Спи уже! Я не дам вас в обиду! Домовые пошалят и успокоятся.

Слова, сказанные заботливым голосом помогли отключиться и уплыть в сон без сновидений. Казалось только легла, а уже солнечный луч греет глаза, заставляя прятаться под одеялом. Приятный запах трав щекотал нос и я с неохотой разлепила глазки, чтобы проверить не приснилась ли мне чистая постель. Медленно вспоминала, что плед и постельное белье были в сундуках. Маман все же умудрилась что-то запихать сверх того, что я сама собирала.

— О, Арда, проснулась. Я тебя не тревожила, детей накормила. Все выяснила сама. Прости, вчера уснула, не дождавшись твоего возвращения. Сверчок умотал с утра к управляющему твоего отца. Уж больно самим им не хотелось прибираться в доме. Так что помощников ждем. Но завтрак уже приготовлен. Не знаю кто постарался, но там и молоко детям было. И я хотела спросить. Мне показалось, что вчера был один коридор на втором этаже.

Хмыкнула, затем подтвердила, что ей не показалось. Решили исследовать дом заново после завтрака. Уже доедая кашу, прихлебывая травяным чаем, вспомнила о приглашении мужа на завтрак. Сказала об этом подруге, она тихо рассмеялась.

— Завтрак давно прошел. Братья хотели тебя будить, мол воевода не привык ждать. Я им показала кулак и попросила Врединку посторожить вход. Кстати, эта хищница кого-то гоняет по дому. Даже не вышла с кушать. А я ей нашла приличную кость.

Тихо рассмеялась. Все у воеводы шло не тем местом. А нечего нас допекать. Мы ж не роботы! Столкнулась с обоими братьями Тереховыми в проявившемся новом крыле доме. Странный коридор привел к лестнице, пронизывающий дом насквозь. Каждый переход вел будто в несколько иных измерений. Сначала мы с Артой дошли до чердака. Детям все нравилось, они с любопытством тоже изучали свои владения, хмурили бровки или радостно приветствовали кого-то. Мы никого не видели, но на чердаке, занимающего весь периметр дома, нашли Врединку. Она стучало хвостом и порыкивала на кого-то.

Арта как всегда первой разглядела объект недовольства. Прикрыла ладошкой рот, ойкнув.

— Арда, там настоящие домовые. Говорили, что они ушли в тени вместе со своими хозяевами. Да тут целая семья.

А ведь тени в туннелях тоже вышли с нашим появлением. Или с появлением маленьких истинных хозяев! Кирилл загулил, заметив пять маленьких человечков, сжавшихся в стайку под угрозой по имени Врединка. Прежде чем подойти к ним и изучить, спросила.

— Арта, а домовые не опасны?

— Ой, что ты! Они ж самые полезные магические существа. Говорят правда, что живут в двух измерениях.

Ага, наши сказки не врут. Могли эти домовята и открыть остальную часть дома с нашим появлением? Отодвинула ящерку, велев не рычать на маленьких хозяев и решительно приступила к знакомству, надеясь, что и они как и ящерка могут разговаривать. Удивилась, когда мужичок с бородой, доходящий ростом мне почти до колена, сам представился.

«- Я Ждоб, а эта моя семья, жена Жори, детки Сам, Вилк и Ульяша. Прикажи своему псу больше нас не гонять».

— Но ведь она гоняла мышей, разве нет?

«- Пришлось предстать перед чужачкой в виде мышей. Иначе она вот как сейчас нам не дает прохода, — мужичок потер свою бороду и вдруг расправив плечи, поклонился, — приветствуем тебя хозяйка. Хорошо, когда дети живут в доме. За защиту не беспокойся, но ты уж нас прости, сами мы тож людишек проверять будем. И да, помогать по хозяйству тож. Не нанимай много работников. Четырьмя обойдемся. И этим наглым воинам не давай разрешения шастать по всему дому, а то потом ценности не сыщем».

Мы завороженно наблюдали, как на полу проступает деревянный паркет, очищаясь от грязи и копоти веков. Затем светлеют окна, становясь похожими на стеклянные, будто домовые срисовали их из моей памяти.