Однажды золотой кровью написанное - К. М. Моронова

— Нам нужно уходить, сейчас же, — он встает, быстро поднимает меня на ноги и ведет в сторону своего дворца.

— Калел, что происходит? — громким шепотом спрашиваю я, глядя, как рыцари рушат прекрасные декорации фестиваля. Они переворачивают шатры вверх дном, заглядывая во все места, где могла бы спрятаться девушка вроде меня.

Муж крепко сжимает мою ладонь, пока мы пробираемся сквозь растущий у подножия холма кустарник. Колючки цепляются за мое платье, разрывая кружева. Несколько длинных ветвей хлещут меня по лицу и рукам, но я едва это замечаю. От несущегося по венам адреналина кружится голова.

— Калел! — кричу я, как только мы вырываемся из подлеска и оказываемся возле границы дворцового сада. Лунный свет едва пробивается сквозь облака, но я отлично вижу лицо Калела. Со лба у него стекает пот, зрачки расширены.

— У нас нет на это времени, — схватив меня за руку, он снова пытается тащить меня дальше. Вырвав ладонь из его хватки, я в ужасе смотрю в ответ.

— Почему они меня ищут? — шепотом спрашиваю я, качая головой и взглядом умоляя его ответить.

Скрипнув зубами, он быстро оглядывается в поисках рыцарей, которые уже могли прийти сюда, и лишь потом переводит взгляд на меня и опускает голову.

— Думаю, король Ахилл собирается посадить тебя в подземелье, — отвечает он, не глядя мне в глаза.

Что?

— С чего бы ему… — я умолкаю. В голове вихрем несутся мысли. — Это из-за того, что я погналась за блуждающим огоньком? Калел, разве за это предусмотрено столь серьезное наказание? Я же никому не навредила! — я отшатываюсь от него. Он знал об этом весь вечер? Поэтому так странно себя вел?

Он видит в моих глазах печаль и сомнения, столь похожие на его собственные.

— Ты знал, что он придет за мной сегодня…

— Я не знал об этом. Думал, у нас позже будет шанс сбежать. Просто… блядь. Прошу тебя, Алира, нам нельзя здесь оставаться. Я все объясню, как только мы окажемся в безопасном месте, — умоляет он. Отчаяние в его взгляде кажется искренним, но я прекрасно вижу, как все на самом деле. Я знала, что происходит что-то ужасное. С чего бы иначе королю быть ко мне таким злым и жестоким?

По щекам текут слезы. Я медленно качаю головой.

— Почему ты мне ничего не рассказываешь? — я вытираю их тыльной стороной ладони, зло глядя на Калела.

Ночь взрывается криками. Рыцари уже близко, но я твердо стою на ногах. Я никуда не пойду, пока не узнаю его секрет.

К чему тогда были все его признания? В чем был смысл проводить со мной прекрасный вечер, если Калел знал, что меня бросят в королевские подземелья? Я вдруг понимаю, о чем он спорил прошлой ночью с Тессой возле входа в пещеру. Она что, уехала пораньше, чтобы доложить королю о том, что я ослушалась приказа?

Я прижимаю ладонь к сердцу, пытаясь унять расцветающую глубоко внутри боль от предательства.

Нахмурившись, Калел морщится, сражаясь с самим собой.

— Дело в… полубогах. Они около границы завесы, ждут возможности напасть на наше королевство.

Чувство такое, будто мне в грудь вонзилась стрела. Я смотрю на него с недоверием, обжигающим душу.

— С чего бы им там быть…? Нет. Я вышла за тебя замуж, чтобы покончить с войной, — выдавливаю я сквозь слезы ярости.

Калел хмурится еще сильнее.

— На твоем кулоне было отслеживающее заклинание. Полубоги хотели выяснить, где расположен Девицит, чтобы загнать нас в угол так же, как мы — их. Король Ахилл тоже не святой. Он ждал, что они погонятся за нами из-за пропавших полубогов. Он не рассчитывал, что они охотно согласятся на мир. Обоим королевствам нужно лишь одно.

— Ни Алзор, ни Девицит не смогут спокойно жить, пока не исчезнет враг, — едва шепчу я. Сглотнув, Калел кивает.

Лязг доспехов приближается с каждой секундой, и у меня пересыхает в горле.

— И ты решил? — гнев улетучивается, оставляя меня с разбитым сердцем. — Что я помогу им разрушить завесу и предам тебя?

Его глаза вспыхивают от боли.

— Все не так просто, Алира.

— Еще как, — пустым взглядом смотрю я в ответ. — Все именно вот так просто.

И Николай тоже знал? Все вокруг? Я думала, они мои друзья. Думала, что нашла свой дом. А они всего лишь притворялись.

Калел снова тянется ко мне, но я делаю шаг назад, подняв подбородок. Он не может ничего сказать, потому что нас окружают рыцари. Мы стоим напротив, пытаясь тщательно запомнить все черты друг друга.

— Прости меня, — тихо выдыхает Калел и встает на одно колено. Сам король Ахилл появляется среди окружающих нас рыцарей.

Я не видела его уже несколько месяцев. На его голове надета все та же черная корона, что и в ночь нашей встречи. Волосы у него более теплого оттенка серебра, чем мои. Он одет также, как остальные рыцари, но доспехи у него шикарнее, сильнее отполированы. Плащ из толстого белого меха на застежках крепится к броне.

— Она говорит с драконами. Говорит с богами, — глумливо говорит король, объезжая вокруг меня на коне. Рыцари провожают его взглядом, жадно ловя каждое слово. Он смотрит на Калела, и снова на меня. — Девчонку нужно усмирить. Благодарю тебя, Лорд Лорнхельм. Непросто отдать нам жену, чтобы защитить королевство. Обещаю, я предоставлю тебе достойных невест на выбор, как только мы сотрем полубогов с лица земли. Впрочем, нескольких мы оставим, чтобы ты мог ими питаться.

От этого моя кровь начинает кипеть.

— Меня не выйдет усмирить, и он не отдавал меня вам, — злобно огрызаюсь я. Король вздрагивает от того, какая ярость горит в моих глазах. — Я буду говорить с богами и драконами. Буду говорить с призраками, что рыщут у границ Мортема. Я сделаю так, что, если полубогов истребят, ты сдохнешь вместе с нами! — кричу я, оскалившись. Двое рыцарей заламывают мне руки за спину и связывают их веревкой.

— Видите? Может, полубоги и выглядят безобидно, но они — жестокие существа. Она бы убила всех нас, если бы могла, — король Ахилл поднимает руки, обращаясь к рыцарям, и те хором одобрительно ревут. Их взгляды и крики полны страха.

Я смогла лишь распалить огонь ярости в их сердцах.

— Бросить ее в подземелье и никогда не выпускать! — кричит один из них.

— Отрубить ей голову!

— Повесить ее на площади, чтобы все видели!

— Похоронить ее кости в саду, — слова последнего заставляют меня поднять полный ужаса взгляд.

Мои кости? Я слишком изумлена, чтобы отбиваться, пока они затыкают мне рот тряпкой