Однажды золотой кровью написанное - К. М. Моронова

заходит первым, я — следом. Закрыв дверь, он ведет меня во тьму, но идем мы недолго. Сквозь небольшую металлическую решетку просачивается свет. Дальше виднеется тесный туннель.

— Он выведет тебя за пределы завесы. Это единственный выход, не считая главного моста. Иди по туннелю до самого конца. Не возвращайся. Пообещай мне, Алира, — Николай берет меня за обе руки. На его губах играет слабая улыбка.

По моим щекам текут слезы.

— Только ты один мне поверил, — выдавливаю я.

Он вытирает мои слезы.

— Это не правда. Остальные просто боятся, Алира.

— Николай. У тебя есть две секунды, чтобы исчезнуть, — гремит голос Тессы, и мои руки покрываются мурашками.

Я широко распахиваю глаза, и Николай — тоже. Мы смотрим в дальний темный угол помещения.

Там стоит Тесса, одетая в королевский доспех. Она смотрит на нас с безразличием, которого я никогда в ней не замечала. Кажется, будто я для нее — не живое существо, у которого есть душа и сердце, а только нечто, мешающее ей обеспечить безопасность королевства. Мне знаком этот взгляд. Раньше я также смотрела на демонов.

Но лично это воспринимается больнее. Она считает меня чудовищем. А ведь она была одним из первых демонов, кто проявил ко мне доброту.

— Тесса, я не позволю королю Ахиллу запереть в подземельях и пытать нашу подругу. Уйди с дороги, — Николай говорит жестким, уверенным тоном, от которого по спине у меня бегут мурашки. От сдерживаемой ярости его голос становится пугающим.

Тесса не сходит с места. Она лишь кладет руку на рукоять меча.

— Последнее предупреждение.

В глазах Николая вспыхивает боль, которая быстро сменяется гневом. Он тоже кладет руку на меч, готовый сражаться ради меня со своей боевой подругой. Она его точно убьет.

Не глядя ни на кого, я встаю между ними, опустив голову.

— Я пойду в камеру. Последнее, чего я хочу — это чтобы вы из-за меня проливали кровь друг друга.

— Алира…

Рассмеявшись, Тесса перебивает Николая.

— Смотри-ка, она нас жалеет. Посмотрим, надолго ли ее хватит, — Тесса с силой толкает меня в спину. Упав прямо на залитый цементом пол, я ломаю предплечье.

Тело пронзает боль, но я встаю, игнорируя струйку золотой крови, стекающую с запястья прямо на пол. Сев на койку, я наконец смотрю Тессе в глаза.

Я чувствую лишь тьму, пожирающую меня от того, что они с Калелом меня предали.

Бросив на меня печальный взгляд, Николай уходит вслед за Тессой. Она бранит его всю дорогу вверх по лестнице.

Здесь, внизу, невероятно мрачно и уныло. На камнях растет плесень, где-то в подземелье раздается звук капающей воды. А еще в отдаленных камерах слышатся крики заключенных.

Я молча сижу, пока исцеляется рука. Потом сжимаю губы, тянусь в карман и проглатываю травы из мешочка.

— Я разрываю священную клятву с Калелом Лорнхельмом. Пусть связи между нами исчезнут, — молюсь я, закрыв глаза. Слегка потеплев, метка пропадает с моей кожи.

Раз клятва разорвана, наши жизни больше не зависят друг от друга. Вина в моем сердце утонула в горе.

Достав из другого кармана оливковый лист, я опускаю на него взгляд. От металлической поверхности исходит золотистое свечение. Сила самих богов.

Вокруг так тихо, что клянусь, я слышу, как он шепчет мне:

— Готова узнать, что они сделали?

Глава 12

Алира

Видение начинается с того же места, на котором остановилось. Юный Калел стоит рядом со своим наставником. Мужчина выглядит похожим на рыцаря — он одет в точно такую же военную форму, как у Тессы и Николая, металлическим наплечником с одной стороны.

Запустив руку в мешок, Калел достает кости.

От того, как меня затянуло в видение, я чувствую себя сбитой с толку. Вот я была в холодной темной камере, а теперь вдруг оказалась на улице, под завесой и в прошлом. В воздухе висит запах цветов и свежевскопанной земли, солнце согревает кожу, слегка покалывая.

Рядом со мной вновь стоит богиня с волосами цвета воронова крыла. Она смотрит на меня печальными глазами, полными истин, которыми она может не пожелать поделиться.

— Ты все еще не решаешься увидеть содеянное ими, — ласково говорит она. — Позволь мне тебе показать.

Я не хочу этого видеть. Но мне придется, пусть это и разобьет мне сердце.

Глаза обжигают слезы, но я заставляю себя посмотреть на двоих демонов в саду. По спине начинает ползти ужас, и я отшатываюсь на пару шагов, когда Калел достает из мешка золотистый череп.

Пару секунд происходящее не укладывается у меня в голове. Мне кажется, что это статуэтка, выплавленная для того, чтобы ставить, как украшение, на стол или книжную полку. Это не может быть то, что я думаю… Но это именно оно.

Это оно, я понимаю это в глубине своей измученной души.

Это череп полубога. Золотая кровь сочится из его основания, падая прекрасными и одновременно ужасными каплями на землю.

Кажется, время остановилось. Я смотрю, как Калел кладет череп в заранее выкопанную ямку. Вытерев пот с лица, он засыпает кости землей и смотрит на наставника. Золотистая кровь размазалась по его лицу, испачкала руки.

Внутри меня закипает горе. Как может нечто столь жестокое быть правдой? Не важно, что я вижу это своими глазами. Сами боги показали мне доказательства.

Это невозможно. Это должно быть ложью.

Потому что если нет…

Тебе нельзя рвать цветы. Таким было единственное правило Калела относительно сада.

Сердце у меня тяжелеет в десять раз сильней, чем когда-либо раньше. Оно дрожит и сжимается от кошмарного видения.

— Завеса… Она держится не на силе, которую демоны создали, а на той, что они украли, — мой голос звенит над дворцовым садом. Видение быстро проносится по следующим десятилетиям, пока каждая клумба не оказывается засажена цветами, как и весь Девицит, а сердце мое не разлетается на куски.

Ветер треплет мои серебряные волосы. Я поворачиваюсь, чтобы целиком оглядеть земли возле дворца. Яркие, цветущие пионы… что-то шепчут мне.

Они ведь всегда что-то шептали. Пытались меня предостеречь.

Слезы жгут глаза, и я падаю на колени, всхлипывая и пряча лицо в ладонях.

— Этого не может быть. Калел бы не сделал чего-то настолько… чудовищного. Он бы не смог, — кричу я богине.

На плечо ложится мягкая ладонь, заставляя посмотреть вверх. Это женщина. Ее черные волосы рассыпались по плечам. Она поворачивает мою голову, заставляя посмотреть на клумбы, которыми я когда-то так восхищалась. Среди них стоят призраки.

Сотни… Тысячи полубогов окружают свои могилы. Лица