Аморальные - Алайна Салах

плечи расправил и на меня вопросительно таращится. Сука смазливая. Я ведь его реально как брательника принял: и объект подогнал в комплекте с моей тёлкой, и домой к себе пригласил. А этот, блядь, прямо у меня под жопой яйца к ней катит. А как наедине у них происходит — это вообще хер пойми.

От этих мыслей меня ещё сильнее накрывает.

— Чего ты, блядь, застыл-то около неё? — рявкаю. — Сюда иди!

Он зыркнул на меня исподлобья и навстречу топает.

— Тебе, похоже, привиделось что-то, — выдаёт, поравнявшись. — Давай за воротами обсудим, чтобы в доме не орать. Потом я поеду.

Я кое-как сдерживаюсь, чтобы сразу ему челку не поправить. То ли наглый такой, то ли реально похуист. Выдал и мимо на выход чешет вразвалку. И ведь нихуя не боится, что пендаль получит и кубарем с крыльца слетит. КМС, и хули. Не бессмертный же.

— Костя! — Эмма подлетает и меня за рукав хватает. — Ты чего сцены ревности на ровном месте устраиваешь?

— И хер ли ты перед ним жопой крутишь? — я глазами ей в ляжки впиваюсь. — Штаны ещё такие спецом нацепила.

— Я в этих штанах месяцами по дому хожу, и ты ни разу не возмущался!

— Не возмущался, потому что он за тобой хвостом не таскался, пока я как дебил с Эриком сижу.

Она вздыхает и глаза закатывает.

— Да он, бедный, наверное, просто туалет хотел найти. Я звук услышала, подумала, что это ты, и крикнула, чтобы на кухню зашёл и помог салатник достать. Вот он стоит, видишь? — пальцем в стол тычет, а потом на распахнутый верхний ящик. — А вот оттуда Аслан его достал. И никакого скандала бы не было, если бы ты чуть-чуть помог мне со столом.

— Так ты скажи, что тебе помощь нужна! — рявкаю с психу.

— Так я и сказала, перед тем как пойти в дом. «Костя, пожалуйста, пойдём со мной. Мне нужна кое-какая твоя помощь».

— А я что?

— А ты сказал «да-да, сейчас» и остался сидеть, — шипит язвительно. — Уж извини, что в таком случае не постеснялась привлечь Аслана.

— Ну да, он же такой пиздатый, не то что я.

— Костя! — Она глазами сверкнула и ладонь перед собой вытягивает, как будто моё ебало подальше отодвинуть хочет. — Ты сейчас не в себе и можешь лишнего наговорить, за что потом придётся долго передо мной извиняться. А извиняться ты не любишь, поэтому на пару дней мы точно перестанем разговаривать. А если мы не разговариваем, значит, и секса тоже не будет. Подумай прямо сейчас, действительно ли тебе так хочется продолжить обвинять меня в том, чего я не делала.

Я носом воздух втягиваю и медленно спускаю. Наговорить всякой хуйни хочется люто, но так-то она права: потом, когда остыну, охуею лобешником в пол перед ней биться. И то, что она просила помочь, кажись, припоминаю. Но я тогда с Эриком пиздел и как-то мимо прошло. Да и всех мужиков так, стопудово. Что не интересно — из памяти тут же стирается.

— Я на тебя и не психую. У меня к этому… — за спину себе киваю, — вопросы есть.

— Да какие вопросы ещё? Аслан просто обходительный парень. Если ты думаешь, что он подкатывает ко мне, когда тебя нет рядом, — то ошибаешься. Ни разу даже намёка не было, а если бы и было, то я бы сразу отказалась от услуг его бригады. Потому что я всегда за тебя, ясно? И в глубине души ты сам всё это понимаешь, иначе бы не пригласил его сюда.

Я глазами пол тараню и чую, что отпускает меня. Эмма умеет аргументы привести.

Так-то у меня мыслей хуевых не было, пока Эрик не вкинул, что у Аслана телки нет или он спецом один приехал.

— Пойду я к нему тогда, пока не съебал, — говорю. — Если выёбываться не будет, может, извинюсь.

Она руки в бока воткнула и кивает. Мол, иди, только лишнего не навороти.

Я пока к воротам тащусь, аж корежит меня. Бля, если Аслан реально только кастрюлю ей вытащить помог, то пиздец какой неудобняк. Сам пригласил, сам выпер ни за хуй. А родственник старался, за цветами и в супермаркет заезжал.

Сука…

Тачка его снаружи заведённая стоит, сам он чиллит на водительском. Меня как видит, сразу дверь толкает и выходит. Хмурый, но по виду не скажешь, что ебальник мне мылить настроился.

— Слышь, извини, — ладонь ему протягиваю. — У меня забрало на тему ревности частенько падает, и хер что сделаешь. Мне Эмма объяснила, что ты помочь подошёл.

— Бывает, — говорит и руку мне пожимает.

У меня аж отлегло, что не буровит и дальше не закусывается.

— Реально не хотел я, — добавляю. — Имей в виду, что говна про тебя не думаю.

— Да нормально всё, серьёзно. Я сам такой же. Когда моей девушки касается, крючки сносит страшно.

— Так чего, пошли обратно тогда?

— Нет, поеду. — мобильником машет. — Набрали мне сейчас. В следующий раз как-нибудь заеду. Лучше без цветов, похоже?

Мне и неудобняк перед ним, и ржать охота. С цветами на раз-два просек.

— Да похуй как. Если с телкой захочешь приехать — без проблем. Даже с ночёвкой можете остаться.

Этот сразу смурной становится и за дверь тачки берётся.

— Нет, она не сможет. Перед Эммой с Эриком за меня извинись за то, что рано уехал.

За руль падает и бэху со свистом на пятачке разворачивает. Рев стоит на весь посёлок — министр стопудово в ахуе.

Я дожидаюсь, пока уедет, и обратно топаю. Вроде нормально всё разрешилось, но всё равно стремно за то, что ни за хуй на него нарявкал. Он, считай, толком даже не посидел.

— А Аслан что, уже уехал? — Эрик глаза удивлённо таращит.

Это, между прочим, он, гондон, виноват в том, что меня заклинило. Начал, блядь, ой какой пацан видный, ой, блядь, и без телки. Весь вечер всем испортил.

— Вернётся через неделю, — буркаю и в дом захожу, чтобы Эмму найти.

Она там по-прежнему с тарелками шуршит. Меня как увидела, застыла и подбородком дёргает. Мол, ну как?

— Вроде нормально всё, но Аслан один хер уехал. У него, походу, телка есть. Я в следующий раз с ней пригласил, но он сказал, что она не сможет. Не местная, что ли.

Эмма глаза многозначительно округляет и руками разводит.

— А ты, походу, в курсе за неё, да? — переспрашиваю.

— Он ничего не рассказывал, если ты про это. Но я пару раз слышала их разговор по телефону… — она голос понижает и лицо скорбное делает. —