Попала в книгу Главной злодейкой - Елена Звездная

Ну, знания — сила!

И ловким движением выхватив папку у шокированного моим поведением молодого мужчины, я развернулась и поспешила в свои покои, крикнув:

— Следуйте за мной.

Позади раздалось раздраженное ругательство, но произнес он его тихо, и так же не громко, однако заставив меня услышать, сказал:

— Леди Лириэль, у меня нет времени на ваши игры!

— Но, у меня есть козырь, так что, желаете вы того или нет, мы все же поиграем.

В свою комнату я почти вбежала, быстро зажгла ароматическую свечу, и, приказав горничным убираться, подошедшей Йоли сказала принести жаропонижающий отвар и кровоостанавливающий порошок, вместе с заживляющим и бинтами.

А после, повысив голос, невозмутимо воскликнула:

— Ой, как интересно, тут в папке и секретный отдел имеется!

Разъяренный Эрмери ворвался в мою спальню, едва вышла Йоли и замер на пороге, с трудом сдерживая гнев. И вот стоит он там такой весь гневный, бледный, красиииивый… Идеальный мужчина.

— Что вы творите? — сдавленно спросил он.

Глядя на то, как я медленно подношу папку к яркому пламени свечи.

— Леди Лириэль!

И вот я о чем тут подумала, всегда знала, что у Эрмери красивая фигура, но никогда в романе не описывали обнаженку с ним. С Императором завалиться можно интимными сценами, а вот с Эрмери ни одной.

И я почти пропела:

— Раздевайтесь…

— Что? — он, кажется, от подобного приказа дышать перестал.

— Снимайте все, кроме брюк и обуви, иначе… — и я чуть-чуть пододвинула папку к лепестку пламени.

Молчание и напряженное:

— Леди Лириэль, ваша шутка затянулась и переходит за грань. Понимаю, что вам скучно, но это перебор! — и прозвучало пугающе.

Одна проблема — я же сплю, так что мне вообще не страшно.

— Камзол и рубашку, лорд Эрмери. И отойдите от двери, вот мой пуфик перед зеркалом, на него и садитесь. И тогда, слово леди, я не сожгу вашу папку с очень полезными бумажками.

Взгляд его холодных серо-синих глаз вызвал мурашки по спине, и не от холода, от страха, но…

— Вы ничего не сможете мне сделать, даже если я все это сожгу, — спокойно напомнила я об истинном положении дел.

— Да, официально ничего, — он сделал несколько шагов по направлению ко мне, — но вы уверены, что ваша шутка стоит вражды со мной?

Черт, вот быть его врагом мне не хотелось совсем. Во-первых, его враги жили недолго и не счастливо, во-вторых, им до самой смерти было стремно, очень стремно.

Но отступать поздно.

— Раздевайтесь, я сказала. Камзол и рубашку, сейчас.

— Зачем? — разъяренный вопрос.

Моргнула с перепугу, потом задумалась, пожала плечами и нагло заметила:

— Никогда не видела полуобнаженных мужчин. Полностью обнаженного видеть не хочется вовсе, но вот полуобнаженного страсть как хочется повидать. Не отказывайте мне, лорд Эрмери, ведь мы оба знаем, что Императору я не нужна вовсе, так что, пожалуй, вы мой единственный шанс удовлетворить любопытство.

— Боюсь, я плохой пример, — процедил он.

— О, ну что же вы так нелестно о себе, все же в одежде вы самый привлекательный мужчина в Императорском дворце.

Серо-синие глаза взглянули на меня с явным недоверием, и Эрмери произнес:

— А как же его величество?

— О, — я улыбнулась, — Императору до вас как до луны пешком, в сравнении с вами он не стоит даже упоминания.

На красивых твердых губах промелькнула странная усмешка, и Эрмери произнес:

— Леди Лириэль, я знал, что вы безрассудны, но даже представить себе не мог, насколько.

В этот момент вошла Йоли, неся серебряный поднос, накрытый белой тканью. Моя умненькая служанка прекрасно понимала, что подобные вещи лучше не афишировать.

— Закрой дверь, — приказала я ей, — и иди ко мне.

Йоли подчинилась без слов, а вот лорд Эрмери криво усмехнулся и спросил:

— Так мы не наедине останемся?

Ничего не ответив ему, я дождалась пока подойдет горничная, передала ей папку и указав на Эрмери предупредила:

— Если дернется — просто сожги папку. Это не обычная свеча, пламя в ней по сильнее, чем в камине, так что все сгорит мгновенно.

У Эрмери дернулась щека.

А я поняла — он сразу знал, что это за свеча. Как интересно.

Отнеся поднос к туалетному столику, я оставила его там и подошла к яростно испепеляющему меня взглядом Эрмери.

— Ну же, не сопротивляйтесь женскому любопытству, — я постаралась улыбнуться.

Хотя, если честно, рядом со взбешенным Эрмери, мне стало не по себе.

— Поверьте, смотреть там не на что, — прошипел он.

— Да я так и поняла, — еще раз обезоруживающе улыбнулась ему. — Еще по вашей бледности и жару.

И вся злость Эрмери исчезла в одно мгновение.

Кажется, он понял.

И когда я, взяв его за руку, повела за собой, мужчина последовал за мной, как завороженный.

Первым делом, я усадила Эрмери, потом подняла ткань с подноса, и начала читать обозначения на пузырьках. Первым в дело пошло жаропонижающее — не то, чтобы глава тайной стражи Императора доверился мне сходу: когда я протянула ему ложку с противожаровым сиропом, он сначала взял бутылочку и изучил состав.

— Эльфийское снадобье, редкая вещь. Не жаль, переводить на меня такой продукт?

— Для вас мне ничего не жалко, — спокойно ответила ему и заставила выпить сироп.

Сначала ложку, потом еще половину.

И пока Эрмери чуть покачивался от накатившей слабости, интересный был приход у этого сиропа, я быстро расстегнула его камзол, следом развязала галстук… или как он тут называется.

А вот далее мне потребовалась помощь самого мужчины, поэтому я подождала с минуту, пока ему станет чуть легче, и лишь после этого начала с его помощью снимать камзол.

Когда стягивала рукав с левой руки, Эрмери невольно застонал…

А я застыла — теперь, когда камзол был снят, на светлой рубашке стали видны пятна свежей крови.

— Я же говорил — смотреть тут не на что, — с усмешкой произнес Эрмери.

Поняла что у меня полные глаза слез, только когда кровавые пятна на его рубашке начали смазываться. Быстро вытерла слезы, и принялась расстегивать пуговки на рубашке.

— Достаточно, — мою руку мягко перехватили. — Леди Лириэль, я благодарен за жаропонижающее, но на этом довольно. Это всего лишь царапины, вам не стоит смотреть на…

— Йоли, придвинь папку ближе к огню! — оборвала я его.

Тихое ругательство и мою руку отпустили.

А я, не глядя на лицо Эрмери, расстегнула все до конца и ахнула — рана не была пустяковой и близко. Еще сантиметр, может полтора, и сердце было бы задето. Второе ранение на плоском мускулистом животе, она не была глубокой, но