Волшебное Рождество медведя - Ариана Хоукис

изумрудно-зеленые глаза казались чем-то потусторонним, и ему нравилось, как они расширились, когда она посмотрела на него в грузовике, полная любопытства и озорства. У нее было более мягкое лицо, чем у двух других, со сладкими вишневыми губами, вздернутым носом и щеками, похожими на спелые яблоки. А ее короткая прямая челка намекала на альтернативный стиль. Было ли под ее тяжелым зимним пальто закутано горячее тело? Его медведь, похоже, так и думал, царапаясь и ерзая внутри него. Он тут же решил, что снова приедет в город, как только закончит подготовку и все узнает сам.

Рядом с ним Винс хмыкал и ругался, пока задним ходом катил длинный трейлер по ухабистой грунтовой дороге.

— Я же говорил, что нам нужно было уточнить местонахождение, прежде чем тащить задницу сюда, — весело сказал Сойер.

Винс выругался еще больше, его клоунское лицо скривилось от раздражения. Он тоже был медведем, но давно уже отказался смывать жирную краску в перерывах между выступлениями, так что она осталась, размазанная и запекшаяся в линиях его кожи, и отслаивалась, готовая напугать до чертиков, кого-нибудь достаточно глупого, чтобы заглянуть внутрь его фургончика. Простая футболка и джинсы, которые он всегда носил, только усиливали эффект ночного страха, и не раз работники заправочной станции вызывали на них полицию, думая, что он собирается совершить ограбление.

Потребовалось много-много времени, чтобы вернуться на главную дорогу, и к тому времени, когда они прибыли, остальные девять трейлеров уже создавали длинную пробку.

— Следующий справа, — сказал Сойер, и Винс, фыркнув, повернул руль, и они въехали в заброшенный лагерь.

Они припарковались на дальней стороне, а остальные полуприцепы последовали за ними, извиваясь вокруг, пока не образовали большой круг по периметру площадки. Сойер открыл дверцу кабины и спрыгнул вниз.

— Совсем неплохо, — сказал он, роскошно потягиваясь, прежде чем прыгнуть по лысой, глубоко изрытой земле, проверяя ее упругость.

По крайней мере, он был в целом ровным. Тяжелый пол исправит самое худшее. И у них был источник воды и точки питания. Это была роскошь по сравнению с некоторыми местами, где они устраивались.

Двери всех других фургончиков и трейлеров открылись, и из них хлынуло множество людей и животных. Прыгали, кричали, охали, жалуясь. Львы и тигры вытягивали свои огромные пасти в гигантских ревущих зевках. Вокруг скакали козы. Пара волков каталась на спине по земле.

Сойеру понравился момент прибытия. Это была его семья, его клан. Эта восхитительно-нелепая смесь оборотней, которые собрались вместе из всех слоев общества, кто-то избегал страданий, кто-то отвергнут, кто-то утомительно жил, но всех их объединяла страсть к выступлениям и любви к кочевой жизни в дороге. И лично для него это был момент, полный надежд, что этот новый город станет тем местом, где он, наконец, разгадает мозаику своего прошлого и найдет ответы на все те вопросы, которые мучили его всю жизнь. Годы.

Но затем он издал рокочущий стон при виде вспыхивающих вдалеке красных и синих огней.

— Однажды мы приедем на место, поставим палатку, и никто не будет писать кипятком, — прокомментировала Мелина, подходя и вставая рядом с ним. Это была высокая, гибкая леопард-оборотень с длинными рыжими волосами, заплетенными в косички.

— Думаю, создание резерва из двадцати вагонов не сильно повлияло на нашу репутацию.

— Чья это была дурацкая идея проехать всю дорогу по этой дороге?

— Я дам тебе подсказку: не моя.

Она закатила глаза.

— Со старым клоуном не поспоришь.

— Нет.

Сойер сунул два пальца в рот и пронзительно свистнул. Мгновенно все животные перестали резвиться и побежали обратно в трейлеры.

Из машины вышел шериф и направился к ним. Сойер и Мелина переняли свои профессиональные улыбки и подбежали, чтобы поприветствовать его, пока он не вынул пистолет из кобуры. Они остановились как вкопанные, подняв руки вверх.

— В этом нет необходимости, офицер, — крикнул Сойер.

— Мы никому не причиняем вреда, — добавила Мелина.

— Надеюсь, у вас есть веская причина быть здесь.

— Конечно, есть. Но она у меня в кармане.

Сойер кивнул в сторону кармана рубашки. Шериф направил на них обоих пистолет, а сам шагнул вперед и резким, настороженным движением выхватил листок бумаги из нагрудного кармана. Он быстро просмотрел его, его взгляд каждую секунду возвращался к ним, а брови ползли все выше и выше по лбу. Наконец он убрал пистолет.

— Ух ты, мои руки наверняка устали там, наверху, — пошутила Мелина. — Они не поблагодарят меня, когда я буду висеть на трапеции позже.

Сойер толкнул ее локтем.

— Кажется, все в порядке. Похоже, вы все получили лицензию, чтобы остаться на весь сезон. Но проследите, чтобы здесь не было никаких проблем. Горожане не славятся своим гостеприимством к незнакомцам.

— Это потому, что они раньше не видели цирк «Страна чудес восхода луны».

Мелина молниеносно сделала колесо, от которого шериф моргнул, словно не был уверен, видел он это или нет.

— Я серьезно, юная леди. Следите за своим шагом здесь. Вы, возможно, путешествовали по всей стране, но я могу гарантировать вам, что вы никогда раньше не были в таком городе.

Он кивнул им обоим, затем вернулся к своей машине и уехал.

— Что это значит? — спросила Мелина.

— Это изолированное сообщество, но я уверен, что это ничего не значит, просто трава на другой стороне всегда зеленее, — с улыбкой ответил Сойер.

— О, Сави, почему ты всегда просишь для нас заказы в глубинке? Я простая девушка. Мне нравится кататься на львах и устраивать воздушные шоу. Я не хочу, чтобы меня застрелила кучка деревенщин, которые никогда раньше не видели чужаков.

— У меня есть причины. И если я не ошибаюсь, у нас уже есть один из местных жителей. Давай, приступим к работе.

Когда он повернулся к трейлерам, несколько голов уже выглядывали из дверей, проверяя, безопасно ли выходить.

Сойер открыл дверь своего трейлера и проскользнул внутрь, чтобы забрать свои карты. Он действительно чувствовал себя виноватым за то, что настаивал на том, что цирк всегда выступал в малоизвестных городах, но люди приезжали издалека, чтобы посмотреть на них, и у них всегда были аншлаги.

Однако в последнее время он начал впадать в уныние, что когда-нибудь найдет ответы на свои вопросы. Три долгих года он бронировал места в маленьких городках северо-западной территории, отчаянно надеясь, что кто-нибудь узнает название цирка, и что-нибудь вспомнит. Но никто никогда этого не делал. Большинство местных жителей были любопытны, некоторые недружелюбны, но все они встретили цирк с удивлением. Прямо сейчас Омеловая лощина выглядела еще одним заброшенным местом. И он солгал Мелине. Место было не просто изолированным и недружелюбным,