Отбор мужей для принцессы Айсары: третий муж - Молли Н.

жалюзи, но на самом деле это покрашенные под дерево металлические полосы. Если вдруг что-то пойдёт не так, я трижды постучу в стену кареты. После этого плотно прикройте жалюзи и спуститесь на пол — если лошади понесут, это поможет уберечься от серьёзных травм. Не покидайте карету, что бы вы ни услышали. И не выглядывайте из неё. Сидите на полу и ждите, пока я доложу, что всё закончилось.

— Хорошо, — киваю я.

У дяди столько воинов, что они могут закрыть живым щитом любого. В воинском мастерстве членов Клана Огненного Вихря я не сомневаюсь, но усложнять им задачу не хочется — я не настолько самонадеянна, чтобы верить в то, что могу оказать какую-то реальную помощь.

Данмар тоже кивает:

— Если я увижу опасность, скажу тебе об этом.

— Стоит ли мне в таком случае советоваться с вами при выборе дороги? — уточняет Райр.

— Не нужно. Если в том появится необходимость, я сам тебе скажу.

— Не желаете, чтобы мы излишне расслабились, полагаясь на ваши способности?

— Верно.

— Вы напрасно беспокоитесь — мы всегда настороже. Но провидцу виднее, так что полагаюсь на вас.

— Спасибо.

Внутри кареты просторное сиденье с мягкой спинкой. Райр поднимает его и демонстрирует пледы, а также корзину с едой и питьём:

— Привалов будет меньше, только по нужде — тракт очень оживлённый, поэтому вам лучше не покидать карету лишний раз.

— Разумно, — киваю я.

Что-что, а неудобства я научилась терпеть с детства: высокие каблуки, тесные платья, долгие приёмы, на которых мне нужно было часами сидеть подле дяди на жёстком троне. Причём он вставал и общался с гостями, мне же полагалось либо сидеть, либо танцевать с его сыном. Первый вариант меня привлекал больше, несмотря на то что спина через несколько часов начинала ныть.

Как только стану королевой, сразу же избавлюсь от этой неудобной рухляди и верну троны моих предков. Пусть они не такие высокие и не столь густо усыпаны драгоценными камнями, как новые, но зато гораздо удобнее. Раньше я мало внимания уделяла своему комфорту, потому что чувствовала себя словно на войне. А вот когда времена изменятся, моё отношение к себе должно измениться тоже.

Жалюзи опускаем сразу же и оставляем лишь маленькие щёлки, через которые можно наблюдать за окружающим миром. Сажусь со стороны дороги — на красивые виды я уже успела налюбоваться, теперь же хочется посмотреть на людей. Сейчас, когда можно это делать безопасно, становится очень любопытно.

Едем без перерывов до самого вечера. И первый раз карета останавливается не по моей просьбе, а из-за Райра. Он заглядывает внутрь:

— Мы доехали до небольшой придорожной харчевни. Можете освежиться.

— Спасибо, — киваю я.

Лайра следует за мной тенью. И стоит под дверью, пока я посещаю туалет. Ещё и извиняется за то, что приходится это делать. Я же усмехаюсь и заверяю её, что всё понимаю. Сама люблю перестраховываться и считаю, что никакие предосторожности не бывают лишними.

Потом мы едем без остановки ещё часа четыре. То ли по пути не встречается подходящего места, то ли Райр пытается проверить мою выдержку. Если второе, то напрасно. Он снова первым предлагает привал.

Достаём из-под сиденья наши припасы, и пока обедаем, уточняю у Райра:

— А в каком ритме вы двигаетесь в отряде? Как часто делаете привалы?

— Идём с рассвета до заката. Останавливаемся для обеда. Готовим или нет горячее, зависит от того расстояния, которое нужно пройти. Когда сопровождаем обоз, подчиняемся нанимателю. Обычно они останавливаются раз в три часа на десять минут — чтобы все могли дойти до кустов и обратно. Когда мы кого-то охраняем, то решает тот, кто нас нанял, либо ориентируемся на возраст сопровождаемого.

— Я могу весь день протерпеть без кустиков, — улыбаюсь я. — И обойтись без горячего обеда могу тоже. Вам незачем останавливаться только ради меня. Конечно, размять ноги после нескольких часов в пути, приятно. Но если подходящих мест для остановки долго не встречается, могу обойтись и без этого.

— Мы это учтём, — в его голосе сомнение.

На это я только улыбаюсь и не пытаюсь его убедить. Сам поймёт, когда придёт время.

Ближе к вечеру у моего уха раздаётся едва различимый шёпот:

— В ста пятидесяти метрах впереди двести тринадцать разбойников.

Делюсь этим с Данмаром. Он кивает:

— Я вижу. Я сам скажу Райру.

Данмар стучит в стену кареты. А когда к нам заглядывает Райр, повторяет мои слова. И добавляет:

— Они на нас не нападут, но нужно быть осторожнее.

— А вы, случайно, не видите, кто у них за главаря?

— Крепыш со шрамом через щёку и серьгой с красным камнем в левом ухе.

— Вот оно что! А если мы оставим карету неподалёку от них и немного развлечёмся, вам не будет грозить опасность?

— Не будет.

— Хорошо... Принцесса, вы не будете возражать, если мы прибудем на постоялый двор немного позже запланированного?

— У вас с этим главарём какие-то личные счёты? — вопросительно поднимаю бровь я.

— Да. Племянник мой в прошлом году вёл этой дорогой караван. Двоих из каравана похоронили, несколько человек серьёзно ранили, хоть и разбойников порешили несколько десятков. Очень уж они хорошо подготовились, затаились, ничем себя не выдавали. Но главарь ушёл. Мы усилили охрану тех, кто ездит этой дорогой, поэтому нападений на наших больше не было. Видимо, тот гад выучил урок. Мы облаву пытались устроить, но какое там — словно предупреждал его кто. Запрятался где-то, затаился гадёныш. Найти мы его так и не смогли.

— Ваших сил для того, чтобы вернуться без потерь, хватит?

— Вполне. А Лайра за вами на всякий случай присмотрит.

Вопросительно смотрю на Данмара. Его взгляд становится расфокусированным, отсутствующим. А потом снова приобретает осмысленность. Данмар произносит:

— Со стороны дороги у них часовые, так что лучше вам подбираться к ним по лесу. С ветром повезло — не учуют вас. А потом действуйте быстро. Палатка главаря тёмно-серая, в северной стороне лагеря. Награбленное они в другом месте хранят. Лошади на южной стороне, в лощине… Оставьте с нами Юшина.

— Да, господин! — в голосе Райра уважение, а во взгляде любопытство.

— Удачи вам. Мы подождём в карете и закроем жалюзи, — добавляю я.

Если расплодились разбойники, рано или поздно этой проблемой нужно будет заняться. Так почему бы не сейчас?

Мы проезжаем метров пятнадцать, а потом сворачиваем на лесную прогалину. Немного углубляемся в лес, после чего карета останавливается. Прежде чем закрыть жалюзи, произношу:

— Береги себя, Бьёрн.

— Слушаюсь, душа моя, — в его голосе веселье.

— Похоже, Райр раньше не сталкивался с провидцами твоего ранга, — тихонько произношу