Отчим. Ближе, чем можно - Мария Зайцева

Это не особенно напрягало. Меня вообще мало что напрягало теперь.

И да. Мне повезло. Я с улыбкой откинулась на спинку сидения.

Сегодня буду с самым крутым парнем университета. Я буду сегодня жаркой любовницей. Зря я, что ли, контрацептивы в косметичке везла.

Глава 2. Тусовочка

Тайга расступилась. Вдалеке, там, где ещё минуту назад были лишь сосны да глухие чащи, загорелся россыпью огней коттеджный посёлок. Вау!

Выплывал, сначала робкими огоньками, потом всё ярче.

Вспыхнули тёплым жёлтым светом вдоль дорожек фонари, а у въезда полыхало неоном большое табло с названием: «Сосновый простор».

Мы, рты открыв, смотрели на пункт охраны. Никто пропуски не спрашивал, но машины фиксировались.

Асфальт был очень гладкий, такой только в центре города видела до этого.

По сторонам ухоженные газоны, аккуратные кустарники, подсвеченные снизу маленькими прожекторами. Дома с большими панорамными окнами.

Вдоль улицы шикарные тачки блестели в свете фонарей.

Хочу так жить и не иначе!

— Добро пожаловать в рай, девчонки! — посмеялся над нами Гусь, потому что мы притихли, только приглушённо охали и ахали.

Это другая вселенная, спрятанная среди сосен.

Дом у реки сиял, как лайнер в чёрном океане. Огни струились по фасаду, переливались вдоль террасы, отражались в воде, дробясь на тысячи золотых искр. И долбила музыка.

Мы подъехали по дорожке к самому крыльцу. Машин и мотоциклов было очень много, но место хозяина не занято.

Я поспешила выйти первой.

Из открытых окон доносились ритмы хауса и взрывы смеха. На крыльце кто-то вёл свой блог, пара смельчаков уже танцевала прямо на лужайке.

Я вытащила из сумочки сложенные заячьи уши, надела их на голову. И круглый пушистый хвостик прикрепила на попку, что обтягивала просто «позорная» по мнению бабушки, юбочка.

Виляя бёдрами, я подошла к Гусю и взяла его под руку. Веля не отреагировала, она была даже рада, что не одна рядом с ним.

Интересно, парни чувствуют, что их не любят или обманывают ради денег?

Вот я точно знаю, когда парень в меня влюблён, когда я нужна.

В большой прихожей — зеркало.

Остановилась, чтоб лишний раз осмотреть себя и убедиться в очевидной истине: я прекрасно выглядела. Так скажем, очень сильно выделялась на фоне своих безликих подруг. И пусть кто-то говорит, что самомнение — это плохо. Но я считаю, что это не самомнение, а просто уверенность. Внутренний стержень. Моя гордость.

Биты музыки заставляли дрожать стены. И казалось, дом тяжело дышит после долгой пробежки, так он пульсировал.

В большом зале происходило какое-то безумие, там погасили свет. Крутился бешено небольшой фонарь, лучом указывая то в одну сторону зала, то в другую. И ничего не было видно, только на кухне рассеивался свет над столами.

И куча народу тусовалась, и парни, и девчонки.

Первый, второй, третий, четвёртый и даже пятый курс. Я не удивлюсь, если здесь вообще в основном все старшаки!

О да, я-то думала, что на нас прямо сразу нападут с порога какие-нибудь девки, как в прошлый раз.

«Какого черта вы припёрлись малолетки?»

Чуть до драки тогда не дошло, блин!

Ха, теперь мы забили место под солнцем.

Я почти сразу отделилась от своих подруг. Ушла вглубь зала. Пробиралась ближе к тому, кто выполнял роль бармена.

Его я знала, он парень из бедной семьи. И прямо начиная со школы, подрабатывал официантом, поэтому он здесь. Его брали на все тусовки, и его все знали. Он шикарно смешивал коктейли, стоя на кухне у кухонного острова.

И прямо на стойке, полуголый, танцевал сын декана медицинского факультета. Хирург Петров, ха-ха!

Он весь, начиная с острого носа и заканчивая трусами, был усыпан поцелуями с помадой. И время от времени к нему залезали девчонки с яркими губами, чтобы оставить отпечаток на красивом стройном теле.

Я заливалась смехом, глядя, как Велька на своих каблуках еле-еле забралась наверх. Рассмеялась, не устояла. Чуть-чуть было не упала, но Петров её поймал. Велька оставила свой поцелуй под трусами Петрова сместив вниз резинку.

О, это было смешно!

Я, прихватив свободный стакан шампанского, повернулась. И вздрогнула от прикосновения.

— Привет, зайчик, — проурчал хриплый голос прямо в ухо.

Это и был Милош.

Хоккеист, и этим многое сказано. Он с физвоса. Тренировки, здоровый образ жизни. Крепкое, мощное тело. Родители в разводе: и мать, и отец — миллионеры. Но он уже давно сам по себе.

Насколько я знаю, у него в молодёжке контракт. Милош — голубоглазый блондин.

И та-а-акой…

Едва коснувшись меня, тут же отступил на шаг. Не глядя, скинул руку какой-то пьяный девки, которая клеилась к нему. Сделал глоток пива, оценивающе глядя на меня.

Чтобы не остаться в стороне, я тоже оценила его, с головы до пят осмотрела, стараясь выглядеть как можно более опытной.

Я сегодня собиралась развлечься по полной!

— Неплохо выглядишь! — крикнула я Милошу через шум и хохот.

— Ты почему не ответила на моё письмо?

— Это которое? Мне много кто пишет…

— Вообще-то пять, — он показал мне пять пальцев. — Я писал тебе пять раз.

— Но впервые за год подошёл. Скромник, — усмехнулась я и сделала глоток шампанского.

Отошла в сторону, чувствуя горячий взгляд на своем заячьем хвостике.

Предвкушение и азарт разливались в крови, пузырились, куда там шампанскому!

Подойдет? Нет?

Решив не торопить события, я начала красиво извиваться в танце, прикрыв глаза от удовольствия… Взгляды на себе ловила. Разные.

И купалась в них, кайфовала… Когда сильная рука приобняла меня, скользнула от спины к попе, я едва сдержала довольную усмешку.

Не выдержал. И правильно, кто тут выдержит? Я — самая счастливая на свете, определенно…

Увидела Велю, которая так и не спустилась со стойки. Она моментально стала накачиваться спиртным, и Петрову это нравилось.

— Здесь капец, как шумно! — сказал мне в заячье ухо Милош. — Зайчик!

Я смеялась над ним.

— Я что-то и не помню, что ты любил такие сборища, — будто что-то вообще о нём зная, выдала я.

— Ненавижу все эти долбанные тусовки. — Тут же с готовностью подтвердил он, — Может, свалим?

— Допью свой фужер шампанского. — Решила чуть-чуть поиграть я.

И красиво рассмеялась, как можно более завлекательно,