На погребенных углях - Келли Коув

Я несколько раз моргаю, привыкая к свету, и замечаю длинный шрам, пересекающий белый глаз.

Кто это с тобой сделал? Тебе было больно?

Мы молча смотрим друг на друга. Сердце колотится так сильно, что, кажется, вот-вот выскочит из груди, но я не смею даже пошевелиться.

Никогда прежде я не подходила к дракону так близко. Я лишь видела их высоко в небе и всегда завидовала их свободе, их силе, возможности в любую минуту расправить крылья и исчезнуть за горизонтом. Как же мне хотелось однажды сделать то же самое, улететь и больше никогда не возвращаться. От этой мысли глаза снова наполняются слезами.

Дракон медленно моргает. Сначала закрывается прозрачное внутреннее веко, потом тяжёлое чёрное. Я глубоко вдыхаю, пытаясь понять, что делать дальше, но почти сразу понимаю, что выбора у меня нет. Разве не этого я хотела? Пусть лучше бы меня забрала лава, но и это ничем не хуже. В моей жизни никогда не было выбора, только его призрак.

Тяжело выдохнув, я упираюсь ладонью в стену, морщась от боли, затем переставляю вторую руку и, стиснув зубы, медленно поднимаюсь на дрожащие ноги. Дракон громко фыркает, и горячее дыхание снова касается моего лица. Я крепче вцепляюсь пальцами в камень, убеждаюсь, что могу стоять, отпускаю стену и делаю шаг ему навстречу.

Хотя бы этот выбор оставьте мне.

Боль тут же пронзает бок и бедро. Я шумно втягиваю воздух через нос. Кажется, моё тело ещё никогда не было настолько разбито. Даже после тех побоев, когда я не могла подняться с пола несколько дней, а боль не отпускала ещё долгие недели.

И всё потому, что однажды я отказалась принять ухаживания приятеля Хозяина, убежала и спряталась в шкафу, пока он не ушёл. Этого оказалось достаточно.

Дракон широко раскрывает пасть, вырывая меня из воспоминаний. Чёрный язык ложится на нижнюю челюсть, а где-то в глубине горла начинает разгораться тусклое оранжевое свечение. Несколько секунд я заворожённо смотрю на него, чувствуя, как меня окутывает приятное тепло, и только потом понимаю, что сейчас произойдёт.

— Дрогонах! — раздаётся откуда-то мужской голос, и я вздрагиваю.

Дракон тут же захлопывает пасть и поворачивает голову на звук. Его тёмные рога поблёскивают в свете, уши раздражённо дёргаются.

— Дрогонах, нам пора. Что ты здесь делаешь?

Голос звучит резко и недовольно. Дракон сердито хлещет хвостом по камню.

Через несколько мгновений до меня доносятся шаги. Из-за поворота, там, где мерцал оранжевый свет, появляется высокий мужчина. Я замечаю краем глаза, как он слегка склоняет голову, но не решаюсь полностью отвести взгляд от дракона. Его фиолетовый глаз по-прежнему внимательно следит за мной.

Мужчина подходит ближе, проводя ладонью по чешуе Дрогонаха. На поясе у него висит фонарь, освещающий пещеру тёплым светом. Я торопливо оглядываюсь, пытаясь понять, есть ли хоть какая-то возможность сбежать, но почти сразу понимаю, что не смогу сделать и нескольких шагов.

Когда незнакомец останавливается рядом с головой дракона, я невольно замираю. Он долго рассматривает меня, а потом негромко произносит:

— Дрогонах, ты что, решил поиграть с едой? — Его взгляд скользит по моей исхудавшей фигуре. — Для тебя это всего лишь один маленький ужин.

От боли, страха и ярости, наконец прорвавшейся наружу, я совершаю то, чего не позволяла себе никогда.

— Я не еда!

Хриплый крик эхом прокатывается по пещере, и уже в следующую секунду я понимаю, какую ошибку совершила. В ответ почти одновременно раздаются два рыка, дракона и мужчины. Они звучат так похоже, что по спине пробегает холод.

В пещере повисает тяжёлая тишина. Я невольно сжимаюсь и опускаю взгляд.

— Ты сейчас на меня кричала? — тихо спрашивает мужчина.

От его голоса становится страшнее, чем от рёва дракона. Дыхание сбивается. Я знаю, что совершила ошибку, и знаю, что теперь за неё заплачу. Пусть дракон разорвёт меня или сожжёт своим пламенем. Это страшно, но человек способен причинить куда более долгую боль. Человек будет мучить и наслаждаться этим. Если выбирать, я всегда выберу дракона.

— П-простите, — едва слышно шепчу я, с трудом выговаривая слова пересохшими губами. Я изо всех сил стараюсь не показать, как сильно боюсь, хотя голос всё равно предательски дрожит.

— И после этого ты смеешь разговаривать так с Драконосвязанным?

Дракон рядом с ним беспокойно переступает с лапы на лапу, словно чувствует раздражение своего всадника.

Я тяжело сглатываю.

Драконосвязанный…

Так это Драконосвязанный?

Пожалуйста, пусть всё закончится быстро.

— Нечего сказать?

Он подходит ещё ближе и протягивает ко мне руку. Я инстинктивно отшатываюсь, прежде чем успеваю себя остановить. Мужчина замирает, его рука остаётся висеть в воздухе. Он медленно хмурится, потом резко хватает меня за подбородок и заставляет поднять голову.

Я тихо вскрикиваю.

Отстегнув фонарь от пояса, он подносит его к моему лицу. Яркий свет режет глаза, и я невольно щурюсь. Его взгляд задерживается на металлическом ошейнике у меня на шее, потом снова возвращается к лицу. Я знаю, что он видит: медно-рыжие волосы, осунувшееся лицо, веснушки, рассыпанные по переносице и скулам, зелёные глаза. Людей с такой внешностью почти не бывает.

Потом он переводит взгляд на мои длинные спутанные волосы, доходящие до талии. Они скрывают то, кто я на самом деле. Рабам не разрешали стричь волосы. За них слишком удобно хватать.

Я продолжаю смотреть ему в глаза и только теперь замечаю фиолетовое кольцо вокруг зрачков, грубый шрам, тянущийся от левого виска к самому уху, волосы до плеч, собранные наверху, и несколько тонких косичек, вплетённых в них. Он выглядит суровым, опасным, таким, кого стоит бояться.

Никогда прежде я не стояла так близко к Драконосвязанному. До сих пор я видела их только во время Игр, когда они проезжали через город, а я украдкой наблюдала за ними из-за занавески на верхнем этаже, пока убиралась.

Говорят, Драконосвязанные не знают пощады. Даже король Хейлен, несмотря на хрупкое перемирие, предпочитает с ними не враждовать. Хозяин тоже всегда отзывался о них с ненавистью.

Только Драконосвязанные способны установить Связь с драконами и летать на них. Они живут вместе с драгори в своих поселениях, держась в стороне от остального мира. Впрочем, мало кто захочет жить по соседству с драконом.

Я украдкой разглядываю мужчину. На нём плотные штаны и туника с короткими рукавами, а с пояса свисает костяная маска. Неужели ему не холодно? Загорелые предплечья обмотаны чёрной тканью, перехваченной лентами. Значит, он из Клана Чёрной Чешуи, одного из пяти кланов драгори.

Услышав его раздражённое хмыканье, я торопливо качаю головой и отвожу взгляд