Печать безумных. Безымянные - Екатерина Ивановна Гичко

Говорить, какой именно щит, не стал, давая Лирке возможность самой выбрать и заодно показать, как усвоены знания.

Хоёторский колдун медленно начал отводить левую руку назад, а правую выводить вперёд. Воздух сильно посвежел, Лирка ощутила запах влажной соли.

«Один».

Лёгкий ветер вплёлся в кудри. Колдун отступил, отведённая назад рука выпрямилась и плавно качнулась, как расправленное крыло.

«Два».

Лирка шевельнула пальцами и, не скрывая намерений, выписала в воздухе символ защиты. Подселенец внутри молчал, хотя пауза в счёте затянулась. Влажный солёный воздух сильнее обдал лицо, приятно овеял вспотевшую шею и будто зажурчал как вода. Раздражающе медленно колдун вознёс выгнутую крылом руку вверх и плавно, словно кого-то деликатно подтолкнув, вынес вперёд раскрытую ладонь правой руки.

Ласкающий ветер вмиг вцепился в кудри когтями и дунул так, что трава оплелась вокруг ног.

«Три».

Пальцы привычно выписали символ стремительного бега и пустили щит по земле. В тот миг, когда казалось, что шквальная волна сейчас снесёт и Лирку, и всех вышедших за стены салейцев и размажет их по этим самым стенам, ветер внезапно оборвался. Оторванный лист звучно пришлёпнулся ко лбу женщины, и та покачнулась, не ожидая столь нелепого удара.

«Тьфу, травинкой перешибли», — не удержался от ехидства подселенец.

А вот колдун встретил посланный щит с гулким сочным шлепком и полетел на землю.

Повисла восторженная тишина. Салейцы с благоговением — в большинстве своём — смотрели на поверженного колдуна, хоёторцы же с испуганным изумлением. Тот вскочил на ноги и, гневно щуря глаза, шагнул к Лирке. Но почти сразу остановился, вспомнив правила потешных боёв: до первого поражения.

«А морда стала ещё более плоской», — глумился дух.

«Красовался много, — холодно отозвался господин Наэш. — Отработал бы быстрее, и нашей девочке пришлось бы худо. Лиркая, не очаровывайся победой. В реальном бою ты бы даже не успела заметить, что он сделал».

Лирка спиной вперёд отошла к ликующим салейцам и поспешила пробраться через ряды к светящемуся хаварию и приятно удивлённому виларию.

— Повезло, — коротко ответила она на не успевший прозвучать вопрос.

— Везение — это тоже качество мастера, — хаварий потрепал её по плечу. — Чем больше знаешь, тем чаще везёт. Сама-то как он можешь?

Лирка мотнула головой.

— Сложно. Старое искусство. Учиться почти не у кого.

— Эх, тебе бы поднабраться опыта, я бы тебя главным магом над местными дуралеями поставил, — запальчиво выдохнул хаварий.

Хабдир торопливо осмотрелся — не услышал ли кто — и скривился, поймав полный ненависти взгляд плешивого мага.

— Да зелёная ещё, — поспешил за Лирку отмахнуться от такой чести виларий.

Местные маги — трусло выпендрёжное — и так на дух её не переносили. Завистники паскудные! Хабдир каждый раз опасался, что они вместе соберутся и колдунством своим что-то с Лиркой учудят.

Но той действительно везло!

«Повезло так повезло. Да, Наэш?» — ехидно протянул дух.

Господин Наэш не отозвался. Большую часть времени он вёл себя как приличный мертвец: живых не беспокоил.

* * *

[1]Вила̀рий — то же самое, что и десятник. Это воинская должность.

[2]Хатера̀й — слово из южносалѐйского языка. Так называют воинствующих женщин и женщин, которые живут как мужчины. Иногда употребляется с издевательски-оскорбительными намерениями. Например: «Тоже мне, хатерай выискалась!».

[3]Хава̀рий — можно перевести как «начальник». Но употребляется оно только в отношении оборотней, которые занимаются соблюдением внешнего правопорядка. Это воинский чин. Его носят начальники крепостей, гарнизонов и застав.

Глава 2

Безымянные

— Тюп со своим отрядом так и не вернулся, — хаварий Гед раздражённо прищурился и пальцами расчесал густую бороду.

Они с Хабдиром неторопливо шли по двору, Лирка следовала немного поодаль. Чуть в стороне, у стены, остановился красавец Нарий. Остальные члены отряда тоже постепенно подтягивались и, позёвывая, ожидали, когда начальство завершит разговор.

— Никак опять в окрестностях какая погань объявилась.

Хабдир рассеяно кивнул. Тюп мог нарваться и на хоёторцев, но даже после самых злых стычек с местными возвращались посыльный, лекарь и, если имелся, смотрящий, обычно не участвующие в боях. Если отряд не возвратился полностью, то чаще всего причиной была встреча с чем-то или кем-то пострашнее хоёторцев.

— Хотел отправить вас поглубже в Лес, чую, там что-то затевается. Но теперь пойдёте на поиски Тюпа и его ребят, — последнюю фразу хаварий нарочно сказал громче, и члены отряда пришли в движение.

Кое-кто направился в сторону складов за подходящим для поисков снаряжением. В каждую вылазку разведотряды брали с собой такое снаряжение на случай, если столкнутся с союзником, попавшим в сложное положение. Но брали не в том количестве, чтобы потом при хорошем стечении обстоятельств доставить на заставу десятерых раненых — стандартное число малого отряда. Впрочем, Лирка не могла припомнить случая, когда в живых оставался весь отряд.

Сама Лирка осталась на месте. Как магу ей полагалось иметь при себе другой набор необходимых вещей, и её главной обязанностью было прикрывать отход товарищей. В землях Дикого Хоётора водилось слишком много дряни, справиться с которой больше помогали мозги, опыт и магия. Физическая сила в этом списке шла последней.

Хабдир распрощался с хаварием Гедом и, тяжело ступая, подошёл к ожидавшей его Лирке. Красавец Нарий приблизился к ним и холодно посмотрел на женщину. Та ответила пристальным взглядом, и виларий напрягся.

— Чего не так?

Эта парочка редко ссорилась. Высокородный Нарий, неведомо что позабывший в их краях, и образованная, пусть и крестьянского происхождения Лирка чувствовали некое родство. Хабдир не знал, какие обстоятельства вынудили Нария приехать на северное приграничье, но подозревал, что, как в случае с Лиркой, оборотень не поладил со своим семейством. Только вот Лирка не поладила со спесивым семейством мужа.

— Она бросила Дорѝния в канаву с нечистотами, — чистый голос Нария звенел ледяным недовольством.

— Ты сказала, что ничего не делала⁈ — разозлился Хабдир.

— Это было позавчера, — мягко отозвалась женщина.

— Так сложно не обращать на его выпады внимания? — Нарий уже злился. — А если он опять сговорится с дружками и тебе в этот раз не повезёт? Дерьмо воняет, а ты в него ещё и пальцем тыкаешь.

Виларий молчал, только тяжело сопел.

Виновато опустив голову, Лирка раздражённо подумала об одном не в меру обидчивом духе, с которым не всегда удавалось сладить.

«Просто сбросили дерьмо к другому дерьму», — подселенец ни капельки не раскаивался.

— Если тебя всё же вырубят, соображаешь, что они с тобой сделают? — Нарий брезгливо поморщился и оскалился.

«С нашим телом они ничего