Роман в её душе - Нина Харт

class="p1">— О-о-о, нет, нет, нет! Пожалуйста, только не это! — тревожно шепчу, медленно изучая всё ещё непослушными руками своё ватное тело. Оно как будто не моё, и всё... Всё как в тумане.

Простынь на мне слегка съезжает, грудь оголяется, и я с облегчением выдыхаю: трусики на мне всё же есть.

Что за чертовщина тут происходит?

Боковым зрением улавливаю небольшое движение в самом тёмном и отдалённом углу комнаты. Мурашки от страха пробегают по моей и без того воспалённой и чувствительной коже. Волоски на теле встают дыбом, когда с ужасом понимаю, что в номере я нахожусь не одна.

— Кто здесь? — насколько могу быстро принимаю сидячее положение, тревожно прикрывая голое тело белой простынёй.

Мне не видно лица, лишь очертания фигуры... Мужской...

Он сидит, расслабленно откинув голову на спинку кресла, его ноги широко расставлены в стороны, он… в брюках? Белая рубашка расстёгнута на несколько пуговиц, и галстук…

В одной руке, зажатый в кулаке, свисает галстук...

Это Роман!

Его я узнала бы даже на ощупь в кромешной темноте.

Сглатываю образовавшийся нервный ком в горле и облизываю пересохшие губы.

Что он тут вообще?..

Как он тут оказался?..

Рома вдруг оживает, поднимет голову и устремляет свой взгляд прямо на меня. Темнота скрывает многое, но его жёсткий и грозный взгляд я чувствую на себе мгновенно и без промедлений.

Инстинктивно отодвигаюсь дальше по кровати и упираюсь в изголовье. Почему-то именно сейчас от этих прищуренных глаз мне становится страшно, и тело вдруг начинает поколачивать.

Вспышка огня на секунду озаряет его мрачное и напряжённое лицо, и откуда-то взявшаяся сигарета, плотно зажатая между его губами, моментально начинает пускать белое облако дыма.

Сказать ему, что у меня номер для некурящих?

И как я ему это скажу?!

«О, привет, Рома, давно не виделись, и, кстати, не кури, пожалуйста, у меня тут номер для... э-э-эм...»

Чёрт, как же всё сложно...

Рома затягивается сильнее и, выпуская в верх ещё большее белое облако ядовитого пара, снова откидывает голову на спинку кресла. Все его движения медленные, уверенные, он словно хищник наслаждается своим положением перед забившейся в угол жертвой, которая уже никуда не денется.

Одна его рука, зажимая сигарету между пальцами, падает на подлокотник, а другая по-прежнему свисает с зажатым в ней галстуком. И теперь, кажется, он сжимает его ещё сильнее, потому что мои глаза улавливают ту силу и мощь, с которой сжимается его кулак.

— Расскажи мне, бл*ть, Марта, — его голос сухой и хриплый, сейчас особенно строгий и такой чужой, прерывает наше молчание.

Вздрагиваю и ещё сильнее вжимаюсь в матрас кровати, будто желаю полностью в него провалиться.

Он говорит открыто, не пряча своего лица, говорит так, будто в нашу последнюю встречу мы не расстались в очередной раз и не причинили друг другу ещё большей боли.

Глава 31. Наслаждение с привкусом боли

А я... Лежу тут перед ним почти голая и беззащитная, так...

Это он меня раздел?!

Судьбоносный мужчина всей моей жизни сидит сейчас напротив меня, затягиваясь очередной порцией никотина, и продолжает сверлить меня своим острым взглядом, будто хочет проткнуть насквозь.

— Какого хрена ты сидишь в баре и напиваешься? В чужой, бл*ть, стране, где даже помощи попросить не у кого? Какого хрена ты знакомишься с незнакомыми мужиками, у которых только одно на уме — вы*бать тебя до потери сознания и выбросить где-нибудь на обочине, где тебя, возможно, никто и не найдёт... живой?

И если раньше мне было страшно, то теперь мне становится жутко страшно... Атмосфера накаляется, и я чувствую, куда ведёт этот разговор.

Глаза распахиваются в шоке от его слов, рот вторит им, округляясь в беззвучном «о», и я уже во всех красках представляю себя выброшенной где-нибудь на окраине города, изнасилованной и искалеченной.

— Он что-то вколол мне..., - обнимаю себя за плечи, пытаясь оградиться от его агрессии, направленной на меня.

— Да ты что?! Серьёзно?! — резко подавшись вперёд, он, опираясь предплечьями на свои ноги, стреляет в меня гневным взглядом.

— А если бы меня не оказалось рядом, Марта? Если бы он унёс тебя, я, сука, даже думать не хочу куда?!

— Не кричи на меня, — стараюсь уверенно дать отпор его натиску, но голос мой дрожит и переходит на писк.

Просто замечательно. Я предстаю сейчас перед ним очень уязвлённой и как будто проигравшей, что даже аргументировать нечем. Может, если бы я хотя бы была одета? Возможно, уверенности во мне было бы чуточку больше…

Рома встает с кресла и медленно подходит к моей кровати. Всё ещё продолжая курить, он делает длинную затяжку и, докурив сигарету, тушит её в бокале с водой, стоящем на комоде.

Пристально наблюдаю за каждым его движением и с содроганием жду дальнейших действий. Я не боюсь его, Рома не причинит мне зла...

Залипаю на его идеальной фигуре: мышцы под рубашкой играют, спина рельефно обозначается, а чёрные брюки обтягивают крепкую задницу.

Он поворачивается и, наклонившись надо мной, упирает свои руки по обе стороны от меня.

Сглатываю и тяну простынь на себя еще больше, так, что ступни начинают выглядывать. Замираю... Не дышу...

Мы смотрим друг другу в глаза, и мне кажется, что мир ставится на паузу.

— Я кричать на тебя и не собирался, Марта, — приближаясь к моему лицу, шепчет Рома. Его губы мягко и слегка касаются моих, так что я чувствую его горячее дыхание и запах мяты с табаком.

— Я тебя лучше отшлёпаю как следует по твоей неугомонной заднице, которая всё время ищет себе приключения...

— А? Что? — затуманенный разум напрочь отключается.

Тело, чувствуя его близость, предательски начинает требовать большего. Мне хочется его поцеловать, хочется касаться его рук, плеч, хочется провести ногтями по его голове....

Что он там говорил?

— Я не шучу, поворачивайся.

— Пф-ф, — уворачиваюсь от его близости и хочу отползти подальше, но Рома ловко цепляет меня под талию, стягивая несчастную простыню, и резко переворачивает на живот.

Мир кружится подо мной, и вот я уже мычу, уткнувшись лицом в подушку.

Одно быстрое движение мужской руки, и мои трусики рвутся по швам, обжигая кожу, а в следующее мгновение огненная боль от уверенного шлепка по моей обнажённой попе заставляет меня громко вскрикнуть.

Бл*ть, мой загар! Кусаю губы от боли и морщусь. И в этот момент я особенно начинаю понимать все прелести дневного загара.

— Прекрати! — извиваюсь змеёй в попытке освободиться, но всё тщетно. Тяжёлое и сильное тело прижимает меня к кровати, горячие и жгучие