Булочка и две крошки для миллионера - Анфиса Рэйса

Глава 31

Машина Виктора затормозила рядом с подъездом моей мамы. Не верится даже. Он и правда нас отпускает.

Не знаю, чего я ожидала. Но уж точно не того, что он с уважением отнесётся к моему решению взять перерыв на несколько дней. Так я ему сказала. Интересно, он верит, что я и правда вернусь назад вместе с детьми через два дня?

Не знаю, здраво мыслить мне мешает его признание. “Я люблю вас троих”. Как же мне хочется поверить ему! Как же хочется… Представляю нашу счастливую жизнь: папа у моих детей, наконец-то, тот, кто любит их. И я — в роли счастливой жены мужчины, к которому меня словно магнитом тянет.

Я ничего не ответила на него признание. Ну как ничего? Выдала “спокойной ночи” и сбежала. Но убегала не столько от него, сколько от самой себя. Ведь мне так отчаянно хотелось оказаться в его объятьях!

Но я просто не могу. Не имею права. Я должна быть сильной ради своих детей, а не размазнёй, слепо доверяющей мужчине. Проходили уже такое.

И всё-таки тот факт, что он отпускает нас, внушает уважение. Хотя я более чем уверена, что Олегу будет поручено приглядывать за нами.

— Только не сбегай заграницу, — в тон моим мыслям сказал Виктор, чуть улыбнувшись.

— Как ты догадался? Такой был план, — чуть смягчившись, пошутила я.

— Я буду скучать. По вам троим.

— Дядя Витя, идём с нами! — нашлась Мира, сидящая на заднем сидении. — Бабуля будет рада!

Виктор повернулся, чтобы улыбнуться ей.

— Я подумаю, — в конце концов сказала я. — Сейчас у меня будто каша в голове. Думаю, и тебе нужно время. Будем на связи, хорошо?

— Конечно. Звони в любое время, — с готовностью кивнул он.

Мы с детьми вышли из машины. Виктор предложил помочь с чемоданом, но я отказалась. Мира с Матвеем бросились звонить в домофон, выясняя, кто это должен сделать первым. А я смотрела вслед уезжающей машине и думала… а не совершила ли я огромную ошибку?

* * *

Когда я сказала Алисе, что намерена всё рассказать Антону, она чуть со стула не упала. “Ты рехнулась?! Да пошёл этот твой Антон!”. Но он всё равно узнает, рано или поздно. Теперь, когда мой секрет узнал Виктор, нет никакого смысла скрывать всё от Антона. Если Виктор предъявит права на сына, и Антон узнает всё от него, будет в тысячу раз хуже.

Поэтому мы с ним сейчас сидим напротив друг друга в кафе. Он доедает свой салат. Смотрит на меня весьма доброжелательно.

— Виктор тебе угрожал? — спросила я.

Антон чуть не подавился салатом. Но как ещё можно объяснить резкую смену его поведения? К тому же, Виктор говорил, что видел его, так и понял, что я его обманула.

— С чего ты это взяла? — голос у него едва заметно задрожал. — Мы просто… познакомились. Что он тебе сказал?!

— Ничего, — поспешила успокоить его я. — Я сама догадалась. Антон… Ты знаешь, мне нужно кое-что тебе рассказать. Поэтому я и позвала тебя сюда.

— Могла бы и детей захватить. Я соскучился по моему наследнику, моему львёнку!

И этот человек совсем недавно предъявлял мне, что мои дети — не от него. И оказался прав, частично. Видимо, Виктор пригрозил ему, чтобы он хорошо относился и ко мне, и к детям. Или просто паранойя временно успокоилась. Но в последнее время он и правда как будто раскаялся, стал встречаться с детьми, водить их гулять… Как же невовремя! Лучше бы он просто оставил меня в покое.

— Ты изменил мне, — начала я.

— Господи, опять ты об этом. Тебе надоест когда-нибудь или нет? Сколько раз я ещё должен извиниться?

— Нет, я просто… Я хочу рассказать тебе, почему поступила так, как поступила. У меня начались преждевременные роды.

— Да, это я знаю. И мне очень жаль, что ты тогда увидела нас с…

— Твой сын погиб при рождении! — выпалила я.

Сама себе удивилась. Боже, я ведь хотела аккуратно всё объяснить. А вместо этого будто дала ему пощечину.

— Что… Маш, ты рехнулась? Мой сын… С Матвеем же всё в порядке? — напрягся Антон.

— С Матвеем всё прекрасно. Но он не твой сын. Я взяла его в роддоме, от него отказалась родная мать. И воспитывала, как родного брата Миры.

— Это что, какой-то розыгрыш? Маш, сегодня не первое апреля.

— Матвей не твой сын. Можешь сделать тест ДНК.

— Что… что ты несёшь? А чей же он тогда сын?!

— Это неважно, — для Антона это и правда лишняя информация, а то он с ума сойдёт. — Вот… теперь ты знаешь.

— Подожди, подожди… Хочешь сказать, что ты лгала мне все эти годы?!

— Антон, послушай, мне очень нужна твоя помощь. Родной отец ребёнка объявился, а я… я мать-одиночка, ещё и почти безработная. Он может забрать его. Я не уверена, но… есть такая вероятность, я должна подстраховаться. Ты ведь можешь мне помочь? Ты мне должен, Антон. Тогда я прощу тебя.

В этом и была главная цель моей встречи с ним. Конечно, добиться помощи было бы проще, убеди я Антона, что всё ещё люблю его. Я могла бы предложить снова пожениться, и почти уверена, он бы согласился. Но такого он от меня не дождется.

Но Виктор предъявит права на сына, и всё вскроется. Начнётся такая буря, что её уже никак не успокоить. Нет, мой единственный шанс — рассказать Антону правду и воззвать к его совести.

— Какая помощь? Ты заставляла меня растить чужого ребёнка!

— Растить?! — вспылила я. Знаю, что не должна была, но нервы сдали. — Где ты был, когда у них резались зубки? А когда у Миры температура подскочила почти до сорока? А когда Матвей упал с велосипеда и сломал ногу? Где ты был? А их дни рождения? Когда они так ждали папу, смотрели на дверь, а у тебя, придурка, вечно находились дела поважнее!

— Лгунья, вот ты кто! И ещё просишь моей помощи? Какой, интересно?!

— Действительно. Ты не способен помогать другим. Только себе любимому.

— Ну хватит.

— Это ты виноват, что так произошло! Я потеряла ребёнка из-за тебя!

— Из-за меня?! Это ты устроила истерику, Маша! Ну сбросил я напряжение один раз, ну и что теперь? Повод так переживать?

— Придурок. Ненавижу! — я решительно поднялась с места. — Теперь держись от меня и моих детей подальше!

— Твоих детей? Мира — моя дочь, если ты и её не нагуляла, конечно, — Антон