Булочка и две крошки для миллионера - Анфиса Рэйса

поднялся из-за стола. — Как ты там сказала? Ты у нас — безработная мать-одиночка. Интересно, что скажет опека. Может, девочке лучше будет с папой?

Меня как холодной водой окатили.

— Только попробуй, Антон, — угрожающе прошипела я.

— Посмотрим, что тогда ты будешь делать. Опять натравишь на меня Гравицкого? А я не боюсь, ясно тебе? Увидимся в суде, Машенька.

Он взял куртку, развернулся и ушёл. Даже не заплатил за свой чёртов салат. И на что я надеялась, идиотка?

Это всплыло бы и так. Помимо Виктора, есть ещё и его отец. Скоро все узнают, что мой сын — биологический сын Виктора, поэтому с Антоном всё равно пришлось бы объясняться. Было бы ещё хуже.

Но такого итога разговора я точно не ожидала. Остаётся только надеяться, что он блефует. Потому что я ни за что никому не отдам моих детей!

Глава 32

Я в очередной раз поймала мамин взгляд на Матвея.

— Перестань уже, — с раздражением потребовала я.

— А?.. Просто никак не могу поверить, что… — мысль она, к счастью, не закончила.

Мы с ней сидели на диване, дети играли на полу в гостиной. Мультики просто играли на фоне, пока Мира и Матвей разыгрывали инопланетное вторжение нового плюшевого пришельца Матвея для кукол Миры. Их беззаботные игры действовали на меня успокаивающе.

Прошло уже три дня с тех пор, как мы уехали от Виктора. Он звонил один раз, спросил, как дела у меня и детей. Я ответила, что всё хорошо, и приготовилась к его вопросу о том, когда же мы вернёмся. Но он его не задал, пожелал мне спокойной ночи и повесил трубку.

Надо ли говорить, что ту ночь я провела совершенно без сна? Думала и думала… А что, если прямо сейчас они с юристами разрабатывают план, как отнять у меня сына?

А что, если прямо сейчас Виктор думает обо мне, вспоминает наш поцелуй, прямо как я?

У меня в голове будто существовало два Виктора: один — злой олигарх, отнимающий моего сына, второй — мужчина моей мечты. В одного человека их совместить никак не удавалось, и это мучает меня.

Я боюсь первого Виктора: поэтому и попросила Антона о помощи. Надеялась, что он почувствует угрызения совести и поможет, в конце концов, из-за него мы потеряли сына. Возможно, мы могли бы заключить фиктивный брак, хотя мне бы очень этого не хотелось. Я больше надеялась на его двоюродную сестру — классного юриста, которую он мог бы попросить о помощи.

— Бабушка, смотли! Бобби сейчас откусит Балби голову! — Матвей привлёк наше внимание.

— Да, да, ешь! — поддержала Мира. Вместо того, чтобы защищать свою куклу.

Я только рассмеялась. Всё-таки между ними связь, как между родными братом и сестрой. Это так удивительно. Они оба очень ждут, когда же воссоединятся с Чижик Пыжиком, но пёс так привык к Виктору, что я даже решила оставить его пока у него.

— Не стоило показывать моим внукам тот фильм, — покачала головой моя мама. Она с улыбкой погладила Матвейку по волосам. — Мой милый внучок. Бабушка тебя очень любит.

Я рассказала ей правду. Раз уж Антон знает, от неё-то что толку скрывать? У меня будто камень с души упал. Этот секрет давил на меня годами, отравлял мою жизнь. Да, когда это вскрылось, возникла куча проблем, но… может, в конечном итоге это обернётся к лучшему?

Матвей поднялся на ноги и порывисто обнял бабушку. Та прижала его к себе, затем притянула и Миру. У меня потеплело в груди. Моя мама не стала меньше любить его, хоть в глубине души я и опасалась этого.

Раздался звонок в дверь.

— Я открою, — сказала я, не желала нарушать их идиллию.

Протопала в коридор, одёргивая по пути домашнюю футболку. Мелькнула мысль: а вдруг это Виктор? Сердце предательски забилось в радостном предвкушении.

Не глядя в глазок открыла дверь и…

— Маша, — пауза, — привет.

Антон. Явился, интересно зачем.

— Эм… Привет, что ты…

— Я не к тебе. Я хочу увидеть дочку. — Антон смотрел на меня холодно и обиженно. В руках у него была большая коробка, видимо, с подарком.

В какой-то степени его можно понять… Я врала ему, да. Но именно из-за него мы потеряли сына! Пожалуй, я имела на это право.

— А Матвей? — невольно спросила я.

— Пусть с ним его родной отец играет.

— Папа! — Матвей выбежал в коридор. — Папа пришёл!

Кинулся к нему с объятиями, но… Антон холодно отстранил его от себя.

— Забери своего сына, Маша.

— Что?.. — я не могла поверить в такое поведение бывшего.

— Пап? Ты селдишься? — разочарованно спросил Матвей.

— Когда же ты научишься внятно говорить? Это что-то наследственное, интересно?

— Замолчи! — вступилась я за сына. Но чувствовала себя абсолютно беспомощной. Наверное, впервые в жизни я не знала, как защитить Матвея от того разочарования, которое отразилось на детском личике.

— Пап?..

— Матвейка! — голос, прозвучавший из глубин подъезда, будто вернул меня к жизни.

Будто серость, которая заполнила всю прихожую, вдруг рассеялась от его прихода.

В дверях показался Виктор. Он бесцеремонно отодвинул Антона, наклонился, чтобы подхватить Матвея на руки.

— Как дела у моего львёнка? — спросил Виктор.

Матвей посмотрел на него слегка удивлённо, а потом вдруг заулыбался, а мне от облегчения плакать захотелось.

— Дядя Витя, папа на меня злится, — поделился ребёнок.

— Да ну его. Ты говорил, что мечтаешь о том роботе из рекламы, помнишь?

— Ага!

— Ну так вот, я встретил волшебника по дороге сюда. Он предложил исполнить одно моё желание, ну я и вспомнил про тебя.

— Плавда?!

— Держи, — Виктор поставил мальчика на ноги, а затем достал из пакета коробочку с желанным роботом.

— Ура! — от счастья Матвейка аж букву “р” не забыл.

— Матвей, что надо сказать? — нашлась я.

— Спасибо!

— А это для Миры. Отдай ей, ладно? — Он протянул ему вторую коробку. Мира в прихожую не вышла, видимо, осталась с бабушкой. — Ты ей отнеси, а взрослым надо поговорить.

— Ладно! — легко согласился ребёнок и ускакал.

— Какой же ты урод! — набросилась я на Антона.

— Маша, хватит, — Виктор встал между мной и им. — Он того не стоит. Убирайся отсюда, — велел он ему.

— Теперь мне всё ясно, — покачал головой Антон. — Всё… я всё понял… Так это ты отец пацана?

— Я отец их обоих.

— Виктор, не надо, — теперь моя очередь его успокаивать.

— Это мы ещё посмотрим, — с угрозой заявил Антон.

Виктор смотрел на него так, как умеет. От этого взгляда сердце в пятки уходит. Антон попыхтел-попыхтел и решил не связываться. Я видела,