Жестокий Муж. Вернуть (Не) Любимую Жену - Анна Гур

— Я не обязана оправдываться перед человеком, который разрушил мою жизнь, — выдыхаю я спокойно, — я ушла, потому что не могла терпеть измены и пренебрежение. На этом и разойдемся.

— Если бы все было так просто… — произносит он и хмурит брови, изучая мое лицо, — но, знаешь… ты плохо умеешь врать, Агния.

Вздрагиваю. Сердце сжимается от страха. Дыхание прерывается!

Он знает?!

Знает, что я родила его дочь?!

Эти мысли заставляют задохнуться, Ветров же, напротив, разваливается на стуле и внимательно изучает мою реакцию.

— В чем именно я тебе вру?!

Заламываю бровь и держусь. Изо всех сил держусь! Не хочу показывать эмоций, не хочу давать повода Игорю усомниться в моих словах.

Глаза его бегло скользят по моему лицу, по губам, прищуривается и слегка наклоняет голову к плечу.

— Во многом, — отвечает лаконично! Все еще не раскрывая карт! Бесит! Боже, как же он меня бесит… он дезориентирует, ударяет, жалит, сбивает с толку… выясняет что-то для себя, при этом вообще не открывая карт!

Такой расклад меня не устраивает. Хочется закончить эту встречу, встать и уйти… но вопросы у меня к дедушке появились.

Сейчас, после беседы с Ветровым, многие вещи, на которые я внимания не обращала и принимала как данность, теперь я рассматриваю под другим углом.

Мое терпение подходит к концу, и я наконец теряю контроль и выпаливаю, повысив голос:

— Чего тебе от меня вообще нужно, Игорь?! Зачем все это?! Ты чего добиваешься?!

Я готова вцепиться в Ветрова, растерзать его, но, разумеется, понимаю, что ничего не добьюсь. Передо мной тренированный мужик, который меня буквально за секунду спеленает так, что не двинусь, но заехать по его наглой морде очень хочется.

— Или… я поняла! Эго, что ли?! Увидел бывшую жену, которая предпочла убежать от тебя?! Я что-то не поняла, Ветров, ты что, уязвлен?! Самолюбие задето?!

Понимаю, что становлюсь на минное поле, но, ей-богу, вся эта недосказанность уже достала! Просто не могу я больше выдерживать Ветрова! Понимаю, что, очень может быть, он своим поведением именно этого и добивался, но я не намерена терпеть.

— Разозлилась, кошечка?!

Ухмыляется, но в следующую секунду маска веселости слетает, и Игорь чуть подается вперед, его глаза будто вспыхивают недобрым блеском, и губы искажает ледяная ухмылка. У меня мурашки страха ползти начинают по спине, потому что от мужчины буквально веет жестокостью, которая ему присуща.

Хочу возразить и послать Игоря куда подальше уже, но в следующую секунду он выговаривает четко и с расстановкой:

— Твое исчезновение, Агния, очень дорого мне обошлось. Учитывая, какие я потери понес, дорогая моя женушка, ты мне круто задолжала. Удивляюсь, что у тебя духу хватает так царапаться при том, что рыльце у тебя в пуху, как говорится, а я и за меньшее головы отрывал…

Вновь этот намек, и вновь мое сердце в груди совершает кульбит, потому что я отлично помню, что именно сказал мне Ветров… еще тогда… когда я пыталась понять, что будет дальше, когда поняла, что беременна от жестокого мужа…

Он мне сообщил, что если я забеременею, он у меня отнимет ребенка, и можно сто раз сказать, что живем мы в правовом государстве и так далее, но договор я читала, а кроме того, я его еще и подписала…

А там были соответствующие пункты, которые ввергли меня в состояние чистейшего шока.

— Что тебе от меня нужно, Игорь?! — наконец спрашиваю, пытаясь отчаянно сопротивляться смятению, которое меня окутывает, а потом каменею, когда Ветров спокойно отвечает:

— Для начала, Агния. Я хочу тебя. В своей постели.

Глава 21

Я слышу собственный смешок — тихий, сухой, откровенно издевательский. Даже сама себе удивляюсь. Внутри все дрожит, но я умудряюсь ответить с иронией:

— В своей постели?! — переспрашиваю я так, будто он мне только что озвучил нечто настолько комичное, что я с трудом сдерживаюсь, чтобы не заржать. — Серьезно, Игорь?!

Он хмурится. Пальцы на бокале белеют. Сжимает так, что сейчас, кажется, хрупкий хрусталь разлетится в стороны. Я вижу, как его челюсть каменеет. Ощущение, будто он с трудом сдерживает ярость, пытаясь ее загасить.

— Агния, — выдает с нажимом. Пытается меня остановить, только меня уже несет, вернее заносит!

— Что? Игорь?! Интересное у тебя предложение. Вот прямо так с ноги. Ты так привык ухаживать?! Без прелюдий, без романтики, без банальных комплиментов и предложений, да?! А зачем, действительно, тратить время?! Привык отдавать приказы, чтобы перед тобой ноги раздвигали?! Понимаю. Но здесь. Извини. Мимо. Не вставляет.

— Не пытайся меня злить, — произносит он тихо, угрожающе, — не провоцируй.

— Это я провоцирую?! Ветров. Ты мне не нужен! Это ты заставил меня приехать! Ты! Думаешь, я провоцирую?! Нет.

Он наклоняется чуть вперед, глаза становятся хищными.

— Агния.

— Да? — улыбаюсь невинно. — А можно мне поинтересоваться?..

— Поинтересоваться?! — переспрашивает, заломив бровь.

— Да. Меня дико интересует кое-что, — опять прыскаю, не в силах сдержать смех. На самом деле это нервное, но походит на иронию.

Чуть подается вперед. Опускает голову, из-за чего взгляд становится совсем непроницаемым:

— Слушаю.

— О чем хотела спросить?! А… да… — Я специально наклоняюсь вперед и спрашиваю громко и четко: — На этот раз ты хоть собираешься штаны снять полностью… или опять обойдёшься тем, что их только приспустишь?!

У Игоря дергается глаз. Его реакция — это маленькая победа. Мелкая. Жалкая. Но все же победа. Моя победа!

Он медленно ставит бокал на стол, будто осознает, что если не проконтролирует себя, то раздавит.

— Ты хочешь, чтобы я сорвался? — спрашивает он хрипло. — Уверяю, если сейчас добьешься своего, штаны снять не успею, раскатаю прямо на этом столе. Или именно того и добиваешься?!

— Нет, Игорь. Я хочу, чтобы ты перестал считать, что можешь распоряжаться мной, как вещью. Мне не нужно. Ничего.

— Ты моя жена.

— Бывшая, — я выделяю каждую букву, — бывшая, Игорь. Нелюбимая.

Мы смотрим друг другу в глаза жестко, с вызовом. Игорь дышит медленно, слишком медленно, явно ярость в себе душит.

— Я ухожу, Игорь. Ты мое прошлое. Самое жуткое, что случилось со мной. И эту страницу я закрыла. Стерла. Забыла.

Сильнее сжимаю нож в пальцах, он чуть дрожит, и я только сейчас понимаю, что все это время держусь за столовый прибор, готовясь использовать его в качестве оружия, хотя по факту против такого вепря с ножичком таким не пойти и не защититься, но… все равно ничего с этим поделать не могу!

— Нравишься мне