Жестокий Муж. Вернуть (Не) Любимую Жену - Анна Гур

— Ты закончил, воспитатель?!

Опять смеюсь, язвлю, изображая ледяную надменность, хотя внутри меня все содрогается.

Пора валить отсюда! Вот прямо сейчас! Уходить, пока цела! Любой другой мужчина чуть с меньшей самооценкой, чем у Ветрова, меня бы уже прикопал где-нибудь по-тихому, а вот этому самцу все нипочем. Он слишком в себе уверен!

«Агния! Беги! Беги! Быстрее заканчивай этот бесконечный разговор!»

Мое подсознание буквально вопит, но последнее слово я оставляю за собой, хочу побольнее куснуть, поэтому сама подаюсь вперед и выдыхаю Ветрову в лицо:

— Или хочешь еще попробовать меня пристыдить, да, бывший муженек?! Может, лекцию прочтешь о семейных ценностях?! Ты ведь у нас пример… верности и добропорядочности, да, Ветров?!

Глава 22

Ветров улыбается, но это оскал. Оскал зверя, который оголяет мощные клыки, чтобы в следующую секунду впиться в свою жертву.

— Агния… детка, ты ревнуешь?! — спрашивает с такой интонацией, что я четко ощущаю: Игорь с трудом сдерживается, чтобы мне голову не оторвать.

Он смотрит на меня с такой яростью и… похотью, что я четко ощущаю его пламя, которое вспыхивает на дне глаз моего бывшего мужа.

Я его унизить и оскорбить хотела, утереть нос, но… я вижу, что Игорь реагирует на меня, как на женщину, как на самку, как на свою законную добычу. Слишком много в нем дикости. Первобытной, от которой дух захватывает.

— Ветров. Не льсти себе. Я просто очень хорошо помню наше недолгое прошлое. И… уж прости… подстилку твою тоже запомнила, странно, что ты еще на ней не женился, у Невской были далекоидущие планы…

Стоит напомнить бывшему мужу о его подстилке, как у Ветрова желваки на щеках дергаются. Неужели до сих пор с ней спит?!

Плевать! У него этих баб вагон с тележкой, а меня не касается, с кем развлекается Игорь. Монахом уж точно не ходит! Только в университете все девочки чуть к его ногам не легли, учитывая обрывки фраз, которые я слышала, поэтому вновь рикошечу по самолюбию бывшего:

— Пойми уже, Ветров. Я была замужем за тобой. Мне хватило. Ты не впечатлил. И… я рада, что прошлое осталось в прошлом, а в моем настоящем тебе делать нечего! Так что! Отцепись от меня!

Резкое движение руки — и сильные пальцы ложатся на мое горло, Игорь хватает меня, сердце замирает от страха на мгновение, но я тут же вскидываю подбородок.

Смотрю на Ветрова с вызовом, а он наклоняется так интимно, что, кажется, сейчас поцелует, но вместо этого выговаривает с яростью:

— Прекрати провоцировать меня, Агния! — рык грудной, опасный, — перестань выворачивать все, что было, и придумывать свои глупости!

В глаза Ветрова предупреждение, ярость, а еще… мне страшно становится, потому что я четко понимаю, что против него я слабая женщина. Он может сделать со мной все что угодно и… я чувствую его адовое желание. Темное. Жесткое. Только я очень хорошо помню, что нельзя бежать от хищника, наоборот, нужно быть готовой отбиваться.

— Какие глупости? — улыбаюсь так широко, что щеки сводит. — Что тебе неприятно, что меня хотел другой мужчина?! Или что меня хотели вообще?! Это же удар по твоему тщеславию, да?! Ты же думал, что я буду сидеть в углу, молиться на тебя, устраивать сцены ревности и ждать, пока ты изволишь прийти?!

Его пальцы сжимаются еще сильнее, кажется, что он меня сейчас задушит, но неожиданно большой палец проходится лаской по моей яремной вене. Мимолетное прикосновение, которое заставляет задрожать.

— Ты… не… понимаешь…

— О, еще как понимаю, — парирую. — Ты просто не думал, что я когда-то найду смелость плюнуть на твое «великое разрешение» быть твоей женой. Удобной. Молчаливой. Для галочки. Но я предпочла свободу, Игорь! Прими это!

— Мило поешь только, прежде чем уйти, ты решила мне ударить в спину для верности, так, родная?!

Не понимаю, о чем Ветров вообще, но его касание к моей шее обескураживает, а потом Ветров опускает голову и проводит носом по моей шее, вдыхает мой запах! Слишком по-звериному! Я вздрагиваю, а в следующую секунду упираюсь в литые мышцы грудной клетки Ветрова и шиплю дикой кошкой:

— Отпусти меня! Не смей прикасаться! Не смей! Слышишь?! Не смей! Меня сейчас вырвет!

Резко отпускает, убирает руку, будто его обожгло.

Всматривается в мои глаза, чувствую, как его злость уже кипит, еще чуть-чуть — и самоконтроль Ветров отпустит. Надо бежать!

— Отпусти! Я хочу домой! Ты не имеешь права меня удерживать!

— Хорошо. Не держу. Агния… — голос глубокий, от него по позвоночнику проходит дрожь.

Киваю. До конца не верю, что отпускает, сердце скачет как бешеное.

— Значит, водитель, Виталий, был твоим сообщником с самого начала, — повторяет слова, от которых у меня мороз по коже.

Отчего-то приходит осознание, что прямо сейчас Ветров выносит Виталию смертный приговор. Я же вскидываю подбородок и отвечаю уверенно:

— Вини себя, Ветров. Это ты привел в дом жену и наплевал на нее. А то, что на меня обратил внимание другой мужчина, не делает его виноватым. Не ищи виноватых. Всему виною ты!

Приподнимает бровь. Не знаю, удается ли мне остановить этот локомотив, который уже несется на противника в одном ярком желании — уничтожить?!

Ветров выдыхает так, будто его ударили в солнечное сплетение.

— Ты… — он сжимает кулаки, — ты специально хочешь меня довести.

— А ты терпишь, — усмехаюсь, — Странно, правда, может, уже отпустишь? У тебя нет прав ни на меня, ни на мою жизнь. Ни на вопросы!

— Ах, вот как?

— Ты мне никто.

Разворачиваюсь резко, берусь за ручку, открываю дверь чуть-чуть, как вдруг рука Игоря опускается поверх моей головы, удерживает, не дает распахнуть дверь до конца.

Игорь стоит прямо за моей спиной. Я чувствую его дыхание на своей макушке. Чувствую напряжение его тела, он весь как пружина. Тронешь — рванет.

Несколько долгих секунд ничего не происходит, а затем я слышу слова, от которых кровь стынет:

— Агния… если ты думаешь, что эта история закончилась… Ты очень плохо меня знаешь. Ты можешь играть в свои игры, маленькая моя, но помни. Я всегда добиваюсь своего и беру то, что считаю своим по праву. Всегда.

Ветров отпускает. Медленно. Дает понять, что это именно он позволяет мне выскользнуть из цепкой хватки зверя!

Его ладонь сдвигается, скользит по моей коже, прожигающее прикосновение, а затем… он широко открывает дверь, и я буквально вылетаю из этой проклятой кабины! Ощущение, что я там целую вечность пробыла!

Этот разговор… он казался мне просто бесконечным! Но я знаю,