До самой смерти - Элис Вайлд

– Надеюсь, одеяло тебя согрело.

– Это был ты? – вырывается у меня прежде, чем успеваю прикусить язык.

Он ухмыляется, блеснув острыми клыками, и я понимаю, что дала ему именно то, чего он добивался. Плотно сжав губы, снова устремляю свой взгляд вперед, клянясь больше не говорить ни слова.

Но, конечно, это не мешает ему разговаривать со мной. Он начинает рассказывать о своем дне, поручениях, которые ему давали, и существах, которых встретил.

Я стараюсь не слушать, но все же ловлю себя на мысли, что его жизнь полностью подчинена выполнению поручений Аида.

Глядя украдкой на Цербера, я невольно хмурюсь. И задаюсь вопросом, почему он, существо такой силы, позволяет обращаться с собой как с цепным псом, а не с верным соратником.

Наверное, в этом и есть природа адского пса.

Только когда мы свернули в коридор и поднялись по винтовой лестнице, я поняла, что меня ведут не в главный обеденный зал. Вместо этого Цербер остановился у новых дверей. Он распахнул их для меня и отошел в сторону, позволяя войти в более приватную комнату.

В центре ее располагается стол, сервированный на двоих. За одним из стульев стоит Аид с нетерпеливым выражением лица, одной рукой сжимает спинку. За ним находится большой открытый балкон с видом на оживленное Подземное царство, и на мгновение я теряюсь в этом пейзаже.

– Оставь нас, – сказал Аид, отмахнувшись от Цербера.

Я была весьма шокирована грубостью, с которой он обращался, возможно, с самым верным своим подданным, и не могла удержаться, чтобы не взглянуть на своего охранника. Его молчание казалось странным после всего разговора по пути сюда.

Он кивнул Аиду, но прежде, чем выйти, бросил на меня странный взгляд. Двери за ним захлопнулись, и я снова повернулась к Аиду, чувствуя себя все более озадаченной.

– Давай, присоединяйся, – приказывает Аид, указывая на стул напротив себя.

Я подчиняюсь и быстро сажусь. Он присоединяется ко мне за столом, и я не могу удержаться, чтобы не осмотреть комнату.

Стол простой, но элегантный, с черной скатертью и серебряными приборами. В центре стоит графин с темно-красным вином, окруженный нетронутыми тарелками с красиво сервированными блюдами. Комната слабо освещена, единственным источником света служат мерцающие свечи и странное свечение погружающегося во тьму Подземного царства за открытыми дверями балкона.

Мы совершенно одни, и я сразу чувствую, как скучаю по присутствию других женщин. Даже охранник был бы желанным гостем.

– Никого больше не будет? – спрашиваю я после короткой паузы.

Аид молча наливает мне бокал вина.

Я пристально смотрю на ярко-красную жидкость, которая напоминает мне кровь, и не могу протянуть к ней руку, даже когда он сам поднимает бокал к губам. Аид наблюдает за мной поверх стекла, а я сижу почти окаменевшая. Поставив бокал, он жестом указывает на еду передо мной:

– Ешь.

Я опускаю взгляд и замечаю хлеб, сыры, жареное мясо и овощи. Они выглядят прекрасно, но я вдруг ощущаю полное отсутствие аппетита, когда чувствую, что он наблюдает за каждым моим движением.

Встретившись с его взглядом, я замечаю, как он поднимает бровь, словно ожидая моего возражения.

Впрочем, у меня действительно нет выбора. Мне нужен хоть какой-то прием пищи, если возвращаться к моим прошлым размышлениям, да и я здесь, чтобы поужинать с ним. Надеюсь, чем скорее закончится трапеза, тем быстрее я смогу вернуться в свою комнату.

Я делаю маленькие укусы, едва ощущая вкус еды.

Аид не ест. Он откидывается на спинку стула, наблюдая за мной, и потягивает вино из бокала, который держит в руке.

Мой желудок сжимается с каждой минутой, и есть становится все труднее. Тишина вокруг нас словно сгущается, делая сидение на месте почти невыносимым.

– Платье, которое выбрал Цербер, тебе идет, – говорит Аид, его глубокий голос разрывает тишину и заставляет меня уронить вилку.

Я вздрагиваю от звона металла о тарелку. Затем, как можно медленнее, поднимаю взгляд на Аида. Он смотрит на меня темными расчетливыми глазами.

– Спасибо, – выдавливаю я, стараясь быть как можно более вежливой.

Он удовлетворенно кивает и снова делает глоток вина.

Моя кожа горит под его взглядом, и комплимент выбивает меня из колеи.

– Ты пробуждаешь мое любопытство, смертная, – говорит он, допивая бокал. Наклонившись вперед, чтобы поставить его на стол, он снова откидывается на спинку стула и машет рукой в мою сторону. – Расскажи о себе. Расскажи о той жизни, которую вела до того, как оказалась в моем царстве.

Я проглатываю пищу и тянусь за бокалом вина. В горле пересохло от мысли, что нужно говорить, и глоток алкоголя едва утолил жажду. И все же, когда я ставлю бокал обратно, мне кажется, что я выпила целую бутылку, слова начинают легко срываться с языка.

Он продолжает опираться на спинку стула, слушая, как я рассказываю о своей жизни до встречи со Смертью и о прибытии в Подземный мир. Почти сразу я начинаю выдавать все в мельчайших подробностях. От того, как училась держать кисть под руководством отца, до огромной печали от потери матери.

Разочарование от повторного брака отца, бесконечные мучения, которым меня подвергала новая семья, и как я оказалась перед Смертью.

Ничто до встречи со Смертью не остается скрытым, к моему ужасу. Без всяких подсказок я делюсь своими самыми светлыми и самыми темными воспоминаниями. Когда слова наконец застревают на языке, я чувствую, что истощена переживаниями о своей прошлой жизни.

Мой голос угасает, и тихий всхлип прорывается наружу, слова все еще висят в воздухе, словно насмехаясь над тем, какой жалкой была моя жизнь. Над тем, как мало мне удалось достичь… и даже тогда я провалилась.

Даже моя смерть, пожертвование самой души, не смогло спасти отца.

Слезы жгут глаза, и я закрываю лицо руками, пытаясь их скрыть.

Стул Аида скрипит по полу, и я поднимаю взгляд, когда он медленно встает. Ритмичные шаги его ботинок по мрамору эхом разносятся по комнате, когда он идет ко мне.

Я моргаю, пытаясь восстановить самообладание, из-за слез перед глазами все плывет. Я не могу разглядеть выражения его лица, когда он наклоняется, обхватывает подбородок своей массивной рукой и поворачивает мое лицо к себе.

– Кажется, в тебе есть нечто большее, чем кажется на первый взгляд. Что еще ты скрываешь, смертная?

Его глаза мгновение сканируют мое лицо, пока я пытаюсь найти подходящий ответ, но потом понимаю – это не то, что он ищет. Его взгляд опускается на мои губы. Я едва успеваю уловить