Останься со мной - Инна Разина

Домашние тесты и посещение врача лишь подтверждают то, что я уже и так знаю. Беременность 3–4 недели. И передо мной встает вопрос, что делать?

Глава 29. Юля

Еще неделю я мучаюсь, пытаясь решить, что делать. Не с ребенком, нет. Тут у меня нет сомнений. Я его оставлю. И воспитаю сама. Ничего, справлюсь.

Какая-то финансовая подушка у меня есть. Найду новую работу. Теперь уж точно у Красильникова не останусь. На поздних сроках работать можно из дома.

Конечно мне страшно, ведь моя жизнь полностью изменится. Особенно пугают неизвестность и отсутствие поддержки. Во время беременности женщина очень уязвима.

Родителям сообщать пока не хочу. Не сомневаюсь, что услышу не самые приятные слова. Они мне и развод еще не простили, а уж ребенка без мужа тем более. Впрочем, я давно привыкла рассчитывать только на себя.

Вопрос в другом. Нужно ли сообщать Игнату? По-хорошему, нужно. Я считаю, что отец должен знать о ребенке. Ну а все остальное на его совести. К тому же, мы не в вакууме живем. Даже если промолчу, правда все равно вскроется.

А еще есть маленькая надежда, вдруг Игнат окажется нормальным отцом, захочет признать малыша? Такое тоже нельзя исключать. Есть же в этом мужчине что-то хорошее. За что-то же я его полюбила.

Но даже если решит участвовать, алименты просить не собираюсь. Мне самой его подачки не нужны. Пусть деньги копятся на счете. Потом на учебу пригодятся.

Для себя я все определила, но сделать этот шаг и увидеться с Игнатом очень тяжело. Боюсь даже не его реакции, а того, что разочаруюсь в нем еще больше.

Если он заявит, что ребенок ему не нужен или сходу потребует избавиться, это будет полный крах. Значит, я вообще не умею разбираться в людях.

Маленькая девочка внутри меня хочет избежать боли и разборок. Можно же просто написать сообщение. Я свою задачу выполню, сообщу. С меня хватит.

Но взрослая Юля отвергает эту мысль. Я должна посмотреть ему в глаза. Увидеть первую, честную реакцию. Наверное мне это нужно, чтобы окончательно поставить точку. Задушить глупые надежды, что пока так и не умерли.

На работе сообщать тоже не хочется. Сначала придется пробиваться через секретаря. А вдруг Игнат меня не примет? Не хочу такого унижения. На меня и так сотрудники косятся, иногда очень даже злорадно.

Мы же не скрывали отношения. А теперь нас больше не видят вместе. И еще эти сообщения в сети о готовящейся свадьбе. Наверняка их многие видели.

Не выдерживаю и перед сном все-таки залезаю в интернет, нарушая данное себе обещание. Набираю фамилию Красильников и сразу натыкаюсь на фотки. Его с невестой. Той самой дочкой главы медиахолдинга.

Стоят рядом, будто чужие. Игнат девушку даже не обнимает. Лицо равнодушное, холодное. А у невесты слишком неестественная улыбка. Этого ты хотел, да? Вот такой игры на публику? Красивого фасада, за которым пустота?

Против воли шмыгаю носом, но слезы все равно текут по щекам. В последние дни у меня постоянные перепады настроения. Гормональная перестройка во всю идет.

В заметке под фото Игната спрашивают про благотворительный вечер, который состоится через пару дней. Он сообщает, что будет там присутствовать. С невестой. Ну что ж, поприсутствую и я. Мне тоже этот фонд приглашение прислал.

В назначенный вечер собираюсь очень тщательно. Я должна выглядеть отлично, чтобы хоть немного чувствовать себя уверенной. Хотя внутри все заранее сжимается от страха.

Приезжаю на место, оставляю одежду в гардеробе и разглядываю себя в зеркале. Выгляжу неплохо, косметика спрятала все следы переживаний. Платье чуть свободно, но ничего. А скоро вся одежда станет мала.

Прохаживаясь среди гостей, ищу Красильникова. И наконец замечаю, обоих. Его невеста сегодня в чем-то воздушном, светлом. Идеальная, как картинка. И неживая, будто кукла-марионетка.

На лице снова вымученная улыбка, рассеянно смотрит по сторонам. На жениха больше обожающе не пялится. Поняла уже, что все не так радужно? Или она вообще расчетливая стерва и все заранее знала?

Впрочем, это не мое дело и не мои игры. Мне нужно дождаться, когда девушка куда-нибудь отойдет, и отозвать Игната на пару слов.

Неожиданно кто-то больно хватает меня за локоть и разворачивает к себе. Поднимаю голову и встречаюсь взглядом с бывшим мужем. Его губы растянуты в светской улыбке, а в глазах плещется ненависть.

— Ну привет, Юля, — произносит тихо, чтобы слышала только я. — Как поживаешь? — бросает быстрый взгляд в сторону Игната и злорадно продолжает: — Не захотела быть моей женой, зато с удовольствием стала его подстилкой? Какая же ты дрянь оказалась. Ну и как тебе сейчас? Когда Красильников там свою невесту выгуливает? Нравится?

Его удары не достигают цели. В груди и так уже дыра. А мнение этого слизняка меня не колышет.

— Щербаков, может ты наконец своей жизнью займешься? — спрашиваю с усмешкой. — Хватит уже за моей так пристально следить. А то еще решу, что ты меня вернуть мечтаешь. Так я эту страницу давно закрыла. Что, больше нет желающих обстирывать тебя, едой домашней кормить, проекты за тебя писать и заодно терпеть твои похождения? Ну, мамочку попроси. Вдруг, не откажет?

Мужское лицо некрасиво перекашивает. Бывший что-то ядовито шипит, но я больше не слушаю. Плевать мне на него. Разворачиваюсь и ухожу.

Побродив по залу еще немного, понимаю, что пора решаться. Сделать то, ради чего я сюда пришла, и уехать. Не хочу тут дольше оставаться. Этот праздник не для меня.

Жду, когда Игнат останется один, глубоко вдыхаю, прогоняя из тела противную дрожь. И направляюсь к нему.

Глава 30. Юля

Игнат замечает меня, когда между нами остается всего несколько шагов. Окидывает напряженным, холодным взглядом. Его и так хмурое лицо становится еще мрачнее, челюсти сжимаются.

Останавливаюсь в шаге и стараюсь не обращать внимания на то, как шикарно он выглядит. Дорогой костюм идеально обтягивает широкие плечи. Ослепительно белая рубашка подчеркивает смуглость кожи. А расстегнутый ворот открывает взгляду сильную шею, которую я так любила целовать.

Усилием воли прогоняю неуместные воспоминания. Это все в прошлом. Теперь целовать его буду не я. Не здороваюсь и сразу перехожу к главному. В любую минуту к нам может кто-то подойти и помешать.

— Мне нужно сказать тебе кое-что. Важное, — говорю твердо, без просительных интонаций. — Давай выйдем в холл. Не беспокойся, это займет всего пару минут.

Я уже решила, если он сейчас откажется, наплюю на