Mалышка-вдова - Cидни Тейлop

переводя взгляд на ее обтягивающее платье. Этот вопрос абсолютно невинен, потому что, ладно, возможно, на данном этапе я готов признать, что хочу увидеть Хлою Старк обнаженной, несмотря на то что она возглавляет мой список подозреваемых в инсценировке несчастных случаев со смертельным исходом. Но я бы не стал пользоваться ее нынешним состоянием. Ни одна женщина этого не заслуживает.

Она слабо улыбается, но так и не отвечает.

Я медленно пересекаю ее комнату, наблюдая за вздыманием и опусканием ее груди. Приложив большой палец к ее нижней губе, я слегка оттягиваю ее вниз, наслаждаясь ощущением ее мягкой кожи под своим пальцем.

Интересно, будет ли поцелуй с Хлоей таким же приятным, каким я его себе представлял.

Опрометчивым. Насыщенным. Опьяняющим.

Я провожу костяшками пальцев по ее скуле, ее ресницы трепещут под моими пальцами, и у меня возникает внезапное желание прильнуть своими губами к ее. Попробовать ее на вкус без каких-либо последствий. В глубине сознания кричит какой-то чужой, незнакомый мне голос: «Она твоя! Заяви на нее права прямо сейчас!»

Я убираю руку от ее лица прежде, чем поддамся ему.

Я никогда не видел ее такой... во-первых, такой тихой. Но еще и такой невинной на вид. Такой уязвимой. И я снова задаюсь вопросом: неужели я ошибся на ее счет?

Или, может быть, я не понимаю самого себя. Неужели именно ненависть заставляет меня возвращаться к ней снова и снова, или что-то совсем другое?

Я спускаюсь обратно, чтобы забрать сумку, которую мне дал Мика, возвращаюсь к ней и опускаюсь на колени у края кровати, где она мирно спит. Я читаю инструкцию, прилагаемую к приспособлению из иглы и пробирки, — и слава богу, что там есть иллюстрации.

За последний год я сделал своей матери бесчисленное количество уколов, так что с иглами я знаком. Но кровь из вены я никогда не брал, поэтому повторяю то, что видел в фильмах в исполнении медсестер. Я ищу на прикроватной тумбочке Хлои что-нибудь, чем можно перетянуть ей руку, натыкаюсь на резинку для волос, натягиваю ее на запястье и поднимаю к бицепсу. Она обхватывает ее подтянутую руку, и вена на сгибе локтя медленно проступает. Я провожу по ней пальцем, завороженный мыслью о том, что Хлоя сейчас так беспомощна.

Я смотрю на ее лицо — она остается неподвижной. Она слегка морщится, когда я ввожу тонкую иглу в вену, но продолжает крепко спать. Я тяну поршень назад и наблюдаю, как маленький контейнер наполняется ее кровью, после чего щелкаю клапаном, чтобы остановить кровоток, как показано на схеме. Собрав все инструменты, я прижимаю ватный тампон к ее руке.

Отойдя от постели, я выключаю свет у двери и поворачиваюсь, чтобы посмотреть на ее дыхание, пока гирлянда мягко мерцает над ее головой.

А затем я выхожу из комнаты и обыскиваю ее дом сверху донизу в поисках зацепок, которые необходимы мне, чтобы доказать самому себе, что она именно та, кем я ее считаю.

Глава 12

Хлоя

Когда солнце пытается пробиться сквозь закрытые ламели жалюзи на окне моей спальни, я все еще нахожусь во власти эротического сна о Колине.

Его теплые руки обхватывают мои лодыжки, медленно скользят вверх по ногам и сжимают бедра. Я ерзаю под его пальцами, а он ухмыляется, перемещая руку мне между ног. Я раздвигаю их навстречу, потому что, ну как иначе.

Он толкает в меня два пальца, его лицо нависает над моим. В его глазах вспыхивает вожделение и... что-то еще. Что-то, что кажется гораздо глубже похоти и томления. Словно он наконец позволил себе выпустить наружу те чувства, которые, я знаю, живут у него внутри. Словно он видит меня насквозь и все равно выбирает меня, пока его пальцы сжимаются во мне, приближая к пику блаженства.

— Все не так, как кажется, — произносит он, и это сбивает меня с толку, потому что движение его губ не совпадает со звуком голоса. — Ей что-то подсыпали, — звучит его приглушенный шепот. Я окончательно просыпаюсь и резко сажусь в постели, из-за чего в голове все мгновенно поплыло.

Глухой голос Колина доносится снизу, проникая сквозь открытую дверь моей спальни, и каждое слово ложится на кожу как очередной поцелуй.

— Я помогал ей добраться до дома, капитан. Вы ждали, что я буду просто стоять в сторонке и смотреть, как ей причинят вред?

От его слов мое сердце сладко сжимается. Он не хотел, чтобы мне причинили вред. Я без понятия, о чем именно идет речь, но то, что он признал это вслух, вызывает бурю радости, которая отзывается покалыванием в пальцах ног и в миг затапливает все тело.

Я откидываю одеяло и бросаю взгляд на свое платье. Зачем я легла спать прямо в нем? И почему Колин у меня в доме?

На прикроватной тумбочке стоят бутылка воды и упаковка адвила. Я высыпаю пару таблеток на ладонь, потому что, черт возьми, голова трещит немилосердно. Следом я проверяю геолокацию своих подруг — обе, судя по всему, в безопасности у себя дома. От этого становится легче, но туман в голове никуда не девается.

Я заново прокручиваю в памяти события вчерашнего вечера, пока выбираюсь из постели и переодеваюсь в шорты и безразмерную футболку.

Я была здесь, у себя, вместе с девчонками, пытаясь убедить Стеллу, что в своей охоте за Колином не позволю пострадать ни ей, ни кому-либо из них. А потом появился он, изо всех сил стараясь удержаться от поцелуя со мной, пока подруги наблюдали за этим со стороны.

Мейв говорила, что мы идем на вечеринку, и проснулась я определенно в подобающем наряде, но никак не могу пробиться сквозь пелену в мыслях, которая становится плотнее как раз на том моменте, когда я вчера начала собираться.

Я спускаюсь по лестнице, запуская руку в волосы, пока в поле зрения возле дивана не появляется Колин. Его глаза округляются — он хоть и находится в моем доме, но совсем не ожидал меня увидеть. Он прижимает телефон к уху, его тело напряжено, а из трубки доносится металлический звук чьего-то крика на том конце провода.

— Нет, — говорит он, не отрывая от меня взгляда. — Вы не увидите мой пикап на ее подъездной дорожке, если поедете мимо.

Я удивленно приподнимаю брови на его ложь и прохожу на кухню. Там на тарелке меня ждут пышный скрэмбл на тосте с авокадо, а рядом дымится кружка кофе.