Ведьмины приключения, или Как Сита охотилась на директора - Екатерина Сергеевна Богданова

Общага была похожа на растревоженный муравейник. Ну да, уже тридцатое, скоро первое сентября, торжественное открытие учебного года до обеда и всемирная попойка вечером. Я добралась до комнаты, отперла дверь и замерла. Закрыла, проверила номер комнаты, снова заглянули.

— Вау! — кажется, я это проорала на весь этаж.

Прежним в этой комнате было только мое постельное белье. Но оно здесь смотрелось как вязаный бабушкин коврик в пятизвездочном отеле — так же убого, нелепо и в то же время умильно.

Кому рассказать, так не поверят, передо мной была общажная комната с евроремонтом. Рельефные бежевые стены, встроенное в потолок многоуровневое освещение, новая мебель, шторы-гармошки и ковер цвета капучино на полу. Кровать из железной двухъярусной превратилась в широкую деревянную, а вместо второй двухъяруски красовался большой одежный шкаф. Новые стол и стулья, двухкамерный холодильник, электрочайник, кофеварка, кухонный шкафчик и маленькая плазма над холодильником.

«И это все мне?» — это было первое, о чем я подумала. От второй мысли затрясло как меня, так и мебель вокруг — это он так от меня откупиться хочет! Не нужны мне его подачки! Развернулась и вихрем вылетела из восхитительной, но опротивевшей комнаты. Ну я ему сейчас устрою ремонт, костей не соберет!

Вылетела из комнаты и, не разбирая дороги, понеслась к лестнице. Слетела на первый этаж за считанные секунды и уверенно направилась к преподавательской. Подметила, что студенты моих предпочтений не разделяют и бодренько шагают в сторону столовой. Вот сейчас убью директора и тоже завтракать пойду, решила я. В приемной никого не оказалось, а кабинет вообще был заперт. Ну да, рабочий день-то еще не начался. Пришлось топать к дому Любомировича.

Пока бегала туда-сюда, пыл немного поугас, и в висках уже не стучало, но оставлять все, как есть, я определенно не намерена. Если мы только студентка и директор, то нечего выделять меня среди остальных. Не хватало еще, чтобы слухи какие-нибудь пошли. Пусть выделяет мне другую комнату или в этой возвращает все, как было.

Когда подошла к двери Романовой квартиры, уверенность вообще решила покинуть меня, причем в самый ответственный момент. Минуты две стояла и набиралась смелости нажать на кнопку звонка. А может, ну их, эти разборки, и так проживу… в уютной комнатке со всеми удобствами. Я же сейчас увижу его и опять растаю. Уже совсем было передумала и собралась уходить, как дверь распахнулась, и меня бесцеремонно втащили в квартиру.

— Ну чего ты там мнешься? Заходи давай. Как раз к десерту успела, — заявила Лизка, захлопывая дверь и утягивая меня в столовую.

Проходя мимо кухни, прокричала:

— Дядя Рома, а у нас гости, так что тащи еще одну порцию.

— Не нужно мне никакой порции, — прошипела, пытаясь вырвать руку из цепких пальчиков коварно усмехающейся интриганки.

— Еще как нужно, у нас сегодня клубничка со сливками. Объедение, — впихнула меня в столовую и добавила: — А я уже свою почти доела, так что скоро к Алексу пойду… чтобы не мешать. Вот и разберетесь, что там с твоей комнатой не так.

— Э-э-э, нет. Так дело не пойдет. А ну отойди с дороги! — отпихнула сопротивляющуюся Лизку от двери и вылетела из столовой.

Ну что за жизнь-то⁈ Это точно уже не петля, а удавка. Ну почему именно в этот момент Роману приспичило вывернуть из кухни с десертной вазочкой наперевес? В итоге сливки на его рубашке, а клубника за воротом. И все бы ничего, только рубашка эта была надета на мне! Стою, руки в стороны развела и любуюсь… сливками на груди и рубашке, а ягодки животик холодят. Красота-а-а! Прямо десерт, а не Ситка!

Лизка вдруг покраснела как рак и с криком «Ой, мамочки!» убежала из квартиры, громко хлопнув дверью. Поднимаю взгляд на директора и так страшно вдруг стало. Он стоит как статуя и остекленевшими глазами смотрит… на десерт.

— Ну, я, пожалуй, тоже пойду. Спасибо за… угощение, — проговорила и начала обходной маневр, думая, что угощение получилось «навынос».

Вот сейчас приду в свою новую шикарную комнату, выковыряю клубничку из-за пазухи и буду лакомиться. Но планам моим было не суждено сбыться. Роман Любомирович заступил дорогу и приказал, состроив зверскую гримасу:

— Снимай рубашку.

Я отступила назад и уперлась спиной в стену.

— Э-э-э, прямо здесь? — М-да, это было самым умным, что мне удалось придумать в экстренной ситуации.

А лицо Романа вдруг расслабилось, стало умиротворенным и каким-то… предвкушающим что ли?

— А знаешь, действительно. Здесь будет неудобно, — заявил директор, плавно приближаясь ко мне.

Я вжалась в стену в ожидании даже не знаю чего, а он протянул руку, провел пальцем по моей груди и облизал его. А потом резко подался вперед, схватил и перекинул меня через плечо. Клубника, конечно же, раздавилась, и я чувствовала, как ее сок сбегает мне на шею. Ну и по директорской рубашке, наверное, тоже, по той, что на нем, а не на мне.

А Роман Любомирович куда-то нес оторопевшую меня и приговаривал:

— А знаешь, мне уже глубоко наплевать на последствия. Я даже уже не боюсь того, что после этого превращусь в безвольную тряпку, в твоего верного раба. С этим, наверное, тоже можно как-то разобраться. Сейчас для меня нет ничего важнее… закрытия источника.

Так он меня источник закрывать несет! Вау! Стоп, а почему он после этого моим рабом должен стать? Так это и есть его проклятие! Я в проклятиях не сильна, но что-то такое слышала. Вроде у бабушки была клиентка, у которой муж что-то подобное от брошенной любовницы получил. Муж-то в семью вернулся, а супружеский долг исполнять наотрез отказывался, не желая становиться слюнявым идиотом.

Роман принес меня в спальню, бросил на кровать и принялся снимать с себя испачканную в клубничном соке рубашку.

— Стоп! — рявкнула я. — Не смей, мне тоже не нужен слюнявый идиот! И как же шарага? В смысле, училище, вы же тут главный.

— Был я, станешь ты, — прорычал директор и, не мучаясь с пуговицами, стянул рубашку через голову.

А вот когда он потянулся к своему 'BOSS'у, я реально начала паниковать.

— Роман Любомирович, не надо, а? — канючила я, отползая на четвереньках к другому краю кровати.

Доползла. Только собралась слезть на пол, как меня схватили за ногу и бесцеремонно подтащили обратно.

— А по-моему, нам обоим это очень надо, — прошептал мне прямо на ухо, лежащей поперек кровати на животе.

— Ма-ма, — пробурчала я в покрывало.

По спине и ее нижней части пробежались едва