Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

Аделаида не верила в перевоспитание Лидии. И подозревала, что Гардвейг будет только рад сложившейся ситуации.

А значит – будет доволен и его шут. Но на всякий случай… надо бы посмотреть…

Принцесса – существо востребованное. Неужели не нашлось ни одного охотника?

Вот если добыть компромат – и Альтрес оценит, и вообще – лучше приходить не с пустыми руками…

И Аделаида задумалась.

Простите – любовник?

Это не бесплотный дух. Это живой человек, который оставляет следы, на которого нужно время… и Аделаида принялась наблюдать.

Первые дни ее откровенно разочаровали.

Лидия ходила:

– в свои покои;

– в библиотеку;

– к королю и казначею;

– в храм молиться и исповедаться.

Что касается своих покоев – согласно старому обычаю покои королевской семьи представляли собой анфиладу комнат. В чем-то и правильно. Если спасаться – есть возможность добраться до наследника и уйти через потайной ход всем вместе.

Это – плюс.

В минус идет то, что любовника не попринимаешь. В любой момент может войти отец, мать, братья, слуги… Слишком ненадежно. Аделаида, не будучи дурой, в очередной визит оглядела покои Лидии – и поняла, что нет. Не попринимаешь.

Засовы слишком ненадежные, на них чихнуть – и отлетит. Да и сами покои – случись что, любовника и спрятать некуда. Словно не девушка живет, а пастер. Из бедных. Такой неприкрытый аскетизм, балдахина над кроватью и то нет, а шторы такие, что моль их жрать побрезгует.

Заберись в покои Лидии вор – заплакал бы и подал на бедность.

Аделаида, конечно, утрировала, но главного это не отменяло. Днем в покоях толкутся слуги, ночью – королевская семья… Нет, она бы не стала так рисковать. А Лидия не глупее. Просто у нее ум не туда ушел.

Библиотека была рассмотрена, но тоже отпала. Во-первых, библиотекарь был лет пятидесяти и похож на высохшую грушу. Во-вторых, она непосредственно примыкала к кабинету Бернарда, и тот часто заходил за манускриптами или требовал что-либо от библиотекаря. Да и кто-нибудь из принцев частенько там гостил. Нет, с точки зрения Аделаиды – это тоже не подходило.

Про короля и казначея – молчим.

И остается у нас только одно – храм.

Аделаида подумала – и принялась усердно сопровождать Лидию, бормоча про свои грехи и их отпущение. А заодно стреляла глазами по сторонам. И усердие ее было вознаграждено. Хотя и не сразу.

Аделаида была неглупа. И замечала то, что другие старались скрыть.

В частности, она заметила, что патер в храме достаточно молод и симпатичен. Каштановые волосы, синие глубокие глаза, ухоженная бородка, ему была к лицу даже зеленая ряса.

А еще Аделаида заметила, что голос Лидии подозрительно подрагивает, когда она смотрит на симпатичного священника.

И исповедуется она подозрительно часто, чуть ли не каждые два дня. И все одному и тому же. А исповедальню выбирает крайнюю.

Аделаида не поленилась навестить ее самостоятельно – и обнаружила, что решетка между двумя комнатушками чисто символическая. И ее даже можно сдвинуть в сторону. Только надо иметь ключ. Но чтобы его не было у патера? Это вы кому другому расскажите.

То есть раз в два дня принцесса имеет возможность на час-полтора уединяться с патером Реймером. Аделаида потерла руки и принялась думать.

Чего она хочет добиться?

Застукать принцессу с поличным? Ну и что дальше?

Награды тут не получишь, скорее огребешь. Бернард рад не будет. Ричард, конечно, предлогу уехать обрадуется, только вот вряд ли это смягчит участь Аделаиды. Поэтому… женщина встретилась с агентом Альтреса Лорта при дворе и передала полученные сведения. А вот как ими распорядиться… А это уже не ее забота. Она свое дело сделала. Теперь – расхлебывайте.

Агент был весьма доволен.

Он тут же отписал начальству и принялся ждать инструкций.

* * *

По результатам вирманского посольства на Лилю посыпались плюшки и пряники.

Доволен был король, который заключил с Вирмой выгодный договор.

Производство соли наладят и там – и тут. Стекло не отдадут, но зато будет договор о сотрудничестве. Вирмане начинают себя свободно чувствовать в Ативерне. Их ждет работа – сопровождать купеческие корабли. И топить пиратов с Лориса.

Взамен Эдоард поставляет продовольствие, закупает шерсть, да и вообще все, что вирмане решат продать. А продать они могут многое. Им дают большую скидку на верфях, да и многое другое. И в том числе вирмане отдельно оговорили, что несколько вирманских детей будут учиться лекарскому делу у графини Иртон. То есть, простите, у Тахира дин Дашшара.

Ну и вообще вирмане скромно намекнули, что если бы не графиня Иртон – фиг бы кто их сюда затащил. Эдоард проникся – и по итогам переговоров Лиля получила свое разрешение на открытие клиники.

И король даже пообещал финансирование. Небольшое. Из тех процентов, которые казна получит от торгового дома Мариэль.

А заодно…

Лилиан тоже прониклась благодарностью к короне. Потому как к ней явилась выяснять отношения делегация докторусов.

Да, им весьма не понравилась Лилина инициатива. А уж как им не понравилось то, что по столице неслись вести…

Докторус Крейби – шарлатан. И учат в гильдии одних шарлатанов. И отравителей. Это первое.

Графиня Лилиан Иртон пригласила гениального лекаря из Ханганата. И он будет обучать для нее лекарей. И ее саму тоже. А когда они обучатся… Он и сейчас помогает больше, чем разные дураки из родной гильдии.

Маркизу Ивельен спасли, помогли разродиться близнецами. Хотя повитуха потеряла надежду.

А докторусы там вообще ничем не помогли. Сидели, ждали… интересно чего? Альдоная?

Графиня Марвел начала появляться в свете намного чаще. И вообще – если кто-то хочет проконсультироваться с Тахиром дин Дашшаром – он не особенно против. Да и графиня тоже. Разумеется, гильдии это не понравилось. И к Лилиан Иртон явилась целая процессия из семи длиннобородых докторусов в форменных голубых туниках.

Пришлось принять.

Наезд был построен по всем правилам.

Сначала поклоны.

Потом легонькое возмущение, мол, Тахир не является членом гильдии и его практика не особенно законна.

А если на него нажаловаться короне, то и вообще… Его величество не будет попирать свои законы. Гильдия докторусов почетна и подобные слухи роняют ее репутацию…

Все сводилось к чрезвычайно вежливому ультиматуму.

Либо Тахир вступает в гильдию и отсюда все вытекающие.

Либо… начинаются проблемы. Уж насколько гильдия сможет их доставить. А она – сможет. Болеют все. От золотарей до альдонов. А во время болезни люди склонны прислушиваться к словам докторуса вдвое сильнее.