Прятки с любовью - Жанна Софт

Таня была в коротком платье и босой, волосы в беспорядке по плечам.

— Все отлично! — сложно было не заметить энтузиазма в ее тоне, — Он такой внимательный любовник! Свет, ты не поверишь, что мы с ним творили. Клянусь, я никогда не стану припоминать тебе эту услугу. Но бриллиант все равно за тобой.

Рассеянно киваю, пытаюсь представить их страстное соитие, тем самым причиняя себе острую боль, словно мазохистка.

— А как все было? Он как отреагировал? Что-нибудь говорил?

Ларина усмехнулась и присев на край моей кровати, махнула рукой.

— Ой, да только вошли в номер, он набросился на меня, как голодный. Я даже ничего предпринять не успела! Причиндал у него, конечно, огромный. Ну, сама, наверное, знаешь.

Едва сдержала брезгливую гримасу. Мне не нравилось, что говорит Таня, и как она это говорит. А я ведь такая же.

— Ну, разжечь аппетит ты умеешь, — с ноткой лести замечаю, прекрасно зная, как она это любит, — Важно, чтобы он увлекся тобой всерьез, смекаешь?

Ларина снова машет в мою сторону, как нерадивому ребенку.

— Много ты понимаешь в симпатии, я отшлифовала его так, что ноги подогнулись! — она вульгарно рассмеялась, я недоуменно свела брови к переносице.

«Ноги? Или все же нога? Он что, брюк не снимал?» — хватаюсь за последние соломинки надежды, не в силах поверить в то, что сама отдала дорогого мне человека этой…

Таня продолжала рассказ, полный вульгарных подробностей, а я все терялась в догадках о том, было что-то все же или нет?

И если все было, как рассказывает гадко Татьяна, как она могла не заметить его протез? Смотрю на Ларину и думаю, что должно быть, мне стоило искать получше напарницу. С каждым словом доверие к ней пропадало.

— Ладно, мне пора, — встаю, обрывая ее рассказ, — Меня Дима ждет.

— Да, мне тоже. Мы с Марком решили прогуляться.

Я натянуто улыбаюсь Таньке, но очень хочется вцепиться в ее довольную рожу. Выходим из бунгало вместе, Таня идет в сторону своего, а оттуда показывается Марк. В розовом свете заката вглядываюсь в его лицо, пытаясь понять его эмоции.

Солнечный тоже смотрит на меня. Прямо, открыто. Не испытывая ни капли стыда.

Таня приближается к нему и жадно целует в губы, я брезгливо отворачиваюсь. Внутри все сжимается, лишая возможности дышать.

— Ты уже готова? — Дима лениво выходит из бунгало, в светлом костюме и предлагает мне локоть, — Идем.

Я пытаюсь сделать вдох и не смотреть. Улыбаюсь и киваю Нагольскому, после чего мы чинно двигаемся в сторону пирса-ресторана. К вечеру ветер с моря становится более прохладным, и мои оголенные плечи покрываются мурашками.

Дима галантно накидывает на меня свой пиджак.

Дмитрий

Она задумчива и молчалива. Что ж, я должен был гарантировать себе ее согласие. Конечно, раз она также преследует эту цель — все довольно просто. Если бы не Марк.

Солнечный — то пятое колесо в телеге, что задает свое направление. И я не собирался с этим мириться.

Когда Ларина осталась со мной, со своим нелепым бананом, я догадывался о том, какую именно цель она преследует. Дешевая шлюха надеялась предложить себя мне, недвусмысленно намекнув на то, что Марк и Света — любовники.

Я, конечно, изобразил удивление и недоумение. Но то, с каким хладнокровием «подруга» подставила Самойлову, напомнило мне о реальности.

Люди жестоки. Особенно те, которыми двигает зависть, алчность или похоть.

— И почему вас это совсем не удивляет? — спросила Ларина, глядя на меня своими огромными глазами.

— Потому что Светлана меня уже предупредила о его чувствах, и вас мы пригласили именно для Марка. Чтобы, так сказать, развеять его тоску, — с ехидной улыбкой проговорил я, наслаждаясь изумлением на лице аферистки.

— Я что вам, эскортница какая-то? — фыркает Татьяна надменно.

— Конечно же, нет. Никто не заставляет вас спать с ним. Достаточно просто уделить внимание, составить компанию, завлечь интеллектуальной беседой, понимаете?

Если судить по выражению лица, то она не понимала.

— Безусловно, вы будете вознаграждены за труды, дорогая.

А вот это она понимала.

— Сколько? — если бы Таня была в реальности Диснея, в ее глазах вместо зрачков появились бы значки долларов.

Я назвал сумму, и Ларина выдержала долгую паузу. Хотя мы оба с ней понимали, что она бы отдалась ему и бесплатно. А та сумма, что я предложил куда больше, чем Таня заслуживала, с ее дешевыми трюками.

Татьяна принимает условия сделки, и вот, теперь Марк с этой пиявкой вынужден идти на пляж, а Светлана — явно растеряна, что также было мне на руку.

Выглядела она невероятно. Роскошный закат подкрашивал все вокруг в лиловый. Вышколенный официант в белой рубашке, подвел нас к столику, зажег свечу и оставил одних, как я и просил.

Фоном играла чарующая тропическая музыка, за соседними столиками — никого. Она изучает меню, и, воспользовавшись мгновением, я становлюсь на одно колено, по классике. Женщин всегда это вдохновляет.

Моя первая жена была в восторге.

Светлана, заметив движение, выглядывает из-за меню и удивленно вскидывает брови.

Я тянусь в карман за коробочкой оттенка воды, окружающих нас. Этот цвет уже сам по себе бренд, и Самойлова знает это.

— Дима! — восторженно выдыхает она, когда я открываю крышку, демонстрируя ей кольцо.

— Ты станешь моей женой?

Грани бриллианта играют в лучах заката, сочетаясь с ее колье и алчным блеском глаз. Конечно, станет.

Женщины падки на красивые слова, деньги и дорогие подарки, и сами загоняют себя в ловушку.

Она даже слезу выдавила! Вот уж у кого актерская игра на высоте!

Светлана спешно кивает и обнимает меня. Совсем как тогда, с платьем. Я целую ее в ответ, нежно, сладко.

— Это «да»? — уточняю весело, желая разрядить обстановку.

Женщина спешно кивает, а я достаю кольцо и надеваю на ее палец. Размер подобрал идеально, между прочим.

— Ну что, будущая госпожа Нагольская, — усыпляю ее бдительность лестью, — выпьем шампанского? К блеску бриллиантов не хватает блеска твоих глаз.

Марк

Я шел по пляжу, Таня висела на моем локте. Признаться, уже порядком от нее устал. Нет, конечно, те безумные пятнадцать минут, что она провела возле меня на коленях, очень помогли. Правда, она явно желала продолжения, но я сослался на дела и спешно ретировался. Но блин, не прятаться же мне от нее все две недели?

— О чем думаешь?

Голос Закорюкиной врывается в мои мысли, и я с ужасом ловлю себя на думаю, что, наверное, как-то так реагируешь на надоедливую жену, спустя долгие годы брака.

— Ни о