Злобный рыцарь - Мария Александровна Барышева

— А-а, — небрежно бросил Георгий, — это дорожник. Не обращай на него внимания. Флинты ему неинтересны — только их машины, а у твоей машины нет. Так-то они безвредные, если их не раздражать — просто очень странные.

— Дорожник?

— Ну да. В доме домовик живет, на дороге дорожник. Дух дороги. У каждой дороги есть свои духи. Они вроде санитаров — согнанными порождениями питаются. Вот помнишь вчерашнюю падалку в ванной? Вполне возможно, что она как удрала, могла дорожнику попасться. Кстати, дорожники и домовики друг друга терпеть не могут.

Костя вновь понял, что ничего не понимает. Несмотря на то, что по словам Георгия его персоне могли грозить всякие невероятные опасности, он не мог оторвать глаз от медленно удаляющегося лохматого существа. Дорожник, несмотря на огромные щенячьи глаза, не выглядел таким уж безобидным. Но выглядел совершенно невероятным. И пока Костя смотрел на него, дорожник, словно для того чтобы усилить эффект произведенного впечатления, подпрыгнул и, ловко перебирая конечностями, словно катясь, преодолел несколько метров — прямо навстречу мчащейся на него "БМВ". Костя невольно зажмурился, ожидая удара, но удара так и не услышал. Открыв глаза, он увидел проезжающую мимо машину, и совершенно невредимого дорожника, который, уцепившись двумя лохматыми щупальцами за ее задний бампер, с громким восторженным урчанием летел за ней по воздуху, и его свободные щупальца лихо трепетали на ветру. Теперь дорожник походил на волосатого воздушного змея. Хранитель водителя, высунувшись в окошко, сердито кричал:

— Кыш-брысь отсюда! Отцепись!

— Автомобили совсем дорожников испортили, — заметил Георгий. — Теперь только и знают, что кататься!

— Мне казалось, — Костя проводил взглядом машину вместе с развевающимся за ней дорожником, — что духи выглядят... погуманоидней.

— Какие дороги, такие и духи! — буркнул наставник, затягиваясь сигаретой. — Я сказал, шагу прибавь! За флинтом смотри! И оружие не потеряй! Ты учти, сынок, я с тобой только до твоей остановки, дальше будешь сам разбираться!.. Осторожней!

Денисов, засмотревшийся на хранительницу в парео, ехавшую на плече своей персоны с противоположной стороны дороги, отскочил в самый последний момент, чуть не врезавшись в здоровенного бородатого хранителя, который вышагивал рядом со своей персоной — плешивым старичком желчного вида. Хранитель был облачен в длинный кожаный плащ и выглядел довольно устрашающе, но не он заинтересовал Костю, а разномастная кошачья стая, шествовавшая за старичком и вокруг него. Кошки перебирали лапами величаво и удивительно слаженно, и на Костю все, как одна, посмотрели с откровенным подозрением.

А кошки-то, между прочим, тоже неживые!

Еще хранители?! Что за ерунда?!

— Доброе утро, Жор, — бородач, притормозив, пожал руку Георгию и небрежно глянул на Костю. — Малька дали?

— Ну, — Георгий посмотрел на ученика так, словно только сейчас обнаружил его присутствие. — Что, уволил он Тимофеева?

— Представляешь, нет! — бородач свирепо кивнул на свою персону. — Вторую неделю уж ему талдычу — хоть раз бы услышал! Уж думаю — не...

В этот момент поводок, натянувшись, не дал Косте возможность поучаствовать в диалоге, и он припустил за Лемешевой

своим флинтом

беспрерывно озираясь и держа наготове скалку и поводок, хотя испытывал большое желание спрятать их за спину. Он пытался смотреть на все сразу, но это было невозможно. Тихая спокойная улочка с обычной двухполосной дорогой справа и рядом жилых домов с неряшливыми палисадниками слева — при жизни Костя вообще не углядел бы в ней вообще ничего интересного — но сейчас даже здесь он чуть ли ни каждую секунду изумленно приоткрывал рот. Хранители, еще хранители — хранители повсюду, и многие из них вовсе не выглядели такими уж сосредоточенными на своих флинтах, во всяком случае, они явно не дышали в затылки своим персонам. Юная особа в легкомысленной ночной рубашке в одиночестве сидела на балконных перилах и болтала ногами над палисадником. Какой-то парень, пристроившись на тонкой ветке у самой верхушки акации, сонно обзирал окрестности. Мужичок в спортивном костюме бежал по троллейбусной линии так беспечно, словно под его ногами была широкая дорожка, и прыгал с провода на провод с ловкостью, о которой самый искусный эквилибрист мог бы только мечтать. Хранитель, чей наряд в точности воспроизводил рабочий костюм Индианы Джонса, нервной походкой шел рядом с мальчишкой лет десяти, беспрестанно озираясь и то и дело суя мальчишке под нос сжатый кулак, которого тот, разумеется, не замечал. Две женщины средних лет яростно препирались посреди тротуара, а рядом их хранительницы в шикарных вечерних платьях азартно таскали друг друга за волосы. Проехал пассажирский автобус, на крыше которого с обыденным видом восседало с полтора десятка человек, а в противоположную сторону прокатила "Волга", на капоте которой в позе "лотоса" невозмутимо сидела барышня в открытом купальнике с золотистыми цепочками вместо бретелек и широкими браслетами на запястьях. Наряд же другой барышни, уютно устроившейся на плече прошмыгнувшего мимо Кости индивидуума, состоял только из ножных браслетов и кольчужных плавок. Барышня Денисову дерзко подмигнула и сказала:

— Челюсть потеряешь, малек!

Ответить Костя не успел — "поводок" натянулся, и он, ругнувшись, кинулся за Аней. К счастью, та почти сразу же остановилась у сигаретного ларька, и Костя смог осматриваться без помех. Его взгляд сразу же упал на молодого взъерошенного хранителя в джинсах и майке, который, бормоча ругательства, колотил самой обычной разделочной доской с ручкой какое-то бесформенное крылатое существо размером с кошку. Существо извивалось и затухающе верещало, подергиваясь сизым дымом, густеющим с каждым ударом доски. Двое хранителей, сидевших на плечах своих персон, разговаривавших неподалеку, смотрели на происходящее с праздным интересом, а в метре от места действия стоял паренек и самозабвенно болтал по сотовому. Костя сделал вывод, что паренек — персона хранителя с доской, и не смог удержаться от вопроса:

— А что это ты делаешь?

— Отвали! — невежливо отозвался хранитель, не прекращая избиения.

Костя, при жизни уже приложивший бы ответившего за такую дерзость, при смерти решил пока не обижаться.

— Так это... может помочь?

Он удостоился короткого удивленного взгляда, после чего хранитель вернулся к своему занятию.

— Новенький, что ли? Занимайся своими делами!

— Мое дело все равно за сигаретами стоит.

Хранитель, не ответив, еще раз припечатал существо доской, и то полностью окуталось дымом. Раздался громкий хлюпающий звук, дым стремительно втянулся в асфальт, и хранитель встал, удовлетворенно глядя на опустевший тротуар.

— Падалка? — осторожно поинтересовался Костя, невольно крепче сжимая в пальцах скалку. Хранитель глянул на него не без презрения.

— Ты что — падалку от мрачняги отличить не можешь?!

— Нет, — честно ответил Денисов, — я первый день. А что такое...

— Вы посмотрите — вместо того, чтоб за флинтом глядеть, он уже языком чешет! — воскликнул Георгий,