Обман - Наталия Джастер

— Я принцесса, — отрезала она. — Я не могу позволить себе быть собой.

— В таком случае, ты могла бы проявить фантазию и превратиться в единорога. Все любят единорогов.

— Моя очередь, — объявила она, поворачиваясь ко мне лицом. — Сколько тебе лет?

— Распутный двадцать один сегодня вечером и провокационный двадцать два в перспективе. Что более привлекательно? Выбирай.

— Кто был твоим учителем?

— Считай меня вундеркиндом.

— А как насчет твоей речи? Кто тебя обучал?

Я уклонился и от этого:

— Я сам научился говорить как патриций. Это больше вопросов, чем я получил, Высочество.

— Откуда ты родом?

Я прислонился к дереву:

— Ты уж прости меня, если я останусь загадкой, Сладкая Колючка. Не то чтобы я был из тех, кто вечно мрачен — такие мужчины скучны. Загадочность, как правило, это компенсирует. К тому же, это сексуальнее. Другими словами, моя история в остальном не впечатляет, а я предпочитаю производить впечатление.

Она поморщилась:

— За чужой счет.

Великолепно. Мы снова вернулись к критике моих методов.

Я фыркнул, глядя на ветви с бахромой из листьев:

— Верно, я делаю мишенью фанатиков, высмеиваю лицемеров и словесно уничтожаю нетерпимых мудаков этого двора. Что касается остальных, придворные развлекаются. Я привожу справедливые аргументы и смягчаю удар юмором, и это приносит определенную долю понимания — готовность переоценить определенные взгляды.

— Разве это не благородное достижение? Разве это не те самые принципы, которые ты так глубоко ценишь? Мое ремесло — знать, что люди должны услышать, с чем они могут справиться. — Я посмотрел на нее. — Как я уже говорил, я шут. Я вижу все.

К сожалению, принцесса перестала слушать. Ее лицо побледнело, а глаза расширились, уставившись на точку позади меня.

Она указала пальцем:

— Ты это видишь?

Раздраженный, я развернулся. Когда я это сделал, дикое рычание разорвало тишину леса. Мои суставы заклинило при виде когтей, обнаженных клыков и пары плотоядных желтых глаз.

Ох. Блядь.

10

Поэт

Позвольте мне объяснить, с чем мы столкнулись. Это был линикс. Хищная лесная кошка была родом из Весны, обладала смертоносной грацией пантеры и клыками, порожденными самим адом. У нее был бездонный аппетит и бесподобная ловкость, против которой у моих рефлексов не было ни единого шанса.

Короче говоря, я встретил достойного противника. Я бы воспользовался этой возможностью — встречи с ними были редкостью, — чтобы понаблюдать за движениями нашего хищника, если бы он не планировал растерзать нас на куски.

И так началась жестокая игра…

Кошка сверкнула клыками и зашипела, и этот звук царапнул ночную тишину. Серая шерсть встала дыбом вдоль позвоночника существа, когда оно присело на задние лапы, горя желанием сорваться с невидимых пружин под своими лапами.

Размеренными шагами я заслонил собой принцессу. Мое тело укрыло ее от линикса, пока моя рука легла на рукоять клинка. Я встретился взглядом с животным и понизил голос до шепота:

— Ваше Высочество. Если вы повернете назад, то окажетесь лицом на запад.

Спустя секунду, осознав это указание, Бриар судорожно вдохнула.

— Нет, — прохрипела она. — Ты, должно быть, шутишь.

— В ту же секунду, как я щелкну пальцами, я буду занят развлечением нашего многоуважаемого гостя. Пока это будет происходить, вы обратитесь в бегство. И я имею в виду именно бегство. Идите по той проторенной тропе, по которой мы пришли, а когда найдете охотничий капкан, забирайте на северо-запад, пока не выйдете на узкую дорожку, параллельную главной дороге. Она укроет вас от ночных гуляк и прочих разносортных мудаков, а заодно выведет к дому.

— Поэт, нет.

Хотя следующие несколько минут обещали быть болезненными, я насладился тем, как мое имя дрогнуло на ее губах.

— Не приводи подмогу. Если ты это сделаешь, я буду презирать тебя за это. Поверь, мое презрение будет легендарным.

Она не поймет этого, и она не собиралась подчиняться, но я должен был попытаться. Надеюсь, несмотря на любой урон, который нанесет мне эта киска, я все еще смогу проползти отсюда еще с милю или около того. Я не хотел находиться нигде поблизости от этого места, когда прибудет кавалерия. Оно было слишком близко к тому, что имело для меня наибольшее значение.

Я представил себе маленькую пару глаз, зеленее моих. Довольно скоро эти глаза выглянут в окно и загорятся. Они будут ждать моего появления, не зная, что я не приду.

Мои кулаки сжались. Плечи напряглись.

Линикс заметил нас задолго до того, как мы заметили его. И все же я удерживал взгляд существа.

Обхитри меня, и я обхитрю тебя в ответ.

Ничто из этого не означало, что мне не было страшно. Я оцепенел до мозга костей, но при этом я был раздражен. Мне было ради чего жить, чтобы терпеть это лошадиное дерьмо.

Я склонил голову перед прекрасным кошачьим экземпляром, а затем щелкнул пальцами, чтобы удержать его внимание. Мгновение разлетелось вдребезги, как осколки стекла — внезапно и взрывообразно.

Кошка бросилась на меня с диким рыком, ее когти хлестнули по воздуху. Я нырнул с пути линикса, перекатился по земле и вскочил на ноги, одновременно выхватывая клинок.

Животное снова полетело на меня, словно жидкий серый луч.

Оно ударило. Я пригнулся.

Оно прыгнуло. Я крутнулся.

Оно бросилось в погоню. Я побежал к дереву, уперся ногой в ствол и крутанул сальто назад прямо над головой существа. Кошка все еще скребла когтями кору, когда я приземлился позади нее и воспользовался моментом, нанеся удар клинком и распоров ей заднюю лапу.

Багрянец брызнул из раны и окропил мою одежду. Животное взвыло и развернулось, плашмя ударив лапой по моему запястью. Ее когти не задели мою плоть, но сила удара едва не вырвала мне руку из сустава, и от этого столкновения оружие вылетело из моей хватки. Клинок сверкнул и катапультировался в темноту.

Свист прорезал лес, этот пронзительный звук отвлек кошку. В то же время я развернулся и начал кружить вокруг существа, дезориентируя животное и уклоняясь от серии разъяренных ударов.

Еще один свист. Камешки застучали по черепу линикса, что сопровождалось женским:

— Эй!

Клокочущее от ярости животное развернулось в прыжке и обнажило клыки. Инстинктивно оно ударило лапой по шерстяной юбке цвета красного дерева, но принцесса успела вонзить свой копытный крючок