Подонки «Запретный пульс» - Кейт Блейз

Он обернулся к Хантеру, который стоял в тени, скрестив руки на груди.

— Мы обещали Джейсону всё убрать. Займись этим.

Хантер кивнул, хлопнул по плечу Нокса, и они бесшумно скользнули в темноту.

Рид повёл Джесс к выходу. Она шла медленно, спотыкаясь, он её не поддерживал — она должна была справиться сама. Они прошли через коридор, мимо разбитых зеркал, мимо комнаты, где всё ещё пахло кровью и железом, и вышли в фойе — туда, где Джесс когда-то стояла счастливая и ничего не подозревала.

Джейсон уже ждал их. Он стоял у стены, прислонившись плечом к бетону, и крутил в руках ключи от здания. Увидев Джесс, он ухмыльнулся.

— О, а вот и наша звёздочка! Ну как тебе квест? Понравилось?

Джесс рванула к ним, замахнулась, но её руки дрожали, и удар вышел слабым, почти жалким. Он легко перехватил её запястье и рассмеялся.

— Ты урод! Псих! Больной ублюдок! — крикнула она, пытаясь вырваться.

— Сама виновата, — ответил Джейсон, не переставая улыбаться. — Нечего было связываться с такими людьми. К тому же ты жива, а могла бы и нет.

Он окинул её взглядом — снизу вверх, оценивающе. — Да и вообще, истерика тебе не идёт.

Рид шагнул вперёд, взял Джесс за плечо и мягко, но твёрдо отстранил от Джейсона.

— Хватит. Пойдём.

Она вырвалась, хотела что-то сказать, но посмотрела на Рида и замолчала. Только вытерла лицо рукавом и пошла к выходу, не оглядываясь.

Рид кивнул Джейсону:

— Всё чисто. Завтра приедет бригада, уберут.

— Без проблем, — Джейсон пожал плечами. — Заходите ещё.

Рид не ответил. Он догнал Джесс и вышел следом.

На улице было холодно. Сырой ночной воздух ударил в лицо, и Джесс судорожно вдохнула, сжимая кулаки.

— Что теперь? — спросила она, не глядя на него.

— Теперь ты едешь домой, приводишь себя в порядок и делаешь вид, что ничего не случилось, — сказал Рид. — Завтра утром ты позавтракаешь с моим отцом, улыбнёшься и будешь милой девочкой. А я подготовлю почву.

— А если мать узнает?

— Не узнает, если ты не расскажешь. А ты не расскажешь, — он посмотрел на неё в упор. — Потому что теперь ты работаешь на меня.

Джесс кивнула.

Рид открыл дверцу своей машины и указал ей на пассажирское сиденье.

— Садись. Отвезу домой.

Она села и пристегнулась. Рид завёл двигатель, и машина бесшумно выехала с парковки, оставляя за спиной тёмное здание, где только что закончилась самая страшная игра в её жизни.

Джесс смотрела в окно на убегающие назад огни промзоны и думала о том, что теперь её жизнь никогда не будет прежней. Но, странное дело, она не чувствовала страха — только холодную, пустую решимость.

Я всё исправлю и освобожусь, — пообещала она себе.

Глава 25. Улики

Лофт Кейна встретил Рида тишиной и холодом панорамных окон. Он сидел на диване, сжимая в пальцах остывшую чашку кофе, которую так и не допил. Внутри всё кипело — осталось пять дней, а доказательств всё ещё не хватало для решающего удара.

В дверь постучали — три коротких удара, условленный сигнал. Рид впустил Фэйт.

Она выглядела измождённой: под глазами залегли тени, рыжие кудри растрепались от долгой дороги, но в руке она держала кожаную папку, толстую, набитую бумагами.

— У меня есть всё, — сказала Фэйт, проходя внутрь без приглашения. — И даже больше.

Она сбросила куртку на спинку стула, села напротив и раскрыла папку. Стопка документов, фотографий, распечаток легла между ними.

— Твои рыжие патлы напоминают мне одуванчик после урагана, — заметил Рид, кивнув на её кудри. Он протянул руку и медленно накрутил одну прядь на указательный палец, задержавшись на мгновение. Жест вышел почти эротичным, провокационным. Фэйт подняла на него усталый взгляд, заметила игру, но лишь спокойно взяла его за запястье и мягко, но твёрдо опустила руку, освобождая волосы.

— Долго тряслась в своей консервной банке?

— Очень смешно, — Фэйт, склонившись над бумагами, разбирала их. Голос её оставался ровным, без тени привычной колкости. — Если ты закончил с шутками, я хочу выпить и лечь спать.

— Тебе постелить рядом со мной? — спросил Рид, криво усмехнувшись.

Фэйт закатила глаза и, отведя взгляд, легонько ткнула его кулаком в плечо.

Она разложила свидетельства о смерти всех трёх мужей веером.

— Все три смерти оформлены как естественные причины. Но я нашла врача, который подписал последнее заключение. Он взял взятку, и у меня есть доказательства.

Рид взял один из листов, пробежал глазами.

— Этого достаточно?

— Пока нет. Но это кусочек мозаики. — Фэйт достала ещё одну бумагу. — Показания домработницы, которая видела, как Вероника выливала что-то в бутылку с соком за месяц до смерти второго мужа. Женщина тогда проигнорировала этот факт, а теперь согласилась дать показания.

Рид хмыкнул.

— И как ты её уговорила? Пригрозила, что натравишь на неё свои рыжие кудри?

Фэйт подняла на него усталый взгляд, но промолчала — только провела рукой по лицу, прогоняя сонливость.

— Ты сегодня в ударе, Блэквуд. Просто слушай дальше.

Она перелистнула страницу.

— Страховки. После смерти каждого мужа Вероника получала выплаты по страхованию жизни. С каждым браком суммы росли — от копеек после Марка до почти миллиона после Ричарда и двух миллионов после Пола. Она быстро распродавала их имущество: машины, дома, бизнес — и переезжала в другой штат. Уходила от вопросов, начинала всё с чистого листа.

— И все сочли это нормальным?

— А кто бы проверял? Вдова, скорбящая супруга, всё оформлено по закону. — Фэйт усмехнулась. — Самое интересное: после смерти Ричарда Харриса она