Волчья страсть. Красная Шапочка по неволе - Ева Тайга

общем-то. Ты притаскивал их сюда, создавал видимость заботы и любви, чтоб тебе отдавались, а потом просто выкидывал на улицу! Я повелась на твою доброту, а ты, оказывается, методично делал из меня шлюшку для своей коллекции? Каждая из них ждала тебя, веря, что ты любишь, что настроен серьёзно. Но они и не догадывались, что ты, возможно, уже ищешь новую! Они не знали, что ты и в половину не влюблён, как…

— Да знали они всё!

Эрик слушал меня молча ровно до этого момента, хоть и каждое слово отзывалось на его лице пощёчиной.

От неожиданности я замерла на пару секунд.

— О чём ты?

Волк, вдруг, вполне искренне удивился:

— А ты хочешь, наконец, мою версию послушать? Не знал. Так выглядит, словно ты уже насчёт меня сделала выводы.

— Хотя бы скажи сколько их было? Как много?

— Их было три. В итоге четыре, если считать тебя. Но что ты ждёшь от меня сейчас, если уже всё решила?

Внутри снова поднялась непреодолимая волна желания съездить по невозмутимой физиономии, но тут же возникло чувство стыда.

Заставляю его тут как мальчика отчитываться, а на деле может вообще всё не так?

— Я жду, что ты расскажешь мне всю правду. Как есть.

— Хорошо.

Эрик вдруг совершенно спокойно согласился. Потрогал пальцем наливающийся на скуле синяк и принялся рассказывать.

А я всё никак не могла отвести взгляд от следа своей ладони на его лице. Почему-то было больно самой и моё лицо горело так, словно ударили меня.

— Я работал удалённо и через интернет искал какие-нибудь источники информации о своей второй ипостаси. Поиски не были безрезультатными и мне даже удалось найти людей, которые были потомками живших когда-то перевёртышей. Волков найти не удалось, но были совы, тигры, медведи и… Лиса.

Некоторые из них очень хотели со мной познакомиться. Первой была девушка, бабушка которой перекидывалась в медведицу. Как я понял, проклятье исчезает само собой через какое-то количество поколений. Но большинство из тех, с кем я общался, называли это… Даром.

— Она была первой? Первой девушкой, что приехала к тебе сюда? — я не удержалась и перебила мужчину. Всё, что он говорил, заново переворачивало во мне, казалось бы, устоявшуюся картину.

Эрик кивнул.

— Очень мило, что зверь тебе не потрудился об этом рассказать. А я знаю почему. Он презирал их, полукровок этих. Считал их неполноценными, недостойными его общества. Мы пробовали наладить его контакт с Мильгардой, как звали первую. Ну, он в прямом смысле повернулся к ней задом и свалил. Она не обижалась. Мы вдвоём изучали веды, древние письмена, нам было интересно вместе, но я сразу предупредил, что знаю о своей природе и о том, что истинность присуща мне по крови. У отца волчий ген в этом отношении проявился очень слабо, а мне вот влюбиться было никак. Тепло, дружба, благодарность, но не любовь. Я как каменный был. Не мог это почувствовать. До тебя…

И он с недвусмысленным выражением лица посмотрел на меня, но я покачала головой.

— Давай дальше. Не съезжай с темы.

Эрик вздохнул и покорно продолжил:

— Я ей сразу сказал, что если у неё возникнут чувства, то со мной ничего не выйдет. Плюс, век мой недолог. Мы всё обсудили и решили, что просто проведём время хорошо. Она влюблялась, но абсолютно точно знала, что я не отвечу взаимностью.

Мужчина странно закашлялся и схватился за глаз.

Я, совсем забыв, как сильно на него кричала, подсела ближе, кладя руку на плечо.

— Что с тобой?

— Не… Не знаю. Глаз заболел. Посмотри, пожалуйста.

Я взглянула в слезившийся бирюзовый глаз. Ровно на секунду мне показалось, что он пожелтел, но через мгновение всё исчезло. Было только покраснение.

— У тебя капилляр лопнул. Глазные капли нужны.

— Неважно. Компресс сделаю.

Эрик проморгался и продолжил:

— Мильгарда прожила здесь не очень долго. Я был ей безмерно благодарен, мы поддерживали друг друга, общая тайна сплотила нас. Всё было честно. Когда пришло время, то я помог ей собраться и она поехала дальше, на поиски. Мы разошлись полюбовно.

Я задумалась. Из головы не шла рыжая девушка.

— Кто была второй? Тоже перевёртыш?

— Да, в её роду умели превращаться в сов. Девушка по имени Микки нашла меня сама, в первый раз мы встретились в городе. Тогда моя машина была ещё на ходу и я часто приезжал, чтобы сходить в клуб или в кино. С ней было слегка сложнее. Мильгарда часто признавалась, что я ей безумно нравлюсь, но головы она не теряла никогда. А Микки… С ней мы тоже всё обсудили на берегу, но когда она захотела приехать ко мне, то проблемы начались почти сразу. Она не особо верила в само понятие истинности и говорила, что я просто социопат. Микки уехала через месяц, но потом прислала письмо, в котором призналась, что я первый мужчина, не позвавший её замуж сразу после знакомства и поэтому я жутко бесячий тип. Это… Было забавно. Мы ещё какое-то время обменивались шутливыми письмами.

— Это всё очень мило и здорово, но ты сейчас зря время тянешь. Ты не просто так нервничаешь, было что-то ещё. То, за что тебе стыдно. Значит в том, что я узнала, есть доля правды.

Мужчина сложил руки в замок, чтоб перестать ковырять пальцы, а затем набрал в лёгкие побольше воздуха и снова заговорил:

— Они все мне очень помогли. Я бы тут с ума, наверное, сошёл или спился. Я старался скрасить их проживание здесь как можно лучше. Без общения я был ужасен. Пил как рыба, пытался перестать себя ненавидеть за эту двойственную сущность. А в дни, когда я был в этом доме не один… Я был счастлив. Здесь, рядом со мной ещё один живой человек. И всё же желание не быть одному и любовь — совсем разные вещи. Об этом мы и говорили с теми, кто изъявлял желание познакомиться со мной ближе. Естественно, тех, кто спокойно отнёсся ко всему этому, было мало.

Со мной такое было в школе. Красивая девочка призналась мне в чувствах. Мы дружили, ходили вместе на кружки, она мне очень нравилась, но… Я тогда понял, что не знаю даже как примерно это ощущается. Любить.

— Но неужели им не хотелось большего? Это ведь очевидно, какой смысл?

— Мильгарда на такой вопрос смеялась и говорила, что «для здоровья в