21 день - Анна Гром

попытку подкупа. Мои парни уже стояли у крыльца – я видела их широкие спины в чёрной униформе. Хозяин, явно намереваясь трепаться дальше, тоже заметил их. Пыл его, едва разгоревшись, заметно поутих, он побрёл к двери и перевернул табличку. Один из ребят по инструкции остался снаружи, другой сопровождал меня внутри, пока я ходила вдоль и поперёк, отмечая нарушения.

Протокол оказался длинным. Мы редко использовали бумажные носители из-за дороговизны изготовления, поэтому все документы мы заполняли на планшетах. Хозяин заведения без проволочек, обыкновенно ведущих за собой увеличение штрафа, подписал его отпечатком своего пальца. Копию я отправила ему на ближайший цифровой носитель.

С проверкой было покончено. Время близилось к трём часам. Сорок минут на дорогу, а после – совещание, о длительности которого можно было только гадать. Я вышла из бара и заметила топчущуюся возле крыльца девчонку, подозрительно знакомую. Да, она шарахалась поблизости, когда мы только-только подъехали. И да, я уже видела её здесь не более чем неделю назад.

Девчонка тоже меня узнала. Она налетела на меня, словно бешеная, остановившись в паре футов – суровые лица моих охранников внушали ей опасения.

– Это ты встряла тогда?! Никому нахрен не сдалось твоё геройство! – выплюнула она, и я на мгновение стушевалась.

– Они били тебя. – Нет, я не ждала благодарностей, но я не думала, что этот очевидный, казалось бы, факт мне придётся произносить вслух.

– Ничего подобного! Мы собирались развлечься.

– Ты ещё мала для таких развлечений, – сухо отрезала я, но внутри меня медленно поднималась буря протеста. Мне хотелось кричать, но я не имела на это права. Я ей никто…

– Какое кому дело?!

– Твоим родителям, например.

– Им плевать, они спускают бабки в онлайн-казино и постоянно трахаются, чтобы родить ещё и получить ещё пособие! Я бы им просто отсосала и получила бы полсотки!

– Эль!

Парень из булочной напротив перебежал дорогу, на ходу снимая через голову фартук с логотипом местной продуктовой сети. Подбежав к девчонке, он схватил её за плечи и отвёл от меня на пару шагов, легонько встряхнул и что-то быстро-быстро заговорил ей на ухо. Я глядела на эту сцену, словно на быстрой перемотке, в то время как в голове едва ворочались мысли. Чёрт возьми, я помнила тот протокол наизусть, ей было всего четырнадцать лет! Если в тот вечер я не придала этому значения, то сейчас я поняла, чем она здесь промышляет. Как же так вышло, что совсем ещё дети торгуют собственным телом, чтобы выжить?! Где же мы свернули не туда? Девчонка одета неплохо, и, может, я снова слишком глубоко копаю – система здесь не при чём, и этой данной, конкретной семейка требуется вмешательство службы опеки?

– Меня никто не любит, я никому не нужна, – девчонка зарыдала, уткнувшись в плечо юного пекаря, а я всё так же стояла столбом посреди тротуара, не решаясь сесть в машину и уехать. Что я могла сделать для неё? Для себя? И почему именно сейчас, глядя на эту растерянную, слабую и оттого зверски злющую девчонку, я вдруг остро ощутила своё одиночество.

Парень направил её в пекарню, а сам, бесконечно оглядываясь, чтобы убедиться в том, что она действительно дошла до места назначения, подошёл ко мне.

– Филд. Дилан.

Я вспомнила это имя – оно красовалось на бланке заявителя. Я кивнула.

– Хотел её отвадить отсюда, – пряча глаза, произнёс он. Поэтому и заявил, дураку понятно, да только кто он ей? Не брат же. – Пожалуйста, не передавайте в опеку. Я собираюсь уехать. И возьму её с собой. В Детройте-2 возраст согласия пятнадцать лет… Там есть автозавод, там жизнь лучше, там жильё… денег вот только ещё накоплю… Понимаете, я люблю её.

Я смотрела в его лицо. Он был старше неё, но ненамного – если бы я заупрямилась, ему бы светил срок. И не только ему… кто знает, со сколькими спала эта глупая девчонка, искавшая не столько лёгких денег, сколько одобрения и спасения от одиночества. Я терпела насилие в своём браке ради того же самого…

Вздохнув, я потёрла лоб. Почувствовала, как дико устала.

– Не затягивай, Дилан.

Я села в машину и постаралась больше ни о чём не думать в надежде, что они уедут быстрее, чем девчонка сложит свою бедовую голову в ближайшей подворотне. Я не могу помочь всем. Это не в моей компетенции. Но уговоры не помогали, с каждой милей прочь из района я чувствовала себя всё поганее.

Глава 17

Я успела к началу совещания. Иен вернулся полчаса назад, привезя с собой микроавтобус с шумной и встревоженной компанией стажёров. Нам в инспекцию перепали двое – взъерошенный парнишка и собранная, чуть хмурая девчонка с раскосым, азиатским вырезом глаз. Они сидели, словно два воробья, в дальнем конце стола – Максвелл затащил их на совещание. С места в карьер, что ж, вполне разумно.

– Лу Мэй. Дастин Притчер, – представил он их. – Инспектор Флоренс Белл. Старший аналитик Дэмиан Браунинг. Меня вы уже знаете.

Лу Мэй сдержанно улыбнулась – наверняка Максвелл вызвал у неё симпатию. Я хмыкнула под нос – стажёрка ещё не знала, что добрый дядя Иен не даст им спуску. Уилсон отсутствовал, разбирался со «свежим мясом» из Академии, о чём он поспешил оповестить нас в рабочем мессенджере получасом ранее. Дэмиан почти не смотрел в мою сторону, а, чувствуя на себе мой взгляд, опускал глаза в планшет и будто бы делал заметки.

– Я запросил отчёты о поставках спецоборудования в Мёртвую зону за последние шестьдесят дней, – вступил Дэмиан. – Попробуем развернуть схему в обратном направлении…

– О чём речь? – кажется, пока я отсутствовала, появились новости.

– Сегодня днём на полигоне отходов нашли использованную спецугу. Кто-то второпях прикопал её прямо у забора, – ответил Максвелл. – Она используется для выхода в Мёртвую зону, такие комплекты все до единицы должны быть учтены, – он повернулся с Дэмиану. – Надо проверить сроки эксплуатации и сроки списания, лучше вручную. Нагрузи этим стажёров, Левицки там, кто там ещё у тебя есть…, – он неопределённо махнул в сторону опенспейса. – Белл, Мэй и Притчера завтра с собой в рейды, покажи им, что и как у нас делается. Свободны, ребята. А ты останься, – он указал на меня, – обсудим график проверок.

Я перевела взгляд на Дэмиана, когда