Лишняя невеста Волка - Марьяна Снежинская

— Туман способен принимать любые формы здесь, подсказки везде, Лоранс.

Я осторожно ступала, боясь нарушить баланс или что-то сломать.

— Это не может быть реальностью.

— С какой стороны посмотреть, — услышала от Ника. Его тон стал вновь спокойным, мягким, проникающим в каждую мою клеточку. — Родник там. Если готова…

— «Слезы истины», — произнесла я тихо.

— Откуда ты? — начал он и замер.

— Я слышу твоего зверя, — робко улыбнулась.

— Слышишь? — переспросил он, словно посчитав меня врушкой.

— Слышу его мысли. Ему плохо.

— Отчего? — недоверчиво бросил мой спутник.

— Если не боишься, взгляни, — спускаясь к воде, промолвила я.

Ник не решался. Стоял и наблюдал за мной, немой вопрос повис в его глазах.

Но в то мгновение я отчетливо слышала лишь того, кто жил внутри него. Он метался, скулил и пытался вырваться, пробить броню, разорвать толстую цепь, на которой он оказался не по своей воле. Ник его не слышал или игнорировал, а зверь погибал… Медленно, тяжело.

Присев на корточки, я зачерпнула воду ладошкой, умыла лицо, а поверхность пошла кругами. Всматриваясь в центр, я ловила свое отражение. Оно не менялось, к счастью. Я — это я, лишь туман превратился в золотое сияние, едва не ослепив.

Нику пришлось прищуриться, мне тоже.

Он стоял на пригорке и видел все в отражении: меня, с обрезанной золотой нитью на запястье… и своего волка, с завязанными глазами в ржавой клетке.

Глава 28

«Слезы Истины». Не зря так назвали источник.

И, смотря в его воды, я, кажется, понимал всю глубину названия. Не хотел верить в увиденное и спорил со своим сознанием долго после. Спорил до хрипоты и тошноты, не принимая то, что открылось взору.

Это не про меня. Это всего лишь иллюзия.

С моим зверем все в порядке. Он не заточен ни в какие оковы. Он просто затаился. Это не беда. Ему нужна передышка, как и мне, чтобы подумать.

Утешал, может, себя. Пусть. Плевать, если Лоранс так считала.

Я со спокойной душой собирался расстаться с ней. Не бросал на произвол судьбы, даже нашел вариант, где она была бы в безопасности.

В квартире Алекса ей ничего не угрожало!

Еще пару дней назад я знал, что друг мог оказаться в опасности. Потом все стихло, внутренний голос замолчал, я не пытался докричаться. Для меня все фоном стало. Друзья, семья, Лоранс. Был лишь я и Вероника. И внутренний штиль касательно всего остального.

Казалось, я до нервного чеса считал минуты, чтобы увидеться с истинной, а потом как завороженный не мог насмотреться.

— Влюбился, — вторил отец и лишь мама с волнением качала головой, каждый раз видя меня.

— Если тебе что-то потребуется, — наблюдая, как Лоранс собирала небольшую сумку, произнес я: — Сообщи.

— Как? — нахмурила мама брови, стоя рядом в моей комнате. — Она письмо тебе должна прислать?

Похоже, они успели сдружиться, и теперь мама не одобряла решение, к которому я пришел. Но она забывала одну вещь — я ее привел сюда, я и должен проводить. Прятаться вечно не выход, а другого у нас уже нет.

— Не надо, Жозефин, — улыбнулась она ей, — я не пропаду.

— Но у тебя нет ни денег, ни поддержки, — не успокаивалась мама, — а если что случится, — толкнула она меня в бок локтем. — Кто позаботится?

— Я сама о себе смогу.

— Это не дело.

— У меня есть друзья, — пожала плечами Лоранс.

Ага, друзья, один сам всех боялся, другой вообще… не наш!

Человека во мне этот факт немного злил, но границы переходить не собирался. Хочет связываться с Марком? Пожалуйста. Она вольна делать, что пожелала ее душа.

Моя хотела развязаться и утонуть в этой связи с истинной. Я страдал физически без нее, ощущая эту нехватку.

— Ник, ну чего ты молчишь? — мама злилась. Она ждала от меня шага, но я готов был если и сделать его, то только назад.

— Все решено! — произнес твердо, подхватывая сумку Лоранс.

Сегодня пасмурно. Дождь должен был смыть следы и запах. Оставалось лишь ночи дождаться.

И я ждал, поглядывая на часы, считая эти бесконечные минуты.

Лоранс последние мгновения проводила рядом с моей мамой. Они о чем-то беседовали, я даже не сомневался, что та могла рассказать об источнике.

Но еще верил в мудрость последней, потому что не все стоило знать родителям. Особенно моим!

Откинувшись на спинку кресла, я закрыл глаза. Слушать пытался себя, что там Лоранс говорила насчет мыслей? Пусто! Она для меня стена непроницаемая, от земли до небесного купола. Ни перепрыгнуть, ни подслушать что там за ней!

— Я сегодня говорил с Советом, — присел отец напротив меня в гостиной. — Они считают, ты не до конца готов к ритуалу?

— Что? — я едва не вскочил, но его слова похлеще кипятка обожгли. — Как я не готов? Новолуние вскоре. Не вы ли заставили меня…

— Не суетись! — щелкнул пальцами отец, заставляя присмиреть. — Ты паршиво выглядишь. Мать права.

— Нормально я выгляжу. Сегодня даже поел.

— Когда ты последний раз оборачивался? — прожигая взглядом мою переносицу, спросил папа. — Твоя сила заключена в волке. Слаб он — слаб ты. Но какова причина?

— Глупости. Он не слаб, я тем более! — вспыхнул все-таки, как спичка, вскочив на ноги.

— У тебя лицо землистого цвета, — буркнул папа. — Ты не ешь почти, не спишь толком. Ты перестал учиться. Я, может, и не в восторге был изначально, но ты сам уговаривал. Я отпустил, сдался. А теперь хочу понять, что творится!

— Ты сам заключил до этого, что дело в чувствах. Хотя откуда тебе знать! — усмехнулся я. — Мать ты никогда не любил!

— Рот закрой! — разминая шею, прорычал он, желая осадить меня.

— А что так? Правда не по душе. Или зависть?

— Дурак! Я тебе зла не желаю.

— Незаметно! — сжал я ладони в кулаки, чувствуя, как внутри меня яд потек по венам, выжигая там все.

— Не рано ли ты себя посчитал взрослым слишком, а, Ник?

— Ты чего добиваешься, пап?

— Чтобы ты думал сначала, а потом делал! — отчеканил, хотя эти слова стоило бы адресовать ему самому себе.

От осинки не родятся апельсинки. Так чего он думал? Сам напортачил когда-то, а я должен быть правильным. И без того уже сплясал под его дудку, пошел, нашел, осталось только наследника родить. Но с этим вряд должны быть проблемы!

Я в себе уверен был, в Веронике тоже.

— Сделай одолжение — просто отстань от меня и от моего зверя. С нами все в порядке.

— Ну-ну, — бросил он мне в спину.

Лучше побродить по лесу, подставляя