Поцелуй меня, Док! - Девон Этвуд

счастью, я успел договориться с Майклом, чтобы он заехал и привёз переносной УЗИ-сканер. Пока у Рут ещё действовала анестезия, я проверил, не осталось ли внутри инородных тел. Нет — всё было чисто. Майкл также отвёз её анализы в лабораторию. Надеюсь, они подтвердят, что амоксициллин, который я ей капал, подходит. Во всяком случае, судя по состоянию, препараты и капельница помогали.

Было облегчением видеть, как она спит, после того как я наблюдал, как её корёжило от боли. Я нашёл в её шкафу ещё одно флисовое одеяло и, ступая как можно тише по бежевому ковру, вернулся и укрыл её дрожащую фигуру. Жаропонижающее уже начало работать, но внутривенные жидкости всегда охлаждают тело.

Я сел на стул рядом с диваном и, не удержавшись, откинул пушистые волоски с её висков. Провёл взглядом по её чертам, еле заметно улыбаясь. От очков на переносице остались вмятины, губы потрескались от обезвоживания, но она по-прежнему казалась мне невыносимо притягательной.

В кармане зазвонил телефон. Не желая её будить, я поднялся и отошёл на пару шагов на кухню, облокотившись на её жёлтую столешницу.

— Доктор Рид, — отозвался я.

— Привет, это Энни. У нас есть результаты по CRP и CBC. (*CRP (C-reactive protein) — анализ на уровень С-реактивного белка для выявления воспаления в организме, а CBC (Complete Blood Count) — общий анализ крови, оценивающий состояние кроветворной системы (эритроциты, лейкоциты, тромбоциты и др.)

Я взглянул на часы — пять вечера. Довольно быстро.

— Что там?

— Отправила тебе на почту. Повышены лейкоциты и С-реактивный белок, но нейтрофилы — чуть выше нормы.

— А гемоглобин и гематокрит? — спросил я, ставя звонок на громкую связь и открывая почту.

— В пределах нормы.

— Слава богу, — пробормотал я, открывая прикреплённый файл.

— Да… — Энни запнулась. — Слушай, это та самая Рут Колдуэлл, которая устроила тебе то ужасное свидание?

— Ага, — хмыкнул я, бросив взгляд в сторону спальни, хотя она была за стеной. — Это была она в пятницу.

— Боже мой, — в голосе Энни смешались удивление и восторг. — Это же идеально! Ну, кроме того, что она болеет. Но сама история — это же прямо роман! Ты врываешься и спасаешь её, весь такой герой!

— Ладно, ладно, понял. Потом расскажу. Сейчас надо всё закончить и привести её в порядок, прежде чем я поеду дальше.

— Конечно. Что-нибудь нужно?

Я мысленно пробежался по симптомам Рут. Вроде бы всё с собой взял.

— Нет. Ты смогла перенести мои приёмы?

— Почти все. Но одна пациентка отказалась — хочет только тебя. Джеральдина Сэрроу. Жалуется на боли в груди, но уезжать никуда не хочет.

— Джеральдина… — выдохнул я. У неё хроническая изжога, часто маскирующаяся под стенокардию, но лучше всё же проверить. — Ладно. Как закончу с Рут — поеду к ней. Спасибо, Энни.

— Хорошего вечера, доктор Герой. — Она повесила трубку, не дав мне огрызнуться.

— Ни капли уважения, — буркнул я, увеличивая масштаб отчёта Рут. Пробежал его взглядом, убедился, что антибиотик подходит, и вернулся в гостиную.

Я уже успел собрать и убрать все инструменты, поэтому просто снова опустился на стул и повернул его к столику, который притащил сюда из кухни. Кондиционер снова включился, приятно ударив прохладным воздухом в лицо, но проработал не больше полминуты — квартира была слишком маленькой.

Я не знал, в какую аптеку ходит Рут, поэтому достал рецептный блокнот и выписал антибиотик и нормальное обезболивающее. Потом натянул новые перчатки, повернулся к ней и перекрыл зажим на капельнице. Знал, что это её разбудит, но другого варианта не было. Вскрыл спиртовую салфетку и принялся обрабатывать порт на её руке.

Как и ожидалось, она открыла глаза и слабо заморгала.

— Прости, что разбудил, — сказал я, улыбнувшись и дожидаясь, пока спирт высохнет.

— Всё нормально… — пробормотала она, пытаясь сесть. — Я долго спала?

— Около двух часов. Сейчас я отключу капельницу и зафиксирую порт. Хочу, чтобы он остался на случай, если инфекция всё же даст о себе знать. Согласна?

— Да, конечно, — прохрипела она и посмотрела на меня, чуть щурясь от сна. — А ты… То есть, ты…

Она нахмурилась, моргнула, стала шарить по коленям в поисках очков. Нашла, надела их.

— Ты уезжаешь?

Я неохотно кивнул&

— Да. Надо проверить одну пациентку. Можешь попросить Джемму прийти к тебе сегодня вечером?

Я аккуратно снял пластырь. Знал — будет больно.

— Конечно. Она всё равно настаивает.

— Это чувствуется, — честно признался я. Когда потянулся за солевым шприцем, она напряглась. Я взглянул на неё успокаивающе&

— Просто промывание.

— А, — пробормотала она и зачем-то поправила очки. — Поняла.

Я отсоединил основную линию и подключил к порту удлинитель. Медленно надавливая на поршень, сказал:

— Одна пациентка требует, чтобы её осмотрел только я. Поэтому я поеду к ней. А ты не наступай на ногу, ладно?

Зажав трубку, я отклеил шприц, аккуратно свернул трубку и приклеил её к коже.

— Антибиотик, который я тебе ввёл, подействует до утра. Но завтра обязательно купи лекарства, — кивнул в сторону стола. — И начни приём.

— Ладно, — кивнула она, глядя на меня. Прикусила нижнюю губу. Мне безумно захотелось наклониться и освободить её от этого жеста — своими губами.

— Спасибо. Я не знаю, как тут всё работает со страховками, но я завтра позвоню в твою клинику…

— Не звони. Это я виноват, что ты пострадала, — сказал я, собирая упаковки и снимая перчатки. Всё это полетело в красный контейнер — его я потом отвезу на утилизацию. — Я разберусь.

Щёки у неё порозовели.

— Я не могу так, Кэл.

— Рут. Можешь. И расслабься.

Она посмотрела на наши сцепленные руки, потом снова на меня.

— До сих пор не верю, что ты вообще пришёл мне помочь. После того как я сбежала.

— Ой, — скривился я. — «Сбежала» — как-то жёстко. А как же моё эго?

Я отпустил её руки, только чтобы обхватить её за талию. Она поняла, чего я хочу, и потянулась помочь, но я уже аккуратно приподнял её, чтобы она не напрягала колено.

— Я тебя держу, Шортстоп.

Она хмыкнула, поправляя очки.

— Кажется, твоему эго помощь не требуется.

— Возможно, ты права. Я слегка самоуверен.

— Ну, хоть что-то хорошее, — пробормотала она с полуулыбкой.

Я снова задержал взгляд на её губах, серых глазах, мягком изгибе скул, чётком подбородке. Сердце болезненно сжалось от мысли, что было бы, если бы я не успел.

— Да, — тихо согласился я. Потом громче: — Сейчас сниму ещё раз показатели, и оставлю тебя в покое.

— Ура, — пробормотала она, глядя на свои растрёпанные кудри. — Весёленький вид.

— А мне нравится, — улыбнулся я, доставая инфракрасный термометр.

— Спасибо, — пробормотала она, уставившись в колени