Затерянные в метели - Мег Джонс

Кит

Your needs, My needs — Noah Kahan

Не прошло и пяти минут, как Джона прижал меня к столу, ищущими руками, исследующим ртом.

Он был ненасытен во всех отношениях.

Однако на этот раз мы не потрудились зайти в спальню, вместо этого осквернили каждый дюйм кухни и гостиной, пока не выдохлись, лежа, затаив дыхание, перед камином.

Мы лежали на ковре в гостиной, укрывшись одеялом с дивана. На заднем плане ревел огонь, жар обжигал мою обнаженную кожу. Мне было все равно, особенно когда Джона лежал рядом со мной.

— Не засыпай, — пробормотала я, заметив, что его дыхание стало тяжелым.

Он проворчал что-то невнятное в ответ, и я легонько щелкнула его по носу.

Его глаза широко раскрылись, губы сжались.

— Просто немного вздремну, — сказал он. — Мне нужно восстановить силы.

— Мне все еще нужен тот перекус после секса, который ты мне обещала.

— Я думал, мы поели?

— Нет, — засмеялась я. — Я думаю, ты поел. Однако закуской была я.

— О да. — Его ухмылка прогнала все признаки сонливости, а глаза вновь загорелись диким жаром. — Как насчет того, чтобы я перешел к основному блюду?

Джона перекатился на бок, его тело уже опускалось вдоль моего. Мои руки дернули его, цепляясь, чтобы удержать рядом, голод настойчиво урчал в моем животе. Если бы я позволила ему начать снова, я бы ни за что не хотела, чтобы он останавливался.

— Как насчет настоящей еды? — Настаивала я. — Я умираю с голоду.

Его голова опустилась, чтобы дотянуться до моего торса, собираясь поцеловать кожу там. Я прижала руки к его груди, израсходовав на этого мужчину последние силы самообладания.

Я влюблялась в него. Я чувствовала это. Этот прилив крови, непреодолимую потребность, легкость, которую я чувствовала рядом с ним. Прошло всего несколько дней, но я знала, что могу влюбиться в него сильнее, чем в кого-либо другого.

Как все будет после того, как я уеду домой? Когда он вернется в Штаты? Как это будет работать? Или я останусь с осколками моего разбитого сердца, как в прошлые разы? Я отогнала эти мысли прочь, избегая реальности, как и намеревалась делать.

— Ладно, — смягчился он. — Мы не можем допустить, чтобы ты умерла от голода.

Прежде чем я успела осознать, что происходит, Джона подхватил меня и одеяло на руки, прижимая ближе к своему телу, и перенес через гостиную. Тепло камина сменилось теплом его обнаженной груди, прижавшейся к моей, прежде чем он усадил меня на табурет у барной стойки, укрыв одеялом.

Джона прислонился спиной к обеденному столу, натягивая шорты, которые он бросил там, прежде чем вернуться на кухню и открыть холодильник.

— Что бы ты хотела? Сэндвич? Что-нибудь с рождественского ужина? — перечислил он.

— Удиви меня.

Его голова высунулась из-за дверцы холодильника.

— Ты хочешь, чтобы я выбрал?

Я мягко улыбнулась, коснувшись выбившегося локона волос, который торчал под странным углом. — Я доверяю тебе.

Джона повозился еще несколько минут, я наблюдала за его прекрасной задницей, пока он собирал ингредиенты и раскладывал их на барной стойке. Он принялся за работу, намазывая маслом свежий хлеб, который мы купили в пекарне.

Раньше я задавалась вопросом, когда была съедена моя последняя порция углеводов. Раньше считала калории и отслеживала микроэлементы. Больше нет. Не рядом с ним.

— Итак, я думал о...после, — сказал он.

— После ужина? — Спросила я, сбитая с толку. — Я имею в виду, что мы могли бы поесть пораньше. Я не возражаю.

— Нет, не это. — Он покачал головой, внезапно потеряв способность смотреть на меня, сосредоточившись на приготовлении моего перекуса. — После всего.

— О... Точно. — В этом был смысл; рано или поздно это всегда всплывало. Он также хотел знать, что будет дальше. Что будет потом.

До сих пор я пыталась избежать этого, и мне ненадолго удалось добиться этого, приняв решение остаться еще на несколько дней, дав нам больше времени. Но это было всего лишь пустым звуком, и рано или поздно я знала, что мне придется столкнуться с этим лицом к лицу — признать, что быть с Джонахом — именно то, в чем я нуждалась, когда уезжала из Лондона. Не Шотландия и даже не отъезд из города, мне нужен был он.

И все было почти кончено.

— Я знаю, что мне нужно закончить книгу. Я чувствую себя лучше из-за этого, — признался он.

— Это здорово! — Сказала я, искренне радуясь за него. Книга была важна, особенно учитывая приближающийся дедлайн.

Он улыбнулся, опустив взгляд, и нарезал немного сыра, аккуратно положив его поверх хлеба. — Да, то, что кто-то занял мое свободное время на прошлой неделе, действительно помогло.

Я ничего не могла поделать с тем, как сжалось мое сердце при мысли, что я помогла ему так же сильно, как он помог мне.

— Не за что.

— После этого я планировал вернуться домой, — продолжил он. — Может быть, я смог бы остановиться в Лондоне. Мне нужно оформить визу, но там полно теннисных клубов. Я уверен, что мне не составило бы труда найти работу.

— Ты готов сделать это? — Спросила я. — Ради меня?

— Я знаю, что… у нас было мало времени. — Он посмотрел на меня, в его темных глазах был намек на беспокойство. — И я знаю, что строить планы — безумие, но я смотрю на тебя и задаюсь вопросом, как я буду существовать здесь после того, как ты уйдешь. — Честность в его словах, боль в его тоне, у меня перехватило дыхание. — Честно говоря, я боюсь этого.

Тысячи мыслей пронеслись в моей голове, и я не могла озвучить ни одной. Вместо этого, я была пригвождена его взглядом, когда он заговорил снова.

— Так что да, я бы сделал это для тебя. Я бы также сделал это для себя, потому что... — Он помолчал, но я видела, как на его лице появляется мужество, нарастает решимость. — Потому что я думаю, что это того стоит.

Что мы чего-то стоим.

— Я тоже так думаю, — призналась я таким тихим голосом, что едва была уверена, что он меня услышал.

Джона отвел взгляд и вместо этого, слегка подтолкнув костяшками пальцев, мягко пододвинул тарелку ко мне. Я молча взяла сэндвич, осторожно отправляя его в рот. Он опустился напротив меня, облокотившись на стойку.

— Спасибо, — сказала я, прежде чем откусить от сэндвича.

— Для тебя все, что угодно.

Проглотив очередной кусок, я набралась храбрости.

— Давай обсудим все. Потому что, как бы сильно я этого ни хотела, я также хочу, чтобы мы знали, во что ввязываемся.

Джона выпрямился.

— Да, это умно. —