Хозяйка зелий, или Капкан на инквизитора - Татьяна Михаль

И почему в неделе всего семь дней? Мне даже толком подумать и собраться с духом не хватило времени. Вот если бы неделю увеличить на дней так сто…

Короче, неделя пролетела незаметно и как-то слишком уж быстро, словно кто-то магию применил для ускорения времени. Хотя нет, я бы ощутила столь сильные потоки энергии…

— Ох, как же я нервничаю, мя-а-у-а-а-р! — завыл Дуду, запрыгнул на мой стол с котлом, пробирками и баночками и забегал по нему, только чудом не задевая ни один драгоценный предмет. — Разозлится твой инквизитор, как пить дать! Чую я нутром своим, Анита-у! Предчувствие у меня! Плохо будет… Ой, плохо! Да что ж это такое? У меня всё зудит внутри от переживаний, му-а-а-уррр!

— Давай ты не будешь свою нервозность передавать мне, — попросила кота. — Мне самой, знаешь ли, как-то боязно и некомфортно. И я не из-за Виктора и Леаля переживаю. Вообще вся эта затея… Чем быстрее я найду те травки, тем ближе тот день, когда я должна сварить запрещённое зелье. У меня от одной мысли коленки подгибаются. А ещё ты со своим предчувствием…

Я закончила с травой. Уколола свой палец иглой для магических ритуалов и ровно шесть капель моей крови упали на измельчённую траву.

Кровь зашипела, смешиваясь с заговорённой травой. Тут же размешала и полученную массу осторожно отправила в бурлящий котелок.

И по лаборатории моментально потянулся ароматный дымок.

Размешала очень осторожно своё варево и, согласно рецепту, накрыла котёл остроконечной шляпой.

Засекла ровно пять минут и через это время сняла с котла ведьмовской атрибут.

Из посуды пошёл густой зелёный дым, и с каждым мгновением он уплотнялся, поднимаясь к потолку и принимая различные формы.

Дуду остался на столе и гипнотизировал жёлтым взглядом зелёный дымок, который начал сначала медленно, а потом, ускоряясь, закручиваться в спираль.

Само варево перестало булькать и начало быстро-быстро испаряться и формироваться в зелёную тучку.

Аромат этой тучки был густым, почти физически ощутимым.

И когда в котле не осталось ни капли зелёной жижи, я открыла заранее приготовленную кожаную фляжку, в воздухе начертила руническую вязь и заговорила заклинание активации:

Сателль гебо, хасс!

Одааси пак вуньё!

Галь перто, сам хадас райдо!

Спустя несколько мгновений колеблющееся зелёное густое марево втянулось во фляжку.

Когда выпаренное зелье было хорошо законсервировано, я выдохнула и активно повертела из стороны в сторону и даже хрустнула шеей, снимая напряжение, ещё прошептала заклинание, снимающее усталость.

Подписала фляжку, улыбнулась и поставила её в сундук со словами:

— Последняя.

В сундуке уже находилось сорок девять таких же только с разными составами. Подарки эльфам.

— Наконец-то, — махнул хвостом Дуду. — И что дальше, ведьма-у?

— А дальше ждём утра, Дуду, и доверимся Гекате, — пробормотала неуверенно. — Богиня меня не оставит. Надеюсь, путешествие к эльфам пройдёт благополучно… И потом у меня не случится проблем с зельем…

Вздохнула и захлопнула крышку сундука. Повесила на него замок, который заговорила и наложила на него свою ведьмину печать. Никто, кроме меня, не откроет. Слишком редкие зелья в этом сундуке и опасные, если применить не по назначению.

— Мо-ужет, Таро раскинешь? Или оракул активируешь, а-урр? — не спросил, а предложил Дуду.

Я покачала головой.

— Нет. Я не могу тратить энергию ещё и на гадание. И так выдохлась за эту неделю…

— Что-у хочешь говори, но чувство надвигающейся катастрофы не проходит... Я переживаю за тебя-у…

Мой пушистый чёрный друг улёгся на столе и накрыл мордочку лапками. А глаза у него стали грустные-грустные, что я сама расстроилась и, взяв кота на руки, произнесла с печальной улыбкой:

— Не печалься, друг мой. Не пропаду. Инквизитору ведь я нужна, поэтому, думаю, он не позволит пасть мне смертью храбрых.

— Если он тебя не вернёт целую и невредимую, то я ему такое устрою! Начнутся времена охоты на инквизиторов! — угрожающе прошипел Дуду. — И тебя верну с любого света, поняла меня? Мря-а-уррр!

— Звучит опасно, — рассмеялась я. — Идём, защитник мой, перекусим на ночь глядя.

— Я буду гуляш и паштет! — заявил Дуду.

* * *

— Анита Дане —

Раннее утро.

Небо горело вспышками багрянца зарождающегося солнца, а звёзды угасали, вспыхивая напоследок белыми искрами.

Кафе было ещё закрыто, и в принципе на сегодня закрыто по причине прощания со мной на неопределённый срок.

Весь персонал, который был моей опорой и семьёй, сидели и стояли в полнейшем молчании, даже Дуду не находил слов, хотя у кота всегда в запасе были острые словечки.

И нет, молчание напало на домашних не из-за того, что скоро я отправлюсь с инквизитором к эльфам, прихватив (если, конечно, Майкл Аддерли проявит благосклонность) проклятого гейсом северянина и горе-полукровку.

Леаль явился в кафе при полном параде. И когда мы все узрели его во всей красе, то вот тогда-то и потеряли дар речи. Зато ушастый залился соловьём, расплывшись до ушей в довольной улыбке, посчитав, что мы впали в ступор от его неземной красоты:

— Я использовал баночку лунного света, припасённого как раз для такого важного случая – возвращения домой!

От этого его лунного света, который он, не пожалев, вылил на себя от всей души, полуэльф стал настолько бело-прозрачным и сияющим, что сразу и не понять было – живой он ещё или уже призрак.

Причёска Леаля тоже приобрела сногсшибательный вид – чернильно-синяя длинная коса на макушке и вокруг этого островка – абсолютно лысый, белый и сияющий череп!

Ушки обзавелись гигантскими серьгами-кольцами с перьями.

Запястья и щиколотки он тоже украсил – браслеты всех цветов радуги из металла и мелких камушков при каждом шаге эльфа тренькали.

Идеальное лицо Леаль разукрасил так ярко и густо, будто собирался совершить какое-то страшное жертвоприношение.

Из одежды на нём была только набедренная повязка из свежих листьев лопуха.

Ах да, ещё он надел жуткий рюкзак цвета запёкшейся крови с пространственным карманом, куда, наверное, засунул все свои косметические средства и уйму цветастой одежды.

В общем, хорошо, что он прибыл сюда на рассвете, когда все достопочтенные жители города ещё сладко спят, а то увидел бы кто Леаля и тут же отправился бы на свет иной от разрыва сердца.

Ужас ужасный!

Господин Роулз явно почувствовал себя не в своей тарелке в обычной походной одежде, состоящей из коричневых кожаных брюк, простой рубахи, плаща с магической пропиткой