Чашечка кофе, или Я твой десерт - Екатерина Мордвинцева

— У вас есть время до завтра, — кивнул он. — Но помните: чем дольше вы думаете, тем сложнее будет принять решение.

Я поднялась, взяла папку.

— Я дам ответ завтра, — сказала я и вышла.

* * *

Весь день я работала, не поднимая головы. Правки, сверки, звонки в юридический отдел, звонки в финансовый. Я погрузилась в цифры и формулировки, пытаясь заглушить голос в голове, который твердил: «Ты боишься. Ты всегда боишься».

В семь часов вечера я закончила. Сохранила файлы, выключила компьютер, собрала документы. В коридоре было пусто, и я прошла к лифту, не встретив ни души.

Дома я бросила ключи на тумбочку, разулась, прошла на кухню. Налила себе вина — целый бокал, не глядя на количество. Села на подоконник, глядя на вечерний город.

Огни зажигались один за другим, превращая серые дома в мерцающие лабиринты. Где-то там, за этими огнями, был офис «Туманов Групп». Где-то там, на тридцать восьмом этаже, сидел человек, который ждал моего ответа.

Я взяла телефон. Открыла чат с Катей.

«Кать, я сегодня ночую у тебя. Можно?»

Ответ пришёл через минуту.

«Конечно! Что случилось?»

«Расскажу при встрече».

Я надела джинсы, свитер, кроссовки. Взяла ключи, телефон, папку с договором — хотя зачем мне договор у Кати? Просто не могла оставить его дома.

На пороге я остановилась, посмотрела на рюкзак с трекинговыми ботинками. Он всё ещё стоял у двери, напоминая о том, что я потеряла.

— Прощай, — сказала я ему. — Наверное, навсегда.

Я вышла.

* * *

Катя жила в соседнем районе, двадцать минут на машине. Она встретила меня в пижаме, с распущенными волосами, с лицом, на котором было написано беспокойство.

— Ника, что случилось? — спросила она, пропуская меня в квартиру. — Ты выглядишь… как будто войну проиграла.

Я прошла на кухню, села за стол. Катя налила мне чаю, села напротив.

— Рассказывай, — сказала она.

Я молчала. Как рассказать подруге то, что происходило? Как объяснить, что я стою на краю пропасти и должна решить, прыгать или оставаться?

— Кать, — сказала я, и голос дрогнул. — Туманов сделал мне предложение.

— Какое? — Катя напряглась.

— Работать на него напрямую. Консультантом по слиянию с немецкой компанией.

— Это же отлично! — воскликнула Катя. — Ты же мечтала!

— Подожди, — остановила я её. — Это не всё.

Я рассказала ей про условия. Про полную доступность. Про поздние встречи. Про то, что он сказал: «Это не только работа».

Катя слушала, не перебивая. Когда я закончила, она молчала долго, глядя на меня.

— Ты что, спишь с ним? — спросила она наконец.

Я не ответила. Но мое молчание было красноречивее любых слов.

— Боже, Ника, — Катя закрыла лицо руками. — Ты спишь с Тумановым.

— Это было один раз, — сказала я. — В субботу. Когда я привозила договор.

— И теперь он предлагает тебе работу, которая требует «полной доступности», — Катя опустила руки, посмотрела на меня. — Ты понимаешь, что это значит?

— Понимаю, — кивнула я. — Он хочет, чтобы я была рядом. Всегда.

— И ты думаешь, соглашаться или нет?

— Я не знаю, Кать. Я боюсь.

— Чего? Его?

— Себя, — сказала я, и это слово вырвалось само собой.

Катя замолчала. Я смотрела на неё и чувствовала, как внутри меня нарастает что-то, чему я не давала выхода.

— Я боюсь, что соглашусь, — сказала я. — Боюсь, что потеряю себя. Что стану его. Не только на работе. Во всём.

— А если откажешься?

— Тогда я потеряю всё, что строила три года. Карьеру. Репутацию. Шанс доказать себе, что я чего-то стою.

Катя подошла ко мне, обняла.

— Ты уже чего-то стоишь, — сказала она. — Ты всегда стоила. Без него. Без этой работы. Без всего.

Я уткнулась в её плечо и почувствовала, как по щекам текут слёзы. Я плакала впервые за много лет. Плакала о горах, которые не увижу. О своей старой жизни, которая закончилась в субботу. О себе — прежней, которая не знала, что такое его запах, его голос, его прикосновения.

— Что мне делать? — спросила я, когда слёзы кончились.

— Не знаю, — честно ответила Катя. — Но ты сильная. Ты всегда была сильной. Ты справишься.

Я кивнула, вытерла лицо.

— Можно я останусь сегодня?

— Конечно, — Катя улыбнулась. — Я постелю тебе в гостевой.

* * *

Я лежала в темноте, глядя в потолок, и думала.

За. Деньги. В три раза больше. Я смогу закрыть ипотеку раньше срока. Смогу помочь маме — купить ей лекарства, нанять сиделку, не считать каждую копейку.

Карьера. Руководитель отдела международных проектов. Работа напрямую с генеральным директором. Доступ к информации, которая стоит миллиарды. Шанс вырасти, стать кем-то большим, чем просто исполнителем.

Вызов. Я всегда любила вызовы. Любила доказывать себе, что могу больше, чем думаю. Этот проект был вызовом. Он был тем, чего я ждала всю жизнь.

Против. Потеря свободы. Полная доступность. Ненормированный график. Поздние встречи. Личные встречи. Его власть надо мной.

Непредсказуемость. Я не знала, чего ждать от него. Сегодня он был деловым, холодным, как лёд. В субботу — жарким, как пламя. Кто он на самом деле? Чего он хочет от меня? Надолго ли?

Страх. Я боялась его. Боялась его власти, его контроля, его способности видеть меня насквозь. Но больше всего я боялась себя. Своей реакции на него. Своего тела, которое кричало «да», когда разум молчал. Своей готовности подчиниться, отдаться, потерять себя в нём.

Я закрыла глаза.

Передо мной снова возник он. На лестнице, в полотенце, с каплями воды на груди. За столом, в деловом костюме, с ледяным взглядом. На кухне, когда он целовал меня, как захватчик, как хищник, как мужчина, который берёт то, что хочет.

— Ты боишься, — сказал он в моей голове. — И правильно делаешь. Но не позволяй страху управлять тобой.

Я открыла глаза.

— Не позволю, — сказала я вслух.

Я села на кровати, взяла телефон. Набрала сообщение.

«Я согласна. Завтра в десять».

Отправила.

Ответ пришёл через секунду.

«Жду».

Я отложила телефон, легла. Внутри меня было пусто. И полно. Я сделала выбор. Не тот, который продиктован страхом. Не тот, который продиктован выгодой. Тот, который сделала я.

Моё тело знало, что хочет. Мой разум наконец согласился.

* * *

Утром я проснулась рано. Катя ещё спала, и я тихо вышла из квартиры, чтобы не будить её.

Сев в машину, я посмотрела на здание, где жила подруга. Обычный дом. Обычный двор. Обычная жизнь, которая осталась где-то там, вчера.

Я завела двигатель и поехала в офис.

* * *

В офисе я появилась ровно в десять. Леночка подняла голову, когда я вошла в приёмную,