Развод. Без оглядки на прошлое - Диана Ярина

Что-то такое мелькает в его глазах.

Черное и отчаянное, как вороново крыло…

Кажется, Захар впервые понимает, как сильно он передо мной виноват.

Захар медленно отходит и садится на скамейку возле подъезда, опускает цветы и молчит, уставившись перед собой пустым взглядом.

Я тоже не могу сказать ему ничего больше, отхожу, не поворачиваясь к нему спиной.

Теперь… больше ни за что! Ни за что не повернусь к нему спиной!

Юркаю в подъезд и бегу вверх, на третий этаж, по лестнице.

Лифт не жду…

Три этажа пролетают как один лестничный пролет.

Я запираюсь на все замки, слезы бессилия и злобы душат.

— Ненавижу тебя, Захар! — кричу в пустоту коридора. — Ненавижу! Ты отнял у меня все…

* * *

Они

— Какого черта ты творишь?! Эй! Ты меня слышишь?! — орет Андрей на отца.

Жаль, нельзя ему врезать!

Он бы врезал…

За все!

Именно шлюшка отца, Вероника… Стала той, кто открыл ящик Пандоры, и неприятности посыпались на семью.

На всю семью!

Не только самого отца это коснулось, но и его затронуло… по касательной.

Маму.

Сестру?

Сестра пока в облаках витает, вся погружена в собственные проблемы и переживания.

Вот кому легче всех живется — она только о себе думает, ее душа и сердце не болит за нас, за всех, и когда начинаешь ей что-то говорить, Света обижается. Считает, что ее личные проблемы — серьезнее, чем у всех нас…

— Не ори. Голова раскалывается.

— Какого хрена ты творишь?! — изумляется, посмотрев на отца. — Ты ушел из больницы. У тебя постельный режим, а ты… Как тебе вообще в голову такое пришло? Я уже собирался… морги обзванивать! — выдыхает.

— Вот я пришел. Доволен?

— Нет! Я не доволен. Я вообще видеть тебя не могу.

— Тогда зачем пришел? — спрашивает отец равнодушно.

Андрей делает еще несколько шагов вперед-назад, вытаскивая сигареты. Хочется покурить. Нет, не в палате разумеется, но…

— За меня тоже выкури, — просит отец.

— Да пошел ты!

— Сегодня меня уже посылали…

Он подбирает слова, но все они замирают, когда Андрей видит, как безразлично отец пялится в потолок.

Еще и руки на груди сложил.

Как мертвец…

Бесит.

— Что за показуха? На жалость не дави… Бесполезно.

— Ты о чем?!

— О тебе! О твоем виде… О позе! Что за жертвенный вид?

— Извини, что не скачу резвым козликом тебе на радость. Козликом бородатым… — повторяет он и вдруг сбивает рукой вазу с цветами, стоящую на тумбе.

— У тебя все хорошо?

— Нет. Все хреново! — рычит задушено. — Что там с этой… Никой?!

— Как сквозь землю провалилась. Не лучше ли обратиться в полицию? Как-никак это мошенничество… Крупная сумма.

— Нет. Другого детектива найми. Этот ни хрена не делает, только время тянет.

— Хорошо. Так где ты был?

— К матери твоей ходил.

— И как?

— Я же тебе говорил, меня уже посылали, — мрачно смотрит отец. — Кажется, это конец.

— Сам виноват.

— Думаешь, я не в курсе? — сощурился. — Думаешь, я кретин?

Андрей тактично промолчал.

Но кто бы еще променял жену на шлюху обыкновенную, позволил себя обмануть, как лошка, и… стал жертвой мошенницы!

— Ты выглядел… воодушевленным отношениями с этой Вероникой. Кстати. Из головы совсем вылетело…

— Что еще?

— Вероника готовила тебе сюрприз к юбилею, пап.

— Что еще за сюрприз?

— Она просила не говорить, но… Она ждет от тебя ребенка.

В ответ отец неожиданно расхохотался, и Андрей подумал, что все… его батя свихнулся.

Глава 33. Они

— Что смешного? — спрашивает Андрей, глядя, как отец подхватывает пальцами слезинки, выступившие в уголках глаз. — Может быть, тебе позвать врача?

— Со мной все в порядке, не смотри на меня, как на душевнобольного.

— Только что ты лежал, будучи похожим на труп, а через минуту смеешься, заливаясь громко. Что я еще мог подумать?!

— Например, что у твоего отца есть повод для радости?

— Извини, я не вижу ни малейшего повода. Поделишься?

Отец отрицательно качает головой.

— Главное, детектива другого найми, пусть найдет Нику. Даже интересно, что случится первым, ее найдут или она объявится с сюрпризом под сердцем!

Андрей так ничего и не понял, отец тем временем, не теряя времени зря, задает вопрос.

Он прозвучал, словно ножом по сердцу.

— Что ты решил со своей женой?

— Я уже говорил, не твое дело, — огрызается Андрей.

Когда Анель, дрожа, как осиновый лист, рыдая, икая, надувая сопли пузырями, призналась о своем неприглядном прошлом и раскрыла секрет личности Вероники, у Андрея волосы на голове дыбом встали от ужаса.

Он подозревал, что Вероника какая-то неестественная, фальшивая.

Она была какая-то скользкая, но чтобы его Анель…

Да, она иногда бывала стервочкой, но…

Но…

Это короткое «но» скрывало за собой бездну.

Андрей теперь не знал, как справиться с правдой, свалившейся на его голову.

Как пережить и не сойти с ума?

Как быть дальше…

Что еще гаже всего, у Андрея сложилось впечатление, что Анель признавалась не от чистого сердца, не от души…

Раньше секреты прошлого ее не тревожили и не беспокоили, она не спешила признаваться. Она не говорила, чем занималась…

Но теперь, когда Вероника оступилась, когда все пошло наперекосяк, и угроза нависла над самой Анель, она решила признаться и раскрыть карты.

Не потому что совесть подала голос…

Просто потому что побоялась последствий, если об этом расскажет кто-то со стороны.

Она будто пыталась купить себе прощение тем, как подробно рассказывала все, что знала о Веронике.

Даже адрес назвала, но Вероники там не оказалось.

Видимо, интуиция у шалавы работала отменно, она заподозрила неладное и скрылась.

Теперь перед Андреем стоял сложный моральный выбор: как поступить с Анель?

Он же любил ее…

Она родила ему сына.

Он не мог игнорировать вопросы, теснившиеся в его голове, не дающие спать по ночам: вдруг сын не от него?

Да, похож…

Но что, если это сходство обманчивое?

Скольких клиентов обслуживала Анель?

Продолжала ли она встречаться и спать с ними за деньги, когда они начали встречаться?

А позднее?

Теперь Андрей не мог смотреть без тошноты на жену. Его выворачивало от мысли, что она могла лгать, могла трахаться со всеми подряд.

Где гарантия, что она не спала с другими?!

Где та черта, которую она не переступила?!

И переступила ли…

Как быть с детьми?

С тем, что уже рожден, и с тем, которому только предстоит родиться?!

Атмосфера в доме напряженная, нервная.

Анель ходит бледная, как тень, с заплаканными глазами, слоняется из угла в угол…

С сыном сидит няня, могла бы сидеть бабушка, но у Андрея язык бы не